Империя. Исправляя чистовик - Владимир Викторович Бабкин

в полторы сотни батарей. Мы благодарны России за предоставление нам трехсот орудий, включая горные, сорока броневиков, двух тысяч ручных и станковых пулеметов, пятидесяти тысяч винтовок и карабинов, за боеприпасы к ним, а главное, за возможность воздушной поддержки наших операций. В современной войне авиация доказала свою неоспоримую значимость. Сражения прошлой весной на территории Османии однозначно подтвердили успешность авиации даже в условиях горного театра военных действий.

Да, поставки шли, и шли довольно широким потоком. Помимо всего указанного моим царственным гостем мы поставляли лошадей, амуницию, обувь, консервы, зерно, взрывчатку, порох, одеяла и прочее.

Мне могут возразить, что лошади, обувь, консервы и те же одеяла лучше было бы употребить на нужды внутри России, чем раздавать всяким голодранцам, но смею заметить, что лучше иметь более-менее лояльный режим в Афганистане, который будет сдерживать свои племена от набегов на наш Туркестан или, в случае невозможности это обеспечить уговорами, будет позволять нашим ЧВК и авиации проводить зачистку банд на его территории. Кроме того, пусть британцы будут заняты пикировками с афганцами, чем лезут к нам. В Туркестане и так очень неспокойно.

В принципе, даром мы ничего не раздавали, а если и раздавали, то либо уже порядком устаревшее, оставшееся после Великой войны, либо то, чем могли пожертвовать ради великого дела войны с Британией чужими руками. Фактически мы открыли программу ленд-лиза для Афганистана, пусть довольно скромную по объемам, но имеющую важное значение для бедной дикой страны и ее карликовой армии.

А что взамен? Ведь Афганистан не очень-то богатая страна… Ну, была определенная надежда на всякого рода концессии, ведь королевство было довольно богатым на полезные ископаемые, хотя сложность рельефа весьма затрудняла и сам процесс добычи, и тем более транспортировку добытого в Россию, где почти все это имелось в наличии и свое, причем дешевле. Но это отдельный вопрос. Еще я хотел в перспективе получить пару военных баз на территории Афганистана для нашей дальней авиации, обеспечивающей, ко всему прочему, и операции ССО.

Вообще же мне нужно было продолжить выстраивать буферный пояс вокруг империи, воплощать, так сказать, теорию Хартленда, но немного наоборот. Это должен быть мой санитарный пояс от них, а не их пояс обороны от меня. Во-первых, это давало дополнительную защиту, ведь это новые сотни километров, которые противнику придется преодолевать на пути к империи; их самолетам будет дальше лететь, а у меня появляется дополнительное время на переброску и развертывание войск на угрожаемом направлении. Во-вторых, многие такие территории, сохраняя формальную независимость, вполне могли меня порадовать согласием на предоставление военных баз, как, например, это любезно сделала Персия, предоставив нам военно-воздушную базу в Кашане, откуда те же Си-30 могли долетать даже до берегов Персидского залива, если возникнет такая необходимость.

Впрочем, тут я, конечно, лукавлю. Султан Ахмад-шах Каджар выбора особого не имел, как и реальной власти в своей стране, которой скорее правили местные князьки и вожди племен, а сама Персия все ещё была разделена на сферы влияния России и Великобритании. К тому же после окончания Великой войны ни армия Единства, ни британские войска выведены не были, так что согласовать развертывание еще одной базы в нашей Зоне контроля нам было несложно.

В общем, мой санитарный пояс начинался еще с Польши, которая отделяла Германию от России, затем шли страны Новоримского Союза, которые прикрывали Ромею и основные транспортные коридоры из России, плюс позволяли прямое сообщение с Италией. Распад, или, точнее, раздел Австро-Венгрии, должен был окончательно завершить создание архитектуры безопасности Единства в Европе.

На Ближнем Востоке от британцев нас отделял длинный «язык» французского Леванта, а сама Ромея включала в себя не только основную часть территории Сирии, но и всю территорию Ирака севернее британского Тикрита с нашим «языком» в город Келлар, где была наша еще одна авиабаза. Про Персию я уже упоминал, и теперь в этом пазле свое место должен был занять еще и Афганистан. Возможно, авиабаза в Кандагаре мне с нынешним уровнем дальности авиации ничего особо не даст, но лишней точно не будет, поскольку каждая база, словно якорь, данную страну и ее режим всё крепче притягивает к России.

Если двигаться дальше вдоль наших границ, то я имел виды на Китай, а точнее, на царящий там хаос со слабым малолетним императором Пу И, а также раздробленной Империей Цин, Китайской республикой и множеством милитаристских клик местных генералов. Меня интересовали китайский Восточный Туркестан, Монголия, Маньчжурия.

В каждом из указанных регионов были свои противники – те же Германия, Британия, США, Япония, да и все прочие. У всех были личные интересы, и чем наглее мы себя вели, тем больше был шанс на то, что даже непримиримые противники договорятся против нас. Ведь, как известно, всякое действие приносит равное по силе противодействие в виде удара в наглую рыжую морду. А дальше только крик: «Бейте его!» Разумеется, до этого доводить я не хотел, поэтому и вальсировал в ломаном ритме: шаг вперед, два шага назад, четыре шага вперед, два шага назад.

ФРАНЦУЗСКАЯ ИМПЕРИЯ. ОРЛЕАН. ДИПЛОМАТИЧЕСКАЯ МИССИЯ ЕДИНСТВА. 7 мая 1919 года

Генерал князь Павел Алексеевич Игнатьев изволил пить кофе и читать прессу, сравнивая написанное в газетах с содержанием тех докладов, которые он, как начальник разведки Единства в Западной Европе, получал от агентов. Его многочисленные разведывательные сети охватывали помимо самой Франции еще и Британию, Германию, Бельгию, Данию, Нидерланды, Монако, Испанию, Португалию, а что касается ирландских повстанцев, то его агенты работали на всем театре разведывательно-подрывной деятельности от США и Мексики до европейского континента во всем его многообразии.

Конечно, вся эта огромная сеть не была завязана на самого Павла Алексеевича. Она состояла из множества независимых ячеек, не имеющих контакта между собой. Как ни покажется странным, но в немалой степени русская военная разведка строилась не только на общепринятых принципах, а во многом учитывала опыт подпольной борьбы всякого рода революционеров, в том числе и российских.

Да и прочий опыт изучался очень внимательно. Особенно ирландский. Вот у кого надо учиться всякого рода египетским и индийским борцам за независимость! Ненасильственное сопротивление, вы говорите? Британцам? Ну-ну. Только за последнее время английские солдаты множество раз открывали огонь по безоружным толпам в разных концах своей империи, а в Ирландии уже третий год идет война, то разгораясь с новой силой, то затихая на короткое время. И к тому, чтобы там вновь разгоралось, прикладывали руку не только германцы с американцами, но и русские с итальянцами.

Да, Великобритания действительно рассматривалась как основной противник, но