Суеверия викторианской Англии - Екатерина Коути

С подворьем была связана еще одна небылица, настолько жуткая, что Диккенс предпочел не доводить ее до сведения читателей. Во времена Елизаветы Первой здесь проживал знатный вельможа сэр Уильям Хэттон, чья жена якобы продала душу дьяволу. Князь Тьмы пришел забрать свой долг во время пира, который давали супруги Хэттон. На глазах у гостей он схватил хозяйку, разорвал на куски и уволок с собой, оставив лежать на земле ее кровоточащее сердце. В честь единственного уцелевшего органа и назвали подворье. Его жители показывали всем желающим насос, о который дьявол размозжил голову неправедной леди, и клялись, что если воспользоваться им в полночь, вместо воды хлынет кровь.

В Средние века самыми впечатляющими строениями в любой местности были церковь и замок. Неудивительно, что эти здания нашли свое место в английском фольклоре. Строительство храмов — дело хлопотное. Помимо непогоды, тяжких условий труда и халатности коллег строителям, оказывается, мешали паранормальные явления. К примеру, церковь в Холлингтоне (Сассекс) находилась на самой окраине и в окружении густого леса. Неудачное месторасположение объясняли проделками дьявола. По одной версии, во время работ стройматериалы загадочным образом исчезали. Так продолжалось до тех пор, пока, проходя мимо чащобы, каменщики не увидели там заново отстроенную церковь. Кирпичи воровал сам дьявол! Князь Тьмы оказался честнее иных людей. Он не присвоил стройматериалы, а использовал их для постройки церкви, правда, уже в труднодоступном месте — ни дать ни взять у черта на куличках!

Известная легенда с острова Мэн объясняет, почему на церкви Святого Триниана и по сей день нет крыши. Нехватка черепицы тут ни при чем. Просто каждый раз, когда звали кровельщика, из-под земли вылезало чудовище с черными космами и все крушило. Устав с ним бороться, местные жители так и не закончили строительство.

Шпиль церкви в Честерфилде (Дербишир) закручен на манер штопора. Одна из небылиц объясняет это происками дьявола, который дернул за шпиль, пролетая мимо. По другой, более пикантной версии, как-то раз невеста на свадьбе оказалась… девственницей! Чтобы получше разглядеть этакую невидаль, шпиль повернулся вокруг своей оси, да так и застрял.

Легенды связывали происхождение церквей не только с чертом, но и со святыми. В Стейнинге (Западный Сассекс) рассказывали о святом Катмене, жившем в VII веке. Святой странствовал по Англии, ожидая, когда голос с небес укажет, где ему основать церковь. Всю дорогу он толкал тачку, в которой сидела его парализованная матушка. Под Стейнингом у тачки отвалилось колесо. Святой начал чинить его, а косари с придорожного поля стали потешаться над чужаком. «Люди смеются, а небо плачет», — смиренно отвечал Катмен. В тот же миг над полем разразилась гроза. Промокло лишь то сено, которое косили весельчаки, на соседних полях оно осталось нетронутым. С тех пор каждый год во время сенокоса над «Проклятым полем» идет ливень. Как ни старался святой, а его тачка все же развалилась на части. Катмен счел ее поломку долгожданным знамением и основал церковь в Стейнинге. Поговаривали, что в строительстве ему помогал сам Христос под видом странствующего плотника.

Часто в легендах о строительстве церквей фигурируют животные. Например, в Ланкашире рассказывали о мудрой свинье, знавшей точное расположение могилы святого Освальда. Когда строители по ошибке заложили фундамент церкви в другом месте, свинья перетаскала камни на могилу святого. В благодарность на каменной стене церкви вырезали изображение свиньи.

Колокольный звон, призывавший верующих в церковь, тоже не был обойден вниманием. Иногда в установленное время суток колокол трезвонил в память о какой-нибудь важной персоне. Например, аббатиса леди Тэнсли как-то раз отправилась в Аттоксетер (Стаффордшир) с одним лишь провожатым. Путешественники сбились с пути, но сумели добраться до города, ориентируясь на колокольный звон. На радостях аббатиса приказала наполнить колокол золотом до самых краев. В память о ее щедротах в колокол стали звонить три раза утром и три раза вечером. А если звонарь-ротозей забывал помянуть аббатису трехкратным звоном, ее призрак высовывался из-под колокола.

Повседневные ритуалы

Большинство жителей Британских островов сходились во мнении, что пятница — это самый худший день недели. Какое бы дело вы ни затеяли в пятницу, оно не увенчается успехом. Корни этого суеверия следует искать в Средних веках, когда церковь призывала верующих к умерщвлению плоти именно по пятницам, в память о казни Христа. Но хотя пятница в целом считалась несчастливым днем для любых начинаний, будь то крестины или ловля рыбы, снам, увиденным в этот день, придавалось огромное значение. Согласно популярному стишку, если в пятницу приснится приятный сон, надо рассказать его кому-то в субботу и тогда он сбудется.

Число тринадцать вселяет трепет даже у наших современников, а уж пятница тринадцатое кажется поистине зловещим днем. Учитывая популярность этого суеверия, можно прийти к выводу о его древнем происхождении — так прочно оно вошло в европейскую культуру. Тем не менее, согласно исследованиям Стива Роуда и Жаклин Симпсон, суеверный ужас перед числом тринадцать насчитывает всего-то несколько веков. Стив Роуд связывает неприязнь к этому числу с Тайной вечерей, на которой присутствовали Иисус Христос и двенадцать апостолов. До Реформации англичане старались подражать Христу, так что принято было собираться по тринадцать человек. Если Христос пригласил на ужин двенадцать друзей, что же в том плохого? Но после Реформации, когда католические обряды подверглись гонениям, число тринадцать изменило свое значение. Теперь оно казалось чуждым и зловещим, как все, что было связано со старой верой. Отсюда и страх. Что касается «пятницы тринадцатого», то Роуд видит в нем слияние двух суеверий: древнего поверья о том, что пятница — это самый несчастливый день, и негативных ассоциаций, развившихся под влиянием Реформации.

В XIX веке страх перед несчастливым числом выражался в нежелании сажать за стол тринадцать гостей. В этом случае «что-то плохое» должно было произойти с тем, кто первым встанет из-за стола. Пока гости подсаживались к столу, все было в порядке, но вдруг ни с того ни с сего какой-то доморощенный математик начинал их считать… Обычно проблему решали полюбовно. Хозяйка удалялась ужинать на кухню или же за стол сажали кошку, объявляя ее полноправным членом семьи, на крайний случай среди гостей обнаруживалась беременная женщина, которая считалась не одной персоной, а вроде как двумя.

Жизнь в английской провинции текла размеренно и не баловала развлечениями. В таких условиях любые, даже самые незначительные происшествия приобретали символический смысл. Взять, к примеру, течение беседы. Если в разговоре возникла пауза, считалось, что над домом пролетел ангел. А среди школьниц Дарема практиковался простенький ритуал: если две девочки заговаривали одновременно, они сцеплялись правыми мизинцами, загадывали желание и отпускали пальцы. С этого момента нужно было хранить молчание до тех пор, пока кто-то не обратится к ним первым. Куда более мрачное значение подобному совпадению придавали в других графствах. В Аргайле (Шотландия) полагали, что заговорившие одновременно умрут в одно и то же время.

Не меньшее внимание уделялось встречам и прощаниям. Характеристики людей, встреча с которыми считалась нежелательной, зависели от региона. Йоркширцы избегали встречи с левшой во вторник и с человеком, страдающим плоскостопием, в понедельник. А вот увидеть косоглазую женщину — дурная примета в любой день недели. Нужно сразу плюнуть через левое плечо. На острове Джерси верили, что если в понедельник утром старая дева повстречает замужнюю женщину, а холостяк — женатого мужчину, быть беде. Жаль, что источники не уточняют, какой именно беде быть. Возможно, это означает всего-навсего испорченный понедельник для старой девы, которая будет изнывать от зависти.

Суеверия, связанные с прощанием, сводились к тому, чтобы избежать окончательного расставания. Старожилы не советовали говорить «прощай» три раза подряд, а также прощаться на перекрестках, у ворот и над могилами. Если попрощаться с другом перед мостом, можно расстаться навек. Чтобы избежать этого, суеверные валлийцы переходили мост вместе с приятелем, обменивались прощаниями уже на другой стороне, а потом провожающий шел обратно. Возвращаться домой за забытой вещью тоже считалось дурной приметой.

Во многих случаях беду можно было отвести, постучав по дереву или схватившись за железо. Обычай стучать по дереву связывают с культом деревьев в языческие времена или, в качестве христианской альтернативы, с деревянным крестом, на котором был распят Иисус Христос.

Дом