Экипаж «Кальдеры-17» - Станислав Озарнов

Ещё одна точка на экране со временем становилась всё больше и вскоре по размеру не уступала звезде. Корабль приближался к планете.

– Регистрация успешно пройдена, – доложил Орт. – Посадка разрешена, запрашиваю автоматическое управление.

– Сажай нас, – ответила ему Альма.

В этот раз подлетали быстрее, куда быстрее, чем к мёртвому Рэку. И уже напрямую, а не кругами, замедляясь с помощью гравитации. Велайн пояснила это продвинутой защитной системой Римуса, который способен расширять свой щит большой мощности на целый корабль. Огромный шар с незначительными водными пространствами, жёлтой сушей и непонятными серебристыми кругами на ней становился всё больше. Вскоре сквозь безоблачное небо можно было подробнее рассмотреть эти самые круги, которые оказались крупными куполами с различными постройками внутри. Корабль направлялся к одному из них, но метил чуть поодаль, за его границы. Когда до поверхности оставалось несколько сотен метров, Стас отметил скудную растительность и сухую испещрённую гигантскими трещинами землю. Разломы тянулись на сотни и даже тысячи километров. «Орт» приближался к одной из пустующих металлических площадок и вскоре сел на неё так мягко, будто посадки и не было вовсе. Либо гасители инерции идеально выполнили свою работу, либо щит атконца гасил даже столь мелкие удары. Ну или система амортизации просто качественно справилась со своей задачей. Внезапно площадка пришла в движение и корабль погрузился под землю, уходя всё глубже, пока перед бортовыми камерами не показался ярко освещённый туннель, по которому платформа и повезла корабль. Очевидно, проход был очень старым, тут и там с потолка висели чёрные куски непонятной субстанции, а из стен местами торчали корни. Через несколько минут платформа остановилась, слегка громыхнув и покачнувшись, а затем, сначала медленно, но потом всё увереннее начала подъём на поверхность. Они оказались под куполом.

Римус поднялся со своего кресла и похлопал парня по плечу.

– Тебе тут понравится, – с улыбкой сказал он.

Встали и остальные. Альма ушла в каюту сменить костюм и через пару минут вышла в светло-сером, практически белом тканевом одеянии с золотистыми полосками. Наряд ассиметричен и, словно вода, обтекает плечи, стремясь вниз, пока не заканчивается чуть выше колен. За спиной с левой стороны красуется некое подобие узкого плаща, а правый рукав обтягивает предплечье и запястье, подчёркивая почти неестественную тонкость руки, тогда как левый свободно развевается до самой кисти. Низ представляет собой сплошные обтягивающие штаны того же светло-серого цвета, которые также подчёркивают худощавые звериные ноги. Ступни и фаланги обмотаны прочными чёрными лентами вместо обуви. По всей видимости, велайн так удобнее. Хвост, который в скафандре протягивался в отсек по всей длине ноги, теперь красиво распушён и украшен серо-золотыми лентами, завязанными чуть ниже основания и в середине хвоста. Одежда необычная, но по-своему притягивает взгляд.

– Выглядит, – парень пытался подобрать подходящее слово, однако оно ему так и не поддалось, – красиво.

Лиса улыбнулась и вышла на улицу. Стас метнулся к себе в каюту и переоделся в земной наряд. В скафандре щеголять по городу как-то не улыбалось. Но спустившись по трапу, он увидел, что Римус стоит в том же костюме-скафандре, да и Вейла не спешила расставаться с тёмно-коричневой бронёй. Зато его одарили пристальным оценивающим взглядом, от которого хотелось вернуться обратно и запереться на все возможные замки.

Они шли по обширной площади, заполненной прохожими самых различных мастей. Были здесь и человекоподобные существа, дэлэинцы, расхаживали и немного отличные от них цветом кожи, ростом и количеством конечностей. По небу и даже сквозь купол летали какие-то тёмные сгустки, которые даже рассмотреть тяжело было. Либо местная фауна, либо непонятно кто ещё. Некоторые существа представляли собой червеобразную субстанцию, увешанную различными приспособлениями, кто-то передвигался на четырёх лапах. Один раз Стасу показалось, что в толпе он подметил полноценного, пусть и не слишком большого, дракона, но, вероятнее всего, просто показалось. Однако большую часть населения представляли антропоморфные животные: множество видов кошачьих, псовых, встретилась даже пара крыс и зайцев. Но естественные расцветки, по которым легче всего определялся вид, были далеко не у всех. Народ тут пестрил шерстью всех цветов радуги и носил самую различную одежду, либо не носил её вовсе.

– Будто попал на карнавал, – зачарованно проговорил Стас.

– Это весьма удачное слово, чтобы описать происходящее на Рейле, – заметил Римус. – Мы находимся в торговой системе на стыке Дальнего и Вольного Секторов, так что уровень жизни здесь высок, к тому же большинство жителей может позволить себе любые материальные блага, практически не применяя никаких усилий.

– Как же это работает?

– Достаточно просто. К примеру, в этом городе производится обшивка кораблей со встроенными солнечными панелями. Каждый желающий может приобрести механического рабочего, который и занимается производством. От покупателей требуется лишь обслуживание этих роботов.

– Звучит утопично, – с улыбкой сказал парень.

– Отнюдь, – возразил атконец. – Утопия – это идеальный мир, который не может существовать. А Рейле сейчас предстаёт перед твоим взором.

Стас усмехнулся.

– Да уж. То, что на Земле считается лишь утопией, в развитых мирах называется реальностью.

– В Секторе есть планеты, которые находятся на похожем уровне развития, кто-то ниже, кто-то выше. И рано или поздно некоторым из них открывается доступ к этой «утопии». Однако для стабильного развития нужно грамотное управление. Если упустить хоть какое-то направление экономики, всё может пойти крахом на долгие годы. Если правители смогут держать всё под своим контролем, то можно построить мир, когда жители не будут ни в чём нуждаться, не останется ни бедности, ни дефицита. Однако порой для этого нужен тысячелетний опыт управленчества. В общем, во главе планет сидят экономические гении. Ну и миллионы чиновников для исполнения, конечно же.

Парень усмехнулся. Он хотел верить, что подобное могло бы ждать и Землю. Но реальность заставляла сомневаться. Пока человеческое мышление кардинально не перелопатится, мечтать о чём-то светлом глупо. Разве что к власти на всей планете придёт безэмоциональная машина. Тогда мигом прекратятся все войны, исчезнет голод, катастрофическая концентрация денег у абсолютного меньшинства. А заодно начнётся сегрегация несогласных и репрессии всякого рода заговорщиков и прочих смутьянов. Как-то уже походит на антиутопию, но не всё ли равно, если через несколько поколений придёт всеобщее процветание? Люди привыкли жить сегодняшним, поэтому, вероятнее всего, они вымрут, так и не достигнув звёзд.

Стас вздрогнул после такого наваждения. Они прошли ещё немного. Мимо лавок с одеждой, едой, множеством каких-то приборов и крупных агрегатов непонятного назначения. Отовсюду разносились громкие возгласы и смех. Воздух наполняли всевозможные ароматы, но преобладал какой-то сладковатый, плотный, но в то же время не раздражающий. Особенно явно пахло