Треугольник - Сандра Маршак

На Вулкане его, конечно же, обучали умению ходить по канату, когда он был еще ребенком, учеником начальной школы. Но никому и в голову не приходило поднимать канат на двадцатиметровую высоту и натягивать его посреди джунглей. И неожиданно для себя Спок почувствовал самый настоящий страх. Не разбираясь, боится ли он сорваться или самой высоты, вулканец опустился пониже. Ветви здесь росли толще и гуще, а земля была более доступна для безопасного падения.

Зато одна за другой начали возникать затруднения из-за тех же толстых ветвей, то тесно сходившихся, а то и вовсе переплетающихся в непреодолимую преграду. И все эти многочисленные преграды приходилось обходить стороной.

О спуске на землю Спок даже не думал.

Пришлось вулканцу забыть о боязни высоты, вспомнить навыки детства и вновь подниматься. А обратив внимание на гибкие прочные жгуты лиан, он вспомнил и другую детскую забаву – гигантские шаги. И теперь он не продвигался, не бежал, а летел вперед. Ветки деревьев стали для него лишь трамплином для прыжка к очередной лиане, на которой он пролетал десять, а то и все двадцать метров до следующей лианы.

Спок не сомневался в правильности выбранного им направления, хоть и не знал, чей маяк подает ему сигналы – Солы? Или его ведет более примитивное чувство, которое уже не раз и не два выводило его на Кирка? Не все ли равно? Вулканец знал, что найдет их обоих.

Сола, конечно же, должна пойти за Кирком, иначе ей не поздоровится от Спока. И она должна знать об этом.

Хотя, какой бы охотницей ни была Сола, вряд ли ей удасться избежать той ловушки, которую «Тотальное Единство» построило для них.

И вулканец со скоростью ракеты перелетал от дерева к дереву, и в этом полете в нем не осталось ничего от тысячелетнего спокойствия Вулкана или от чопорного благочиния офицера Звездного Флота. Перед ним въявь предстали миллионнолетние джунгли и пустыни, и вулканец Спок со всем набором первобытности его предков чувствовал себя здесь в родной стихии.

Если он не успеет, если не спасет Солу и Кирка, то умрет здесь сам…

Глава 21

Приведя Гейлбрейса на свою территорию, в корабельный лазарет, где должна была совершится сделка, Маккой набрался решимости и заговорил:

– Посол, я не знаю, сколько во мне осталось души, но, скорее всего, вы последний, кому я ее предлагаю. Дело дошло до того, что этим кораблем никому, кроме меня, нельзя командовать. Я не знаю, свободен ли мистер Скотт, как и любой другой член экипажа, от влияния солженовского или вашего «Единства», следовательно, можно ли им доверить командование кораблем. Мне также неизвестно, что вы сделали с Джимом Кирком во время вашего телепатического контакта, который насильно прервал Спок. И ни в какие мыслимые ворота не протискивается то, что вы обстряпали на пару с «Тотальным Единством». Но какой бы стряпней вы не занимались, я должен удержать этот корабль, должен найти его капитана, старшего помощника и Солу. Если ваша окончательная цена – моя душа, то я ставлю вам те же условия, что и капитан. Конечно, если он присоединится к вам, я последую его примеру. Но до той поры вы должны предоставить мне свободу действий, должны помочь удержать корабль и разыскать моих друзей. Гейлбрейс улыбнулся.

– Доктор, диктат ваших условий трудно назвать сделкой, ведь если я заполучу душу вашего капитана, то ваша душа пойдет лишь в придачу, без всяких условий.

Маккой посуровел, посмотрел в глаза послу твердым взглядом.

– Гейлбрейс, неужели вы думаете, что все козыри у вас на руках?

Согласно Коду Семь, я как старший офицер медицинской службы, уполномочен предпринять вполне определенные меры, – в том числе, в исключительном случае, уничтожение корабля. Допустим, вы сумеете убраться отсюда вместе со своими людьми, но вы со всем вашим «Единством» не сможете выжить на планете, находящейся под нами. Так что я предлагаю вам вполне приемлемую сделку.

Маккой не стал вдаваться в подробности, какова его реальная власть, где предел его полномочий и хочется ли ему доходить до этого предела. Он был отличным игроком в покер, в свое время обыгрывал всех в Джорджии, а заодно и Джима Кирка. Он умел блефовать.

Гейлбрейс не расстался со своей улыбкой.

– Доктор, как вы можете узнать, помогаю ли я вам из честных побуждений или притворяюсь, что оказываю помощь вам, выжидая момента, когда притупится ваша бдительность? Но как бы то ни было, я принимаю ваши условия за уже обговоренную цену и буду помогать вам…, когда сочту нужным.

Маккой перевел дыхание: сделка состоялась. Но что должен делать тот, кто только что продал душу деяволу? А! Голому разбой не страшен.

– Вы предоставите свободу мистеру Скотту и всем членам экипажа, имеющим отношение к работе капитанского мостика, вы предохраните их от воздействия «Тотального Единства», – блефовал Маккой, не зная карт своего противника. – Это касается Скотта, Зулу, Ухуры, Чехова, Чепел и других, имена которых я назову попозже. Гейлбрейс слегка приоткрыл свои карты:

– Трое из названных вами уже принадлежат мне или Солженову.

Маккой почувствовал, как холодные тиски сжали его сердце: «Скотти? Чепел? Кто из них? Боже правый, неужели я один остался на последнем рубеже обороны?»

– Вы назовете их поименно, – настаивал Маккой. – А потом поможете мне разыскать капитана. Гейлбрейс окинул его холодными серыми глазами и сказал:

– Возможно, когда сочту нужным.

Кирк, осторожно переступая с ноги на ногу, пятился назад вдоль по ветке, не спуская глаз с кота-медведя. Отступать приходилось на ощупь, подстраховываясь лишь одной рукой, перебирая ею ветку за веткой. Но вот спина коснулась ствола дерева, отступать дальше было некуда и Кирк поднял бамбуковое копье, слегка прижимая его к стволу, чтобы вернее прицелиться.

Он не очень-то верил, что бамбуковая палка, названная им копьем, поможет ему. Скорей всего, эта гибридная тварь сокрушит его своим мощным телом, а потом сдавит в смертельных объятиях.

Но согласно первому закону выживания, нельзя опускать руки в самой безвыходной ситуации, надо бороться до самого конца.

Кот-медведь посмотрел на Кирка, как на лакомый кусочек, облизнулся и бросился вперед.

Кирк метнул копье, и как только оно вонзилось зверю в грудь, спрыгнул вниз. Спрыгнул с двадцатифутовой высоты и, сдерживая скорость падения, ухватился руками за концы веток. Больно приземлившись, он тут же перекувырнулся и отскочил в сторону. Зверь упал рядом с ним – хрипящая, харкающая кровью груда когтей и клыков. Он издыхал, но был еще опасен.

Отползая от него подальше, Кирк поднялся на ноги и уткнулся взглядом в плотный частокол растущих впритык деревьев. Отступать вновь было некуда.

Тогда он нащупал на поясе и взял в руки обломок дерева-бамбука, чтобы использовать его, как нож, и замер в ожидании.

Издыхающий зверь рывком поднялся на задние лапы, выпрямился, как настоящий медведь, во весь рост и оказался вдвое выше Кирка. Чуть наклонившись вперед, зверь сделал шаг и рухнул наземь. Кирк едва успел отскочить в сторону, чтобы не оказаться под телом. Он не верил своим глазам, видя зверя мертвым – красивым, а не грозным.

Потрясенный и смертельной схваткой, и неожиданной красотой зверя, Кирк поторопился убраться прочь от этого места. Он подозревал, что еще одна такая встреча будет последним его потрясением.

Неожиданно заныло раненое предплечье, оказывается, при падении он зацепился им за ветку. И стало ясно, что лечение Гейлбрейса было поверхностным. Посол наложил кожный покров, соединил разорванную ткань – и только. Вызванная его телепатией бодрость оказалась кратковременной. Кирк снова почувствовал себя усталым, а боль грозила ослабить его до потери сознания. Ко всему, он еще растянул лодыжку и сомневался, что сможет и дальше продвигаться как верхолаз.

Прихрамывая, Кирк медленно побрел вперед, уже по земле. Оставшись без копья, он высматривал голубой бамбук, который, оказывается, был редким для этих дебрей растением. Необходимо найти хоть какое никакое оружие, защитить свою жизнь, выжить. Кирк боялся не столько самой смерти, сколько того, что Сола и Спок наткнутся на его труп под каким-нибудь котом-медведем или волком-оборотнем.

Или… вообще ничего не найдут.

Глава 22

Кирк так и не нашел больше голубого бамбука, зато подобрал крепкий увесистый обломок дерева какой-то твердой породы и вскинул его на плечо, как дубинку.

Джунгли внезапно расступились, и взору открылась широкая, прямо-таки просторная поляна. Поверх деревьев с другой стороны Кирк увидел вершину горы и вспомнил слова Спока: «Замаскированный источник энергии и присутствие разумной формы жизни в одиноко стоящем вулкане у поляны, где приземлилась Сола.»

Ситуация прояснялась. Испытание-вызов «Тотального Единства» не ограничивалось «охотой» Солы за избранником. Скорей всего, замысел Солженова имел и другую, не столь очевидную, цель: транспортировать Кирка в окрестности своей цитадели и посмотреть, не клюнет ли он на приманку, не предпримет ли попытки проникнуть вовнутрь крепости «Единства».