Изумрудные глаза - Дэниел Моран

Голос Трента звучал в их мозгах.

Эти электроды, что вы нацепили на себя, помогут вам ощутить себя в Сети, разглядеть, что же представляет собой виртуальное пространство изнутри, но после того, как я вырос и стал взрослым, я понял, что все это очень приблизительно и условно. Для серьезной работы необходим настоящий инскин и воссоздающий процессор, с помощью которого мы, игроки в Сети, и создаем свой Образ.

В темном голографическом объеме вдруг засветилась яркая зеленая решетка. Она плавно, объемно повернулась, застыла в горизонтальном положении и разделила изображение на две половины.

Трент продолжил объяснение.

Миротворцы, особенно наблюдатель за Сетью, тоже используют следящие устройства.

До двойняшек донесся перестук печатающего ключа.

Вам, пока не станете взрослыми, пользоваться инскином нельзя – это вредно для малышей, а вот с воссоздающим процессором вы можете работать прямо сейчас. Для того чтобы начать работу, необходимо наличие трех составляющих. Это, прежде всего, вы сами, затем специальное оборудование и запущенная в Сеть программа, которая называется Образ. Когда будете готовы, позовете меня. Вот первое правило – не вздумайте входить в Сеть, когда устали, испытываете жажду или хотите писать.

В голографическом поле возник спутанный клубок оранжевых разноразмерных кабелей. Клубок начал разворачиваться, отдельные жгуты густо полезли сквозь ячейки решетки.

Итак, техническое обеспечение, или «железо», самое простое, но здесь есть свои ограничения. Для входа в Инфосеть не следует, например, пользоваться пультом дистанционного управления. Эти штуки дешевы, но работают дольше и хуже, однако, самое главное, вы никогда не можете с уверенностью сказать, сработала ли та кнопка, на которую нажали. В обычных условиях не стоит пользоваться и клавиатурой, разве что от случая к случаю. Лучше всего сразу учиться пользоваться следящими устройствами. Устройства для мысленного программирования, или УМП, на биомикропроцессорах – это самое лучшее, что можно найти. Они работают быстрее всех других железок, однако там нет функции отбора информации. Другими словами, в чем вы действительно нуждаетесь, так это в оборудовании, достаточно мощном, чтобы чувствовать себя в виртуальном пространстве как рыба в воде. Существует еще множество разного барахла: дополнительных приспособлений, всяких биопомощников, но их используют крайне редко.

Позади зеленой решетки внезапно запульсировали вспышки красного цвета. Они лихорадочно задвигались. Голос Трента прозвучал в их головах.

О'кей, все готово. Я отправляюсь в Инфосеть, а вы следите за мной.

Дэвид наклонился вперед, начал объяснять сестричке:

– Оранжевые – это занятые линии оптических све­товодов. По ним в реальном времени туда-сюда бежит информация. Голубые импульсы относятся к логическому узлу, золотые – это игроки.

– Смотри, – воскликнула Дэнис. – Активный сигнал!

Беззвучный смех раздался в сознании Дэнис.

Это и есть наблюдатель за Сетью. Запомните, газеты и тридивидение называют нас «сетевыми танцорами», но это неправильно. Мы – игроки. Игроки в Хрустальном Ветре. Наблюдатель – наш враг.

– Ты должен был предупредить нас заранее, – обиделась Дэнис. – А ты молчишь и молчишь.

Трент никак не прореагировал на это замечание. Объяснения он продолжил прежним ровным голосом, словно молитву читал.

Хрустальный Ветер – это шторм. Это бешеный круговорот информации. Хрустальный Ветер – это буря, буря – это информация, информация – это жизнь. Понятно, салаги?

Пока он говорил, Дэнис почувствовала, как у нее вспотели ладошки. Этот противный голос! Она всегда пугалась, когда Трент говорил таким голосом. Совсем как дурак. Она представить не могла, каким образом человек может дойти до того, чтобы добровольно превратить себя в камень, а свои мысли и слова отправить в какую-то черную даль и вещать оттуда подобным страшным голосом. Как он может разгуливать в пространстве, где нет ничего, кроме импульсов, кроме глупых решеток, каких-то перемигивающихся искорок и непонятного наблюдателя за Сетью. Где только пустота и серебряные отсветы – и все сразу.

Голос звучал неумолимо:

Заканчивай подготовку, Дэвид.

– Красные – это ангелы Сети, – заканчивая настройку, продолжал пояснять Дэвид, обращаясь к сестричке. – Их алгоримы записаны следующим образом...

Алгоритмы.

– Да, алгоритмы, – поправился мальчик. – Они записаны таким образом, что помогают им постоянно получать энергию от всевозможных дополнительных источников питания. Если отключить питание, они совсем не погибнут. Но, если их не подпитывать долго-долго, они могут погибнуть. Однако наблюдатель Сети о них вовсе не заботится. Понятно?

Дэнис торопливо ответила:

– Я знаю, сетевые ангелы стараются поймать Образ и разрушить его, а некоторые способны пройти по нашему следу и убить нас самих. Правильно, Трент?

Парень не ответил, и девочка продолжила более уверенно:

– Если в Сети появится какой-нибудь ИР, они сменят цвет и станут похожи на белые пятна, но это случается очень редко.

...очень редко. Итак, вы должны войти в Сеть. Это самая легкая часть того, чему вы должны научиться сегодня. Сгенерируйте ваш Образ и зашлите его в Сеть. Мой логин Франко-ДЕК МикроВАКС и все другие пользователи на всем Восточном побережье, а также заказчики, нанимающие меня, знакомы с моим бегущим, распределенным по Сети логином. Так, уже полдень, все заказчики, что могли обратиться ко мне, отправились отдыхать. Считайте, вам повезло, до утра я свободен. Я уже закончил большую часть работы, которую они мне поручили. Моей программе доступны около восьмидесяти процентов информации, вращающейся в Сети.

Дэвид, сидевший плечом к плечу с Дэнис, спросил:

– Мы тоже можем подсоединиться к тебе?

Мальчик ссутулился над клавиатурой, набрал код входа в Сеть.

Правильно. Кто вы?

Дэвид набрал: «Эдмон Дантес».

Кто?!

«Граф Монте-Кристо».

В Сети уже есть один граф. Он так и называет себя – Граф Сети.

«Тогда так, как в самом начале, – Эдмон Дантес».

Возникла недолгая пауза.

Ладно, пусть будет Дантес. А ты, Дэнис, уже выбрала?

Девочка набрала на клавиатуре ответ.

«Я буду Жанна д'Арк».

Нельзя. В Сети уже есть одна такая.

«Почему это я не могу?»

Потому что, когда ты войдешь в Сеть, твой Образ должен быть готов для...

«Но мы не собираемся входить в Сеть. Это просто игра».

Нет, это не игра.

Дэнис надулась, сложила руки на груди.

«Я полагаю, что и Ребекку Йоркскую уже кто-то присвоил?»

Нет.

Дэнис догадалась, что где-то там, в своей непонятной дали, Трент посмеивается над ней. Она очень рассердилась. В этот момент долетел ответ.

Ребекку, пожалуйста. Кто она такая?

«Еврейка в „Айвенго“. Ее никто не мог заставить предать своего избранника».

Ладно, это можно.

Два беззвучных световых импульса проскочили через их следящие устройства.

Сейчас я проскочу через защиту службы безопасности Пуролейтора. Следуйте за мной, это будет вашим первым уроком.

Дэвид загрузил Образ в память, набрал программу и последовал за воображаемым микрокомпьютерным существом, контролируемым Трентом.

Дэнис наблюдала за братом. Все это было настолько интересно, что она уже забыла о своей обиде. Ее изумрудные глаза сверкали.

Тем же утром Карл Кастанаверас, все-таки осушивший прошлым вечером бутылку дымчатого виски, просыпался трудно. Во рту было сухо, веки не поднимались, к тому же в комнате отчетливо раздавалось странное неясное бормотание.

– Убирайтесь прочь! – огрызнулся Карл.

Дьявольские голоса не унимались. Неожиданно в лицо ударил нестерпимо яркий свет. Карл рывком сел на кровати. Некоторое время разглядывал незваных гостей, удивленно помаргивал. Они стояли у противоположной стены, позади кровати – Джерри Маккан, репортер из «Электроник таймс»", Джонни и Энди. Джерри и Джонни были разодеты – хоть сейчас на официальный прием! Только девятнадцатилетний Эндрю Томас, или Энди, один из девяти телепатов старшего возраста, рожденный «еще до потопа», подкачал – вырядился в белый спортивный костюм с карманами, пришитыми на самых неожиданных местах. В таком костюме, отметил про себя Карл, на прием вряд ли пустят. Лицом Энди едва ли напоминал европейца: кожа имела светло-оливковый оттенок, глаза яркие, изумрудные.

Карл взбил подушку, подложил ее под спину и откинулся к стене.

– Ужасно чувствую себя, – признался он. – Словно в какашку превратился. Который час?

– Уже день, шесть утра, – ответил Джерри. – Ты в самом деле очень похож на дерьмо.

Карл почувствовал, как по левой руке побежали мурашки. Опять затекла за время сна. Сколько раз он ругал себя за то, что спит на ней. Теперь терпи. Он скривился, потом посмотрел на Джонни и жалко улыбнулся: