Затмение - Ева Райт

всем милостива, парень. Кто-то на старости лет вынужден жить вот в таких условиях, – он обвел руками пространство вокруг и громко рассмеялся. – Так кого ты говоришь, ищешь?

– Семнадцатилетнюю девушку, небольшого роста, рыжие волосы. Возможно, вчера она была здесь у вас с подругой.

– Подружка твоя что ль, – снова рассмеялся твой собеседник. – Не обижайся, но не староват ли ты для нее?

– Эта девушка – сирота, сегодня ночью она сбежала из школы-интерната, в котором я работаю. Я отвечаю за нее головой, понимаете?

– Вот оно что. Боюсь, я все-таки не смогу тебе помочь, – разочарованно вздохнул твой собеседник, – ночью здесь никого кроме меня и моей жены не было.

– Пару месяцев назад она тоже сбегала, и я сам забирал ее отсюда поздно ночью, я не мог перепутать адрес.

– Так я и не говорю, что ты напутал, парень. Все верно. Я иногда сдаю свой дом в аренду богатеньким детишкам. Я получаю от них немного денег, которых вполне хватает на жизнь, а им абсолютно все равно, где и в каких условиях принимать. Я в это не лезу, главное, чтобы платили.

– То есть, вы считаете это нормальным?

– Говорю же, я в это не лезу, мне главное, чтобы заплатили и пусть делают тут что хотят.

Упоминание наркотиков во всем, что связано с Мэдисон уже во второй раз не удивило тебя, но насторожило. Ты еще мог поверить, что Мэдисон употребляет, это похоже на правду. Но верить в то, что и Эбигейл втянулась тебе совершенно не хотелось, хотя факты в который раз говорили об обратном. И если в первый раз ты решил замять упоминание об этом, взяв с нее обещание так не делать, то сейчас ты не готов был закрыть на это глаза.

– Послушайте, это очень серьезно. Может быть, вы знаете, где они развлекаются еще, кроме вашего дома? Или может быть вы знаете где можно найти кого-нибудь из постоянных?

– Они приходят, отдают деньги в конверте, и мы с женой уходим. Никакого общения, никаких контактов, – внезапно он словно что-то вспомнил, – хотя подожди. Последнее время оплату приносит одна и та же девчонка, она вроде как дочка богатых родителей. Брюнетка лет двадцати, если не ошибаюсь, еще так постоянно смотрит на нас будто свысока. Помню, я еще в первый раз удивился, не думал, что такие дамочки вообще могут быть совместимы с этим местом.

– Как ее зовут, не знаете?

– Честно говоря, не припомню. Она называла свое имя, но это было очень давно.

– Может быть Мэдисон?

– Точно! Так она и представилась. А что, это и есть та самая девчонка, которую ты ищешь? Но она ж не сирота точно, да и при деньгах.

– Нет, это ее подруга, которая вынудила ее сбежать. И я думаю, что если найду одну, то другая будет где-то поблизости, – ты сунул дрожащие от раздражения руки в карманы и в нетерпении поскорее уйти отсюда, спросил: – Вы знаете о ней что-то еще?

– Последний раз они были у меня несколько дней назад. И я, клянусь, слышал от них про какой-то клуб недалеко отсюда. Может они там?

– Спасибо вам огромное, – ты протянул ему еще одну купюру и увидел, как глаза мужчины буквально засветились.

– Это тебе спасибо, парень. И это, удачи тебе в поисках твоей девчонки. И если что еще надо будет, ты заходи.

Ты натянуто улыбнулся и поспешил выйти оттуда, потому что от нахождения в тесном сыром пространстве с затхлым воздухом, уже начала кружиться голова. В доме было ненамного теплее, чем на улице, но оказавшись снаружи, ты поежился от задувшего ветра. Подняв воротник пальто, ты направился в сторону машины. Не без помощи интернета тебе удалось узнать, что поблизости находится всего лишь один клуб, и вздохнув с облегчением, ты завел машину.

Клуб – было слишком громко сказано. На деле это было полуподвальное помещение с обветшалой вывеской и еле держащейся дверью. Удивительно, что дочка богатеньких родителей зависает в таких местах. Хотя после того дома тебя уже было ничем не удивить. К счастью, заведение уже оказалось открытым, хотя не было еще даже полудня. В помещении было практически пусто. Не теряя ни минуты, проведенной в этом месте, ты поспешил к барной стойке, ведь если кто и видит все, что происходит здесь – так это бармен.

– Добрый день. Что налить? – спросил бармен, заметив тебя, направляющегося в его сторону.

– Обойдусь, пожалуй. Я больше по части информации, – ты улыбнулся и протянул ему купюру, заранее вытащенную из бумажника.

– Внимательно слушаю, – ответил бармен, схватив купюру и сунув в карман фартука.

– Возможно, вчера вечером здесь были две девушки. Они могли быть вдвоем, может с ними был еще кто-то. Одна среднего роста, брюнетка двадцати двух лет. Другая ростом поменьше, рыжие волосы, семнадцать лет.

– Чувак, представляешь сколько лиц проходит мимо меня за день? И уж тем более девушки все на одно лицо.

Этот момент ты предвидел, поэтому достал из кармана еще одну заранее заготовленную купюру и протянул бармену. Схватив ее, он задумался.

– Кажется, вспомнил. Была тут брюнетка с подружкой. Знаю ее, симпатичная, периодически появляется здесь с друзьями. Только не вчера вечером, а сегодня ночью. Они пришли вдвоем с рыженькой около трех, немного выпили и ушли уже под утро с двумя парнями. Подробностей я правда не знаю, людей было много. Тебе и так повезло, что я был в ночную и имею хорошую память на симпатичных девчонок, – он расплылся в улыбке, явно довольный собой.

– Что за парни, знаешь? И куда ушли?

– Понятия не имею, чувак. Никогда раньше их тут не видел, в отличие от девчонки. Говорю ведь, ночью народу было много, за день до Рождества люди готовы отрываться в любой дыре.

«За день до Рождества».

Обыкновенная фраза, брошенная барменом, заставила твои мысли крутиться с бешеной скоростью. За день до Рождества – это сегодня. Этот день был бы ничем не примечательным, если бы не одно «но». Сегодня день рождения Эбигейл, ей исполняется семнадцать. Возможно, она просто ушла в загул, тогда оставалась маленькая надежда, что, нагулявшись она вернется. Однако это было маловероятно. Ванесса узнала о ее побеге уже следующим утром, и Эбби вряд ли стала бы так подставляться. Да и тот факт, что она была с Мэдисон, казалось, должен был успокоить, но вышло скорее наоборот. Однако теперь ты точно знал, что она ушла с ней и они точно были здесь. А дальше помочь в поисках тебе мог только один человек.

Ты выскочил из клуба и направился