Экранизации не подлежит - Гарри Т. Ньютон

Рита повернулась к мужу и поцеловала его в губы.

— Какое же ты прошлое? Ты — мое настоящее и наверное, вообще единственное мое спасение — каждый день и каждую минуту. Я не хочу, чтобы ты когда-нибудь стал моим прошлым.

В комнату вбежали заплаканные внучки. У каждой в руках были их ценности — маленькие, какие бывают у детей, но самые-пресамые дорогие. Кира обвесилась кучей золотых и серебряных медалей от танцевальных конкурсов, а Ирочка прижимала к груди уже полюбившуюся ей куклу Аню. Девочки ежились у стола Григорича и Ирочка плаксивым голоском пожаловалась:

— Мама хочет выбросить наши вещи. Можно мы их у вас спрячем, а то….а то…..?

— А то нам нечего будет взять в будущее — отрезала Кира, и Григорич заметил, что та прилагает огромные усилия, чтоб тоже не расплакаться.

— Конечно, — тихо ответила Рита и спрятала ценности в самое укромное место — в книжном шкафу. Туда уж точно Быдловичам не придет и в голову заглянуть.

— Бабушка, а ты уже не злая? — спросила посветлевшая Ирочка.

— Нет, мои дорогие, идите ко мне.

Внучки подбежали к Рите, и крепко обняли бабушку.

На следующее утро Рита призналась Григоричу:

— Знаешь, что я подумала. Значит, так надо было, чтоб я больше никогда не увидела фотографий. Меня тогда на кладбище не зря так сильно потянуло зайти в дом. Словно мама, зная все заранее, хотела, чтобы я в последний раз взглянула и вспомнила всю-всю нашу жизнь и запомнила ее навсегда. Сегодня ночью мне приснилась бабушка и так мы хорошо поговорили, будто живьем ее видела и ощущала. Она успокоила меня и посоветовала…. В общем, я решила, что буду теперь собирать фотоальбом своих внучек и вклеивать все-все их фотографии.

— А я стану Хранителем этого альбома, — поддержал жену Григорич.

Заряженный положительной энергией, Григорич сел за компьютер и начал строчить: «Уважаемая киностудия! Я — начинающий сценарист и хотел бы предложить на Ваш суд заявку и сценарий фильма «Свалка истории». Это поучительная история о том, что может произойти с человеком, если однажды он возьмет и плюнет в прошлое….

Глава 9

За то время, пока Григорич корпел над сценариями, накопилась уйма переводческой работы, поэтому он вынужденно погрузился головой в заказы, ибо заработки со сценариев представлялись пока еще отдаленной перспективой, а кормить семью приходилось уже сейчас. Кроме того он знал, что если переключиться с мучавшей проблемы на другую тему, то все может решиться само собой самым неожиданным образом. Главное сделать вид, будто никакие квартиры тебя уже не интересуют, и продолжать жить, как ни в чем не бывало: зарабатывать на хлеб насущный, в свободное время ходить с женой в театр или устроить на даче пикник с друзьями. Работы и в самом деле привалило выше крыши: приходилось ночи напролет с бешеной скоростью тарахтеть по клавиатуре, параллельно осваивая языковую программу Традос, выдерживая бесконечные дискуссии с въедливыми редакторами бюро переводов и тестировать нервы на ударную прочность, выслушивая зачастую невнятные претензии заказчиков.

Не забывали о вечно занятом Григориче и «вежливые» домочадцы. Рита как могла, оберегала зыбкий покой мужа, окружая его чуть ли не китайской стеной и возвышаясь на форпосте в дверном проеме в их комнату. Но как говорится, против хамства не выстроили еще той стены, да и против контрабандистов тоже. В этом плане настырные внучки проявляли чудеса лицемерной дипломатии, чтобы уговорить бабушку пропустить их к дедушке — то за скотчем для Киры, то за листиком для рисования Ирочке, то обеим кровь из носу нужно было получить оценку постороннего зрителя за их совместный танцевальный номер. Посторонним они выбирали, естественно, Григорича. На кухне за стенкой по традиции пререкались Вован с Машей — громогласно вопя о том, кто сколько съел котлет и шепотом шурша о делах денежных. Проданный дом Ритиной мамы уже пустовал, но денег Рита еще не получила. По договору клиенты должны были расплатиться с Быдловичами на неделе.

Словно незримая Сила свыше дала возможность Григоричу немного рассчитаться с делами, потому что почти сразу же по завершении последнего заказа ему написали из киностудии. Письмо пришло от той самой Карины, оказавшейся живее всех живых на кладбище студийной редактуры, чему Григорич несказанно обрадовался. Правда, девушка тут же предупредила, что сценарий «Свалки истории» она не читала, поскольку студия переполнена проектами на реализацию на пять лет вперед. Вместе с тем Карина предложила Григоричу приехать в Москву на питчинг. Еще не зная, что за гадость скрывается под странным словом, Рита женской интуицией почувствовала нечто сомнительное в приглашении и категорически его отвергла.

— Хочешь, поедем вдвоем? — предложил Григорич.

Но закрытые из-за карантина границы между Украиной и Россией оставляли планы Григорича наивной эфемерной мечтой. Был, правда, один вариант: добраться до места назначения через Белоруссию, но тут надо сказать пару слов о самом мероприятии под чудным названием питчинг, что с английского переводится как кидание или бросание. Речь шла не о том, как собираются маргинальные личности и начинают друг друга кидать, заканчивая свои доклады и прения банальным мордобоем и поножовщиной. Для питчинга действительно существует вброс, только он информационный: собирается многочисленная аудитория из продюсеров, финансистов, директоров студий, режиссеров и прочей орды киноведов, перед которой робкий сценарист, путаясь в смысле и спотыкаясь на словах, презентует свой проект. И от того, насколько мастерски он подойдет к подобному вбрасыванию, зависит, захочет ли кто-нибудь из собравшихся магнатов и мэтров вложить деньги в экранизацию работы новичка. Шаг этот довольно рискованный и в тоже время наглый — за три минуты, а именно столько времени отводится на презентацию проекта, из серой неизвестности прыгнуть в счастливое будущее или так и оставаться в небытие с хроническим комплексом неудачника.

— И никаких гарантий? — спросила Рита и повела плечами.

— Увы, — вздохнул Григорич. — Но если сценарий не купят, то может, удастся познакомиться с нужными людьми.

Рита пристально посмотрела на мужа и переспросила:

— Может? Ты и вправду хочешь потратить кучу денег на переезд через две страны и обратно, чтобы три минуты поучаствовать в конкурсе, не будучи уверенным в успехе?

— Ну почему не будучи… — не очень смело протянул Григорич. — А вдруг повезет.

Рита опустилась на стул и отвела взгляд в сторону. Муж присел на корточки и охватил руками полноватые ноги жены.

— Они устали, — вздохнула Рита, показывая на налитые ступни.

— Хочешь, разотру их «Силой лошади», — предложил Григорич.

— Я отдохнуть хочу, а не участвовать в скачках, — съязвила жена. — Ирочка вон как