Театр для теней. Книга 1 - Наталия Аникина

— Бр-р! — Аниаллу вынырнула из неприятных воспоминаний тряхнула ушами, словно в них попала вода, и тут наконец осознала, каково там несчастной Теоле, площадь намокания которой одними ушами не ограничивалась. Она оглянулась посмотреть, что же так поразило бедняжку, но ничего для себя примечательного не увидела: к «призракам» она, после недели мучений с ними, относилась, в лучшем случае, как к табуреткам.

Алу потянулась почесать подругу за ухом — Теола отшатнулась. Она ещё немного придвинула руку — Ола только сильнее прогнулась в спине. «У алаев, конечно, отличное чувство равновесия и очень гибкий позвоночник, но всему же есть предел, — подумала Аниаллу. — Если она продолжит в том же духе, то шлёпнется в грязь. Да что с ней такое? А… вот в чём дело!» — догадалась она и потянулась к выключателю.

Теола не мигая следила за рукой призрака, но вот тонкие пальцы коснулись кристалла в стене, проснувшаяся в нём магия заставила цветки люстр на потолке распахнуться, выпуская наружу мягкое сияние, и из призрачной рука стала обычной загорелой девичьей рукой, а «привидение» неожиданно «обернулось» озорной девушкой-подростком… которой вздумалось поиграть во взрослую даму, за чем её и застукали. То, во что превратились роскошные волосы, с утра, видимо, уложенные аккуратными косами, казалось лишь пародией на элегантную причёску. Их уже совсем расплетшиеся концы, чтобы не мели по полу, были небрежно заткнуты за пояс великолепного (но не иначе как с материнского плеча) платья. Сшитое из сияющей синей ткани, оно, безусловно, очень шло к её васильковым глазам, но было безнадёжно велико Алу, особенно в груди. Его пришлось скрепить множеством булавок и парой шнурков на талии, и всё равно этот слишком «взрослый» наряд так и норовил соскользнуть с загорелых плеч.

«А туфли, видать, уже потеряла», — пробурчала про себя Теола, глядя на босые ноги подруги. В довершение всего, на тыльной стороне правой стопы Алу красовалось с десяток кривоватых строчек. Уголки губ Олы невольно поползли вверх, ей вспомнились чудные годы обучения в Академии Бриаэллара; уже тогда у сианай Аниаллу была дурная привычка использовать под записную книжку самые неожиданные части своего тела. Но Теола быстро стёрла улыбку с лица. Окинув Алу хмурым взглядом, она вскарабкалась на подоконник. Зрачки её на ярком свете превратились в узкие щёлочки. И глаза тоже. Аниаллу ещё раз огляделась по сторонам. Да-а, реакцию Теолы вполне можно было понять.

— Ну и что ж ты тут творишь? — сурово поинтересовалась та, шлёпнув промокшими подошвами об пол. В отличие от «Крыльев Заката», в библиотеке дома ан Камиан не было предусмотрено бытовой магии для просушки гостей: не каждый день мокрые кошки влезали сюда через окно.

— Я творю? Ты, наверное, хочешь узнать, что мы здесь творим? — переспросила Аниаллу.

Теола и сейчас с трудом узнавала её: когда та была «призраком», то казалась чересчур… мёртвой, теперь же, при свете — слишком живой по сравнению с той Алу, которую она помнила. От смеющихся глаз до кончика пушистого хвоста. Она игриво покачивала им из стороны в сторону и улыбалась.

— Мы? — за мыслями о метаморфозе подруги Теола не очень поняла, что та сказала.

— Ну да, ты ведь здесь уже со вчерашнего утра — а ты думаешь, почему я не бросаюсь тебя обнимать после стольких лет разлуки?! — и Алу развела руки в стороны.

Ола с облегчением вздохнула и ласково потёрлась щекой о щеку сианай. Смеясь, они закружились, вытянув для равновесия хвосты. Вода с Теолы разлеталась вокруг целым вихрем искрящихся брызг.

— Вот, смотри, — неожиданно остановившись и развернув подругу лицом к «призракам», торжественно сказала Аниаллу, — все эти книги самоотверженно отсортированы тобой лично, и под каждым «наларом» собрано всё, что известно алайскому народу об этой выдающейся синюшной личности! Выписки из указов, дневников, их и наших, статьи и описания в книгах вообще и в Большой Энциклопедии Нель-Илейна в частности — всё это сделала ты! И не скромничай, это была большая работа.

— Я… я сейчас… — Теола пристыженно глянула на сианай.

— Ладно, Ола, ты лучше обсушись сначала. Мокрая кошка — это как-то… неприлично, да и книжки намочишь. Хотя они и так уже мокрые! — с огорчением добавила Алу, подняла с пола один из томов Энциклопедии и смахнула воду с обложки. — О, я вижу, ты уже запаслась… сушилкой.

Ехидно изогнув бровь, Аниаллу указала на резной жезл, болтавшийся на поясе Теолы. Его окружала светло-красная аура дремлющей внутри огненной магии. И чувствовалось — магии довольно мощной.

Ола наморщила нос, словно Алу по нему щёлкнула.

— Как тебе не стыдно? Делор раздобыл для меня такую редкость, заботится, чтобы гнусные харнианцы не подпалили бедной Теолочке хвост, а она — издевается!

Аниаллу встретила её обвинения ещё одной порцией смеха, подумав при этом, что Делор ан Камиан всё-таки редкостный тупица: применять огненный жезл против харнианца было так же бессмысленно, как пытаться утопить налара — дитя Воды… Бессмысленно, если не сказать — опасно.

Ола с притворно оскорблённым видом отвернулась, изменила свой облик и, демонстративно высоко поднимая совершенно сухие кошачьи лапы, переступила через книги и отошла в уголок библиотеки — подальше от ценных рукописей. Усевшись на голом полу, она пару раз, для виду, провела языком по этим самым лапам, а потом приняла двуногую форму и стала сушиться по-настоящему. Придерживаясь одной рукой за стену, другой она сделала над ботинками несколько быстрых пассов, словно стряхивая с пальцев воду. От этого обувь очистилась прямо на глазах, зато рядом с девушкой образовалась аккуратненькая лужица грязи.

— Алу-у, — протянула Теола, — а ты не расскажешь мне, зачем я всё-это-что-ты-тут-перечислила делала?.. Или, — вдруг нахмурилась она, — наш мил-друг ВЖ Кеан достиг таких высот маразма, что приставил сианай ну и меня до кучи, производить ревизию в камианской библиотеке?

— Фу, Теола, какая же ты забывчивая! — Аниаллу шлёпнула себя по коленке толстенным синим свитком (казалось, она и не заметила последней фразы подруги). — Ты проделала всё это, дабы помочь мне узнать как можно больше обо всех этих наларах, — чтобы я смогла смоделировать личность каждого из них. Особо ценная информация, кстати, нашлась в дневниках ан Камианов… В них есть та-акие подробности, — она мечтательно завела глаза и поцокала языком..

— Это как же? В смысле, как это — «смоделировать»?

— Изучив, как он поступал в той или иной ситуации, зная все подробности — что он думал, что чувствовал при этом — я могу создать его двойника, модель, которая мыслит практически так же, как и он.