Мое мерзкое высочество (СИ) - Питкевич Александра "Samum"

— Я бы попросил меня обнять, но, видно, как всегда, все нужно делать самому, — оскалился кузен, перекидывая свою перевязь с оружием наискось мне на плечо, притягивая ближе, чтобы иметь свободные руки.

— Мигель, я, конечно, тебя ценю, но все же обниматься с тобой — не самая моя заветная мечта, — отшутился в ответ, чувствуя, как нас отрывает от земли. По ту сторону забора работал Луис, помогая Мигелю вытягивать нас обоих. Все, что мог сейчас я — это просто не мешать.

Оказавшись по ту сторону, освободившись, я повел плечами, стараясь немного унять боль.

— Держишься? — вопрос Луиса не был простым любопытством. До лошадей, а потом до лагеря было не так близко.

— Не самый плохой мой опыт. Вперед, — напомнил я. Оставалось надеяться, что земля не успела слишком сильно размокнуть. Мне хватило того, что пришлось прокатиться по грязи во дворе поместья.

Глава 16

С интересом рассматривая результаты нашего эксперимента, я подняла один неровный блок, который был удивительно легким, и с силой кинула на землю, желая посмотреть, не расколется ли белый, с золотистыми прожилками соломы, наш самодельный кирпичик.

— Хм, — задумчиво дернув кончик прядки, что выбилась из прически, фыркнула я. Результат получился куда лучше, чем думалось. И все же деятельная натура требовала окончательного результата. Повернувшись к мальчишкам, что занимались этим делом, спросила: — А если молотком?

— Тогда треснет, — ответил не самый старший голубоглазый парень, следя за мной внимательным цепким взглядом, — но не развалится. А если трещину потом промазать свежим — ее словно и не было.

Порадовавшись, что за несколько дней мы достигли такого интересного, и явно положительного результата, я улыбнулась. Скорее всего, такой вариант не подойдет для крыш, но вопрос со стенами, можно сказать, решен. Даже если я потрачусь, закупив немного древесины, причем совсем не высшего качества, на каркасы, с соломой вопросов не будет. Этот ресурс, мало того, что на порядок дешевле таких материалов, как камень или дерево, так еще и совершенно доступен.

— А что с тростником? Или опилками? — выискивая варианты уточнила я.

Мальчишки переглянулись, и мне показалось, что вопрос их немного смутил.

— Простите, леди, — мое синее платье предполагало, что сегодня я опять не принцесса, но это был куда лучший вариант, позволяющий почти полностью игнорировать правила этикета и пренебрегать ограничениями, которые на меня накладывал титул. Впрочем, не то, чтобы я раньше сильно переживала о мнении окружающих на сей счет.

— Ну? — поторопила я ребят, не зная, какой из блоков мне нужен.

— Мы, кажется, немного перестарались с опилками, высыпав их слишком много. Все просто развалилось.

– И что же вам помешало попробовать еще раз? — вскинув бровь, глядя на потрескавшиеся красные блоки, уточнила.

— У нас закончилась белая глина, — виновато отозвался голубоглазый парень.

Ладно, это даже не намек на проблему. Останется что-то придумать с крышами.

Заставив старосту, при помощи нескольких человек написать мне список материалов, которые придется купить, отправив подростков, под присмотром нескольких свободных женщин за глиной, выделив для этого повозку и лошадь из конюшен наместника, я усталой, но вполне довольной, вернулась в поместье.

У ворот, сидя на деревянном настиле, который, кажется, становился еще чернее под ярким, летним солнцем, ждал Кура. При моем появлении стражник поднялся, отвесив положенный поклон, без того ехидства и высокомерия, что сквозило в каждом его жесте ранее.

Поймав повод лошади, не позволяя моей кобыле гарцевать, пока я спешиваюсь, мужчина молча ждал моих слов. Окинув его внимательным взглядом, я махнула рукой, показывая, чтобы тот следовал за мной. Передав лошадь на попечение конюха, Кура быстро, но сохраняя положенное расстояние в два моих шага, следовал в сторону кабинета.

— Как ваша поездка прошла? — усевшись за большой стол, спросил я, глядя как Полли уже вносит дымящийся чай. Видно, увидела из окна, что я возвращаюсь в поместье. С улыбкой отметив, что служанка постевила две чашки, ео одну перевернула донышком вверх, я кивнула девушке. Все верно. Пока не известно, стоит ли баловать этого хмурого мужчину, позволяя пить чай вместе с принцессой.

— Без заминок, ваше высочество, — спокойно и сдержано, словно дорога на самом деле позволила ему переосмыслить ситуацию, проговорил стражник. — Как вы и приказали, я передал письмо герцогу и попросил его совета по известному вопросу. Его высочество сказал, что вернее всего будет отправить наместника в столицу. Отдел дознания и наказаний сам должен разбираться с этими делами.

— Вот как, — я медленно потянула ароматный чай, стараясь не обжечься. Травы, что добавляли здесь в привычный мне напиток создавали совсем иную гармония ароматов. — Этого я не могла придумать. У нас все делается немного иначе.

Вскинув голову, отметив утомленный вид и запыленные сапоги мужчины, махнула рукой на кресло напротив. Кура явно не успел, или не пожелал привести себя в порядок перед встречей со мной.

— Сядьте. — Перевернув вторую чашу, я задумчиво отставила ее в сторону. Пока наливать напиток воину мне не хотелось, но в этот раз наше общение не вызывало и такого отторжения, как в последний раз. — Удалось ли вам попасть в архив?

— Как вы и повелели, — опускаясь в кресло и устало вытягивая ноги, кивнул мужчина, вынимая довольно крупную тубу с документами и откручивая крышку. — Мне, при содействии герцога, удалось добыть для вас новую карту территорий с принадлежностью. И список земель, что перешли в ваше подчинение.

— С именами тех, кто теперь перешел под мою власть?

— Именно, — вытягивая скрутку бумаг, кивнул Кура. — Их не так и много, удельных баронов, всего-то четверо, и в большинстве своем они за перевалом, так как долина, как вы знаете, почти что в чаше, но все же я привез и список имен, и сами документы.

— Вы видели мое титулование? — я не очень много знала о том, как проводят назначения в Сайгоре, но слышала от отца, что в архивах канцелярии имеются особые бумаги и печати, которые дублируют каждый приказ, закрепленный печатью конунга, в том числе и назначение на должность. И, пока действительный носитель титула жив, сместить его ниже по иерархи или низвергнуть можно только на весьма серьезных основаниях.

— Да, — Кура чуть сощурил глаза, рассматривая меня внимательнее, словно увидел в первый раз. — Бумага исписана золотыми чернилами, с красной печатью конунга. Ваше титулование пожизненно, вне зависимости от дальнейших событий и действий с обеих сторон.

Только выдохнув, я поняла, что все это время ждала ответа, не смея вздохнуть

Пожизненное титулование.

Одно дело услышать это на церемонии и, и совсем другое — знать, что вытащить из этого поместья могут только ногами вперед. Под грохот труб и трепыхание траурных лент.

— Это более чем добрая новость, Кура, — призналась я, откидываясь на спинку стула.

— Да, ваше высочество, — страж вдруг поднялся, и, отступив на несколько шагов от стола, опустился на колени, склонив голову. Я удивленно вскинула бровь, переглянувшись с Полли, что по обыкновению стояла у моего стола молчаливой тенью. Переведя вновь взгляд на стража, я увидела решительно и напряженное выражение его лица. — Я прошу прошения у вашего высочества за все недоразумения и неприятные моменты, что доставил вам ранее. Прошу принять мою клятву верности и верного пожизненного служения.

Еще более шокировав меня, мужчина поклонился, касаясь руками пола и ожидая моих дальнейших действий. С дрожью в ногах, понимая, что по сути это первая такая клятва, принесенная мне, я встала из-за стола. Подойдя к стражнику, я помогла ему подняться, внимательно заглядывая в умные глаза.

Отступив на шаг, коротко кивнув, ответила.

— Я принимаю твою клятву, Кура из Небесных Чертогов и рассчитываю на верную и долгую службу.

— Вы даруете мне принадлежность? — глаза мужчины расширились от удивления. Прибавив к его имени название своего поместья, я только что подняла его сразу на несколько рангов в иерархии Сайгоры. Но для меня это имело совсем иное значение. Теперь всецело и полностью этот человек принадлежал мне. Заботился только о моих интересах и исполнял исключительно мои приказы. Неоспоримо и точно. Даже если сам будет с ними не согласен.