Мое мерзкое высочество (СИ) - Питкевич Александра "Samum"

— Фея? — волшебное создание осторожно отстранилось. Во взгляде появилось подозрительность, а у меня что-то оборвалось в груди. От чего-то была уверенность, что стоит ей сейчас исчезнуть, и я больше никогда, никогда не увижу ее.

Судорожно глотая воздух, стараясь ее хоть как-то удержать, я вдруг закашлялся, так и не произнеся ни слова. Из глаз брызнули слезы, кашель душил.

А через мгновение мою голову осторожно приподняли, прижав к губам прохладный край фляги.

— Тише, Сальватор. Тише, не торопись, — шептало это вполне себе материальное чудо, вызывая удивительные вспышки мыслей.

Жадно глотая воду, едва не захлебываясь, чувствуя, как жидкость стекает по подбородку, я с каждой секундой уверялся в том, что это не может быть простая земная женщина.

Кажется, помимо дурмана, что окутывал всю нишу, с Сальватором было что-то еще не так, но я не видела ни крови, ни каких-то ран. Как можно помочь человеку, когда не знаешь, что с ним не так.

Я только немного отодвинулась, надеясь дать чуть больше доступа воздуху, как мужчина, явно собиравшийся что-то сказать, вдруг резко закашлялся. В панике, не зная что делать и за что хвататься, я приподняла ему голову, и подала воду.

К огромному облегчению, это помогло. Сальватор глотнул, выждал несколько секунд, пока приступ пройдет, и стал пить жадно, не останавливаясь и не дыша, словно умирающий от жажды в пустыне. Не зная, насколько его состояние было серьезным до моего приходя, я вся передернулась, представив, что он и правда мог бы умереть, так и не дотянувшись до фляги.

Дернув головой, показывая, что больше не нужно, мужчина внимательно уставился на меня. Теперь во взгляде было куда больше осмысленности. Серые глаза чуть прищурившись, изучали мои четы лица, вызывая какое-то непривычное, совсем не свойственное мне, и казалось, давно забытое, смущение.

— Кто ты, маленькая богиня? — теперь это был тот голос, что я помнила. Именно тот удивительный тембр и что пробирал, кажется до самого позвоночника, пробегая от затылка до поясницы.

— Я…я… — пришлось облизать губы и сглотнуть, чтобы как-то совладать с собой, настолько удивительно на меня действовал этот человек.

Как любая благородная девушка, я играла на музыкальном инструменте и вполне недурно пела, но такого влияния звука на собственное тело, и кажется на что-то еще, невидимое, не чувствовала никогда.

— Откуда ты? — Чуть повернув голову, Сальватор вдруг прижался к моей ладони щекой, прикрыв на мгновение глаза. Дернувшись, я вырвала ладонь, от чего голова мужчины дернулась, упав на песок.

— Ой, простите, я… я не хотела, — не зная, куда деть конечности, чувствуя неловкость от собственных реакций и поступков, я потупилась, немного отстранившись. Ровно настолько, насколько позволяло пространство.

Сальваьтор, поглядывая на меня, тихо рассмеялся. Камни сделали звук боле глухим, более низким, и от этого кожа покрылась мурашками.

— Ты спасла меня, прекрасная фея. И даже если бы не это, я не могу ничего запретить такому дивному созданию. Думаю, если ты сейчас всадишь клинок мне в сердце, я не сильно опечалюсь.

Окончательно растерявшись от таких слов. Не зная, как вести себя в такой неоднозначной ситуации, я отвела глаза в сторону, стараясь за что-то зацепиться взглядом. Никак не ожидала столь близкого знакомства с Сальватором, и теперь чувствовала себя неловко. Особенно после его, таких странных и откровенных, слов.

— Вас нужно вытащить отсюда. Этот куст страшно воняет, — сморщившись, произнесла я и попыталась выползти назад, из-под этой природной ниши, но меня поймали за руку. Горячие сухие пальцы на мгновение сжались, не сильно, но весьма волнующе, привлекая внимание.

— Погоди, чудное видение. Дай мне еще немного воды, будь добра. Стоить подождать немного, и силы должны вернуться ко мне, так что я справлюсь с этим. Просто погоди и побудь немного тут, — просительно подняв брови, отчего выражение лица стало немного комичным, своим спокойны, бархатным голосом попросил Сальватор.

— Что с вами произошло? — нахмурив брови, стараясь не показать, как на меня действует его присутствие, спросила я, свободной рукой вновь беря флягу.

— Неосторожность, глупость, — мужчина дернул плечом. Он все еще был страшно бледен, не смотря на легкий золотистый оттенок кожи, но уже не походил на умирающего.

— Если бы каждая моя глупость оканчивалась подобным образом, — тихо пробормотала в ответ, помогая Сальватору напиться, — я бы никогда больше из комнаты не вышла.

Напившись, мужчина тихо рассмеялся, прикрыв глаза от усталости.

— Думаю, мы с тобой гуляем в разных местах, барышня. — Серые глаза распахнулись, вновь уставившись на меня. — Скажешь мне свое имя, спасительница?

— Ол… Полли, — запнувшись и закашлявшись, в конечном итоге произнесла я.

— И откуда же ты такая, Полли? Ты явно не местная. Такой кожи и таких темных волос, в которых прячется сама ночь, я не видел ни в этих землях, ни в соседних.

— Я… я… — в голову не приходило ничего правдоподобного, но неожиданно Сальватор сам нашел ответ.

— Ты девушка Красной принцессы? Верно? Из поместья.

— Да, — с облегчением выдохнула я, улыбнувшись.

Мой взгляд вдруг соскользнул на камни, что сейчас выглядели почти оранжевыми. Солнце садилось, а мне предстояло еще перебраться на ту сторону реки и найти собственную лошадь. Пока стража не отправилась прочесывать лес.

— Тебе пора, — тихо, с пониманием произнес Сальватор, что, оказывается, внимательно следил за мной. Я только кивнула, не зная, что тут можно ответить. Сальвтор вновь поймал мои пальцы, переплетя со своими. — Сможешь еще прийти? Завтра?

— Не знаю, — честно ответила, совсем потерявшись в своих ощущениях и во всей этой ситуации. На меня нахлынула печаль. Что если с ним вновь что-то случится? Ночь длинна, мало ли какие чудовища еще таятся в этой темноте.

— Я буду в порядке, Полли, — улыбнувшись и чуть сжав мою ладонь, проговорил Сальватор, словно мои мысли было начертаны на лбу. — Иди, пока не стемнело.

— Все будет в порядке? — еще раз, словно не верила, спросила я.

— Определенно, маленькая фея. Я больше не потеряю сознание. Ты излечила меня. Только, — мужчина скривился, явно копируя меня, — не ставь этот куст обратно.

— У меня не хватит сил, — улыбнувшись, призналась в ответ.

— Вот и хорошо. Беги, Полли, пока солнце не упало за горы. До поместья твоей госпожи путь не такой уж близкий. Придет время, я отблагодарю тебя за сегодняшний день

Последние слова настигли меня тогда, когда я уже поднялась. Тихо пробормотав «не стоит», будучи уверенной, что Сальватор не сможет этого расслышать, я побежала в сторону от реки, пока солнце еще позволяло безопасно передвигаться по этим острым камням.

Глава 20

У главных ворот, как эскорт при встрече важных гостей, выстроилась вся моя прислуга, во главе с матушкой Сю, Полли, Кури и Чу-шу. Явившись с последними лучами закатного солнца, когда по стенам из черного дерева мазнуло красным, я, недовольно поджав губы, остановила лошадь у ступеней.

— С возвращением, ваше высочество, — хором, словно только и тренировали приветствие в мое отсутствие, воскликнули обитатели поместья, склонив головы. Я же скривилась, понимая, что против такого дружного противостояния, скорее всего, ничего не смогу поделать.

— Разве в поместье закончились дела? — прищурившись, строго спросила, от чего младшие слуги вздрогнули. Но на старших это не произвело впечатления. Матушка Сю только улыбнулась, как довольная сытая кошка.

— Ну что вы, госпожа. Просто мы ожидали вашего возвращения, решая, с какого направления начинать поиски.

— Я вернулась, — спрыгивая с седла, вскинув бровь, указала на очевидно, но где-то в глубине все же немного приподняло голову чувство вины. Все эти люди зависят от меня. Если что-то случиться с принцессой, поместье вновь запечатают, люди лишатся поддержки, и опять настанут голодные, полные лишений годы, когда некому позаботиться о благополучии простых людей.