Утешительный приз - Джеки Браун

– Я все тот же человек, Эмили. Шейх – это только титул.

– Нет. Я не знаю вас. – Она тихо вздохнула. – Как не знаю и себя. Но я, по крайней мере, не состою ни с кем в серьезных отношениях и не пытаюсь подцепить кого-то на стороне. – Она почувствовала, как ее глаза начинает жечь. – Когда вы собирались сказать мне об этом? Да и собирались ли вообще? А я-то считала, что вы совсем не такой, как Рид.

У Мадэни и без того переворачивалось сердце, но ее упоминание о неверном бывшем бойфренде нанесло ему сокрушительный удар. То, что он не собирался причинять Эмили боль или предавать ее, не имело значения. Он был виноват и в том и в другом…

– После того, что произошло вчера… я собирался рассказать вам все сегодня.

– Что ж, Бэбс облегчила вам задачу.

– Я имел в виду – перед ужином.

Сначала он ходил из угла в угол своей спальни, зная, что Эмили на кухне и что он должен сказать ей всю правду. Он пытался найти для нее правильные слова, чтобы объяснить не только свою ситуацию, но и то, что она стала значить для него. Но нужные английские слова ускользали от него, несмотря на то что он давно уже свободно говорил на этом языке. Ему даже пришлось записать свое извинение сначала на арабском, а потом перевести. И наконец, он отправился к ней.

– Но миссис Паттерсон отвлекла меня, а потом начали съезжаться мои гости.

– Ваши гости. – Кровь отлила от ее лица. – Ну и идите к ним. Вы хозяин.

– Вы для меня гораздо важнее, – настаивал он.

– Нет. – Ее глаза сверкнули. – Пожалуйста, если я вам не совсем безразлична, ради моей человеческой и профессиональной репутации идите туда, пока не начались кривотолки. У них теперь достаточно оснований, чтобы посудачить об истинной природе наших отношений.

Мадэни кивнул. Он сделает так, как просит Эмили. Она уже и так достаточно понервничала из-за него.

– Только обещайте мне, что никуда не уйдете, пока нам не удастся поговорить.

– Что еще тут можно добавить?

– Обещайте мне. – Мысли Мадэни вернулись к сделке по недвижимости, которую он совершил от имени Эмили сегодня утром. Это стоило ему кругленькой суммы, но он был должен ей неизмеримо больше. – У меня для вас кое-что есть.

Прошел почти час, прежде чем все гости удалились, а Мадэни смог вернуться на кухню. Эмили сидела за столом со стаканом воды.

– Спасибо, что подождали. Она пожала плечами:

– Я же сказала, что подожду.

– У меня есть кое-что для вас. – Он вынул из внутреннего кармана пиджака какие-то бумаги и протянул Эмили. – Это мой способ сказать вам о своем сожалении.

Она развернула документ – юридическое соглашение о приобретении здания, местоположение которого идеально подходило для ее ресторана. На его глазах смущение на ее лице уступило место осознанию. Он ждал улыбки, проявления радости, а получил накал ярости.

– Что это? – сердито спросила она.

– Договор купли-продажи. – Он нахмурился. – Я купил все здание.

– И что, просто отдаетеего мне?

– Да. Я хочу, чтобы оно принадлежало вам. Вы заслужили это.

В то же мгновение стало ясно, что он сказал это совершенно напрасно.

– Чем заслужила? Тем, что чуть не переспала с вами? Ух ты, значит, я могла бы получить небольшую страну, если бы мы действительно занялись сексом? Это ваш способ расплачиваться за оказанные услуги?

Глаза Мадэни округлились. Ему не приходило в голову, что Эмили могла рассматривать его подарок в таком постыдном свете.

– Не думайте об этом так. Мне просто хотелось сделать вас счастливой и искупить вину за свое вчерашнее поведение.

Она смяла бумаги и отшвырнула их в сторону.

– Вы обманули меня, Мадэни. У вас есть невеста! – Не дав ему возразить, она сказала: – Извините, я забыла: вы же еще официально не помолвлены. Но это чистое пустословие. Если вы ее любите достаточно, чтобы сделать ей предложение, вы должны достаточно любить ее, чтобы быть ей верным.

– Я не люблю ее! Я люблю… я люблю… – Он произнес что-то богохульное на родном языке. – Вы делаете это таким трудным…

Эмили ничего не сказала, хотя ее глаза округлились. Она пристально следила за тем, как он шагает из угла в угол.

Правда! Он должен был сказать ей всю правду до последней частицы, той частицы, которую прятал даже от самого себя. Может быть, тогда часть его боли отступит. Мадэни замер и посмотрел ей в глаза:

– Я люблю вас, Эмили.

– Вы любите… Нет! – Она покачала головой, а его сердце снова пронзила боль.

– Как бы нелепо это ни выглядело, мне кажется, я влюбился в вас в тот самый момент, когда нас познакомила Бэбс.

Неужели это было всего пару недель назад?

– А как же ваша невеста, или подруга, или как там ее? Вы что, просто разлюбили ее?

– Да я никогда и не влюблялся. Откровенно говоря, я почти не знаю ее. – Он подошел к столу и разгладил смятые ею бумаги. – Соглашение о помолвке по своей сути не слишком сильно отличается от соглашения о покупке этого здания. Оно было заключено нашими родителями, когда я был еще мальчишкой.

– Брак по договору?

Похоже, она скептически отнеслась к этому известию. Ему надо было убедиться, что она испытала облегчение, узнав, что он не любит и никогда не любил Навор.

– Да. Такие браки еще встречаются в моей стране. Они выходят из моды, особенно у молодого поколения, но… – Мадэни пожал плечами.

– А такие договоры… имеют юридическую силу?

– Нет, согласно законам Кашакры, но морально… – Он подумал о своем отце, снова мысленно увидел, как Адил падает на пол. В этом смысле будущее Мадэни было высечено на камне. – Я обязан.

– Значит, вы сделаете это? Стиснув зубы, он кивнул.

– Понятно.

Нет, она не понимала! Ему надо было заставить ее понять. Мадэни сел рядом с ней и взял за руку.

– Вы говорите, что я обманул вас, Эмили. Да, обманул. Я обманывал и себя. Я думал, что мне будет достаточно просто общаться с вами, быть вашим другом. Но чем дольше я узнавал вас… Вы восхищаете меня во всех отношениях. Никогда не встречал никого равного вам.

Он увидел, как она судорожно сглотнула, прежде чем произнесла:

– Вы утверждаете, что любите меня, и в то же самое время говорите о том, что ждет нас в будущем, вернее, вас. – Ее голос стал хриплым, глаза наполнились слезами. – И что, по-вашему, я должна ответить на это?

– Я не знаю. – Мадэни никогда не чувствовал себя таким беспомощным и потерянным. – Возможно, вам нечего ответить. – Тем не менее он ждал, с болью ожидая услышать от нее об ответном чувстве.