Хомякус советикус-1.4 - Михалина Лесовская

— Да дед один оставил дом с участком в бору. Долго они что то тянули с наследством.

— Поедешь сама? Сопровождение тебе требуется?

— Сама поеду, а адрес то дали?

— Вот, я записал всё, ты уж возвращайся назад, мы к тебе привыкли все. Я тебе командировку выдам, куда только не знаю.

— Не будем связываться с командировками, мне неделю без содержания дайте и пойду я уж.

— Клавдии оставишь заявление, удачи тебе.

Заявление написала и вышла вон, в свой дом.

В доме братья взяли меня в оборот: я сегодня у них вместо грузовика числюсь. Из подвала забрать велели весь цемент и несколько ящиков, всё что они натаскали на веранду, прихватили сумку с продуктами и дали направление к Лее. Пока я общалась с Моней на счёт голландцев и их желанием меня видеть, братья разбирались с Леей. Моня написал мне несколько записок к своим знакомым. Потом бросил писать и позвонил в Москву. Долго беседовал по телефону и вместо записок выдал адрес, куда мне следует быть к 14–00. Там меня ждут.

С Леей братья все вопросы порешали и следующей остановкой стал участок патриарха. Витёк сбегал в дом и они с Жекой быстро свернули одну палатку с жердями. На вершине нашей скалы братья быстро установили палатку и уже в неё я стала выставлять мешки с цементом и все ящики. До назначенного часа мне хотелось встретиться с Тоником и посоветоваться, поэтому свободными у меня были только пара часов. Братья возились в палатке, а я сверху сканировала скалу. Буквально у меня под ногами обнаружилась полость или пещера. Я обходила её по периметру и удивлялась её размеру. Её свод шел почти параллельно подъёму плоской вершины к дороге, а основание было вогнутым. Определить на каком расстоянии от вершины идет это основание я затруднялась. Камешками обозначила границы пещеры по своему участку, северная часть пещеры уходила за пределы участка. Когда братья всё же вылезли из палатки своим сообщением я их озадачила. Втроём мы стали спускаться по расчищенному довольно крутому склону. На одном из ярусов я определилась с самой высокой поверхностью основания пещеры. Запустила вихри и из крошки формировала ярус и площадку к будущему входу в пещеру. Как только поступление крошки прекратилось, мы добрались до пещеры. Этот вход был почти тоннелем. Внутрь пока решили сегодня не заходить, следовало подготовиться. Сегодня братья прикинут по высотам для нас карту участка и займутся нашей изгородью. А геологическая справка оказалась полной туфтой. Потом мы обсудим её соответствие действительности и стоит ли заводить об этом вообще речь с изготовителями её.

Время поджимало, я переоделась и перешла к нашему скверу, где мы встречались с Тоником. На встречу он прибыл очень скоро. Пришлось его посвятить в наши с Моней соглашения по дому в Серебряном бору и моему визиту к голландцам. Поинтересовалась человеком, с кем мне предстояла встреча.

От Тоника получила совет: никому не доверять, если я смогу понравиться господину, с кем встречаюсь, он сделает для меня очень многое, но он слишком стар и вряд ли возьмётся помогать. К условленному времени Тоник меня подвёз прямо к подъезду дома. Дом был старинный и чем то напоминал дом Палыча. Ровно в 14–00 я нажала на звонок и ждала, когда дверь откроют.

Дверь мне открыл маленький сухонький стручок. Он был даже ниже меня ростом. Моя догадка о схожести домов подтвердилась, я вошла практически в квартиру Палыча, какой она была лет так сорок назад. Я молча снимала парку и шапочку, ботинки тщательно вытерла о коврик, обувь в таких квартирах не снимают. Сморчок также молча меня разглядывал, потом развернулся и двинулся в сторону кабинета. Кабинет был древним, на письменном столе настольная лампа под зеленым абажуром и я невольно улыбнулась.

— Смешно тебе?

У сморчка глаза на затылке, он шел не оглядываясь, рукой приглашая садиться на кожаный диван с валиками.

— Не смешно, но улыбнуло, будто в филиал кремля попала, ходоки у Ленина.

— Правильно говоришь, та же мебель, в одно время ставили

Рядом с диваном, на который я опустилась и утонула в его мягкости, он поставил стульчик с подлокотниками и удобно в нем устроился прямо напротив меня. Его блеклые глаза под тяжелыми веками смотрели равнодушно.

— Как там Соли, не загнулся ещё? Голос то бодрый у него был по телефону

— С ним всё хорошо, а будет ещё лучше.

— Куда уж лучше то, поставил всех на уши и смылся. Назло всем доброжелателям ещё и живет.

Он впервые просил у меня помощи и даже не для себя. Из любопытства согласился взглянуть на это чудо и пока не понял, что вас может связывать. Рассказывай.

— Я оказала вашему Соли некоторую услугу, в благодарность он оставил мне дарственную на свой дом в Серебрянном бору. После его отъезда возникли проблемы и только сейчас, спустя почти три месяца голландская страховая компания решила исполнить свои обязательства по сопровождению передачи собственности. Меня пригласили посетить их юриста. Моня опасается, что меня обведут вокруг пальца и обратился к вам за поддержкой для меня.

— А Моня это кто?

— Соломон для меня Моня, я так его зову.

Раздался дребезжащий смех и сморчок стал вытирать платком выступившие слёзы.

— Всё, ради твоего Мони я помогу тебе. Есть только проблема, меня там- его палец показал на потолок.

— Заждались. Я могу не исполнить своего обещания. Я предупредил, будь готова, слишком не полагайся на меня. Давай, что у тебя есть из документов.

Я протянула ему папку, переданную мне Моней с документами на дом. Сморчок переместился за письменный стол и выпал из действительности. Спустя минут двадцать поверх очков на меня взглянули и попросили:

— Найдешь кухню и свари кофе нам.

Его взгляд упал в документы, а я потопала на кухню. Кухня была современной,