Двойная жизнь Амелии - Шэрон Сэйл

Тайлер взял с тарелки последний кусочек кофейного кекса Вилимины. Откинувшись на спинку стула, он довольно застонал.

— Мисс Вилимина, вы потрясающе готовите. Я так много и так вкусно не ел с тех пор, как мои родители переехали во Флориду.

— Спасибо, Тайлер.

При мысли о том, что у них за столом окажется мужчина, Вилимину бросало то в жар, то в холод, но теперь, когда это случилось, она понимала, что все не так плохо, как кажется. Тайлер так вежливо попросил разрешения ухаживать за Амелией, что отказать было бы просто грубо.

Амелия улыбнулась, но под взглядом Тайлера ее улыбка застыла на губах. Если она не ошибается (а она вот уже пятнадцать лет изучала характер и привычки Тайлера), то сейчас он думал совсем не о еде.

Его взгляд ласкал ее тело так, что горячая волна ударила ей в лицо.

Тайлер прикрыл глаза. От Амелии не укрылось, что его ладонь сжалась в кулак: она видела, как он смял салфетку. Рубашка натянулась у него на груди, и он сделал долгий глубокий вдох. Когда Тайлер открыл глаза, Амелия вздрогнула от загоревшегося в них огня.

Трясущимися руками она попыталась поставить на стол стакан с водой, но задела им за тарелку. Тетушки разом взглянули на нее, справедливо полагая, что остатки воды вот-вот растекутся по льняной скатерти. Амелия вспыхнула, поймала наклонившийся стакан и водрузила его на место, пробормотав извинения.

Розмари с трудом сдерживала смех. Она заметила, какими взглядами обменивались молодые люди, и поняла, что между ними происходит. Что ж, мужчина в доме не помешает. Тем не менее голос у нее был самый невинный:

— Сегодня такой замечательный день, Амелия. Почему бы тебе не прокатить Тайлера на твоей новой машине? Подышите свежим воздухом. У тебя в последнее время так участились головные боли.

Вилимина нахмурилась. Ей не понравилась идея сестры, но она слишком поздно спохватилась, потому что Тайлер моментально поддержал предложение.

— Тебя мучает мигрень? — В его вопросе чувствовалось неподдельное участие.

Амелия повела плечами.

— Иногда.

— Она слишком много читает, — укоряющим тоном произнесла Вилимина.

Розмари закатила глаза.

— Ради бога, Вилли, у нее такая работа. Что прикажешь ей делать? Только догадываться о содержании новых книг в библиотеке. Ты что, хочешь, чтобы она врала, когда ей задают вопрос по поводу какой-нибудь книги?

Вилимина не сразу нашла, что ответить. Она невольно угодила в ловушку Розмари. Ее вспышка гнева оказалась чересчур громкой:

— Я бы никогда не позволила ей солгать!

Амелия заметила блеск в глазах тети Рози. Ну и плутовка! Она сделала это нарочно, чтобы отвлечь внимание сестры от них с Тайлером.

Судя по напряженному выражению лица Амелии, молодой человек почувствовал, что назревает ссора. Он не мог понять, в чем дело, но решил воспользоваться любезным предложением мисс Розмари.

— Амелия, я был бы очень рад, если бы ты разрешила мне сесть за руль. Я мог бы показать тебе мою ферму. Там сейчас как раз урожай на подходе, и погода хорошая.

— Неплохая мысль, — сказала Амелия, чуть не подпрыгнув на стуле от радости.

На лице Вилимины отразилось изумление. Она едва не начала заикаться от волнения, когда Розмари наклонилась вперед с явным намерением опрокинуть банку с консервированной вишней. На белую скатерть упала липкая от сиропа ложка.

— О, Вилли, посмотри, что я натворила. Помоги мне снять скатерть, а то останется пятно!

Вскочив со стула, Вилимина начала убирать тарелки, а Розмари повернулась и подмигнула Тайлеру. Это было так неожиданно и очаровательно, что он не удержался от улыбки: в их лагере появился союзник.

— А вы поезжайте, — быстро проговорила Розмари, когда сестра исчезла на кухне с горой посуды в руках. — Я передам от вас ей привет и извинения.

Обняв тетушку, Амелия потерлась носом о ее морщинистую, но мягкую, как лепесток розы, щечку.

— Я люблю тебя, — прошептала она.

Розмари подмигнула.

— Не тому говоришь.

Амелия была поражена: неужели Розмари все поняла?

Тайлер открыл дверцу, помог девушке сесть на переднее сиденье и поправил подол ее юбки. При этом его рука непроизвольно скользнула по бедру Амелии. Даже сквозь плотную ткань он чувствовал се сильные стройные ноги, которые девушка прятала из соображений приличия. Тайлер вспомнил, как смотрелись ее ножки в черных ажурных чулках, и взглянул на девушку. Она взглянула на него, слегка приоткрыв губы. Не в силах противостоять ее призыву, Тайлер подался вперед и на глазах у всех, а главное, у Эффи Деттенберг, поцеловал Амелию.

Девушка застонала. Этот поцелуй сводил с ума, увлекал, обещал блаженство. Вцепившись руками в сиденье, она вздрогнула, когда он начал отодвигаться.

— Ты готова, дорогая?

Она моргнула. Готова? Да она всегда была готова!

— Я… да, нам лучше ехать, пока тетя Вилли не обнаружила, что мы еще… что мы здесь…

Тайлер рассмеялся:

— Милая, если бы твоя тетушка знала, что у меня на уме, она бы тебя из дома не выпустила.

Амелию настолько ошарашила его прямота, что они успели выехать из города, прежде чем она сообразила, что машина свернула на подъездную дорожку к его дому и остановилась.

Оба сидели молча, и Тайлер в это время мог наблюдать, как смущение то появляется на лице девушки, то исчезает. Выражение ее лица и напряженная поза говорили красноречивее слов.

Она нервничала.

Черт возьми, Тайлер нервничал едва ли не сильнее. Ему хотелось сжать ее в объятиях, затащить к себе в постель и больше никогда не выпускать из дома. Однако он смог только подать ей руку, чтобы помочь выйти из машины.

Амелия принялась оправлять юбку и приглаживать волосы, потом, охваченная тихой паникой, разгладила воротник платья.

— Амелия…

Вздохнув, она подняла на Тайлера глаза.

— Дорогая, не бойся меня. Я никогда не причиню тебе вреда, я готов за тебя сражаться даже со сказочными чудовищами.

Расслабившись, Амелия даже улыбнулась, вспомнив, что Тайлер уже дрался за нее. Он только не знал, что ей об этом известно.

— Странно, мы всю жизнь прожили в одном городе, но раньше ты почему-то меня не замечал. — Она покраснела, но продолжила: — Я знала тебя, но мне казалось, ты даже не подозреваешь о моем существовании.

Тайлер притянул ее к себе так близко, что она увидела собственное отражение в его глазах.

— Пожалуйста, не суди обо мне по моим прошлым ошибкам. Мужчины взрослеют позже, чем женщины. К счастью, у женщин хватает терпения и мудрости, чтобы дождаться нас. — Он обвел пальцем контур ее подбородка. — Не знаю, как мне благодарить тебя за то, что ты дождалась.