Восхождение - Гуминский Валерий Михайлович

– Грамотно, но все равно не решает вопроса безопасности, – покачала головой Тамара. – Кто помешает наемникам проникнуть через ограждение, которым обнесено имение? С реки ладно, будут проблемы в виде многочисленных горожан, да и ночью на дачах, наверное, многолюдно.

– Так и есть, – согласился Никита, поглядывая на задумчивое лицо жены в профиль. Ему не хотелось сейчас говорить о безопасности, о гипотетических врагах. – Богема вообще по ночам не спит, особенно летом. Это зимой относительная тишина… Значит, завтра улетаешь?

– Завтра, – грустно кивнула Тамара. – Знаешь, каких трудов стоило уговорить папеньку остаться еще на два дня? Он же возмущался, что мне придется лететь на обычном рейсе, как простолюдинке. Вот и уговорил приставить ко мне пару личных гвардейцев. С ними и полечу. А ты еще сколько здесь пробудешь?

– Неделю, – подумав, ответил Никита. – У меня сейчас несколько задач: назначить генерального управляющего, угомонить Городецкого, чтобы не вздумал за моей спиной пакости учинять, ну и по реконструкции имения контракт продумать, подрядчика найти.

– Одни заботы с этими предприятиями, – вздохнула девушка. – Иногда хочется, чтобы ничего этого не было. Мне так важно твое присутствие рядом, а ты неделями где-то околачиваешься. Этак наследника еще долго не дождешься.

– Я же стараюсь, когда дома, – засмеялся Никита, глядя на покрасневшие на легком морозце щеки жены. – Очень стараюсь. Но и то, что происходит здесь – очень важно для нас обоих, для нашего будущего. Нужно потерпеть лет пять-шесть. А потом у меня будут развязаны руки.

– Хорошо бы, – Тамара прижалась к волхву, – да не все от нас зависит, милый. Я недавно подслушала разговор отца по телефону. Он со своим заместителем разговаривал, из Хабаровска. Там какие-то мутные дела творятся. Эти хунхузы неугомонные активно с китайцами спеваются, опять что-то замышляют. В наших гарнизонах опасаются провокаций и даже прямого нападения. Папенька очень серьезно просил генерала Ряскина держать его в курсе происходящего. Если возня закончится войной, ты гарантированно будешь мобилизован через Коллегию в армию. И каково мне будет, подумал?

– В таком случае я ничего сделать не смогу, – Никита не удержался и погладил плотную косу жены, лежащую поверх шубки. – Служба в армии – наш долг.

– Вот именно! – воскликнула Тамара. – И мне порой кажется, что вся эта суета вокруг наследства в виде корпораций и мануфактур – никчемная потеря времени! Возимся, спорим, отстаиваем в судах свои права на земли, имущество и прочую дребедень. А война – бах! Прошу ко мне на рандеву!

Голос Тамары задрожал. Никита остановился, повернул к себе лицо жены и ласково поцеловал в щеки и холодный нос.

– Я очень надеюсь на нашего императора, – с твердым убеждением проговорил Никита. – Он не даст развернуться этой вакханалии. Давай не будем думать о грустном. Лучше совет дай, как с Городецким ситуацию разрулить.

– Ужасный старик. Эту скалу с громовым голосом нельзя переспорить, – вздрогнула Тамара. – Ты с ним в открытый бой не вступай. Он мощный маг, не меньше десятого уровня, да еще и воин, каких поискать. Я прощупала его ауру. Все закрыто, как броней. Не иначе у него жена – тоже берегиня. Знакомые плетения в защитном контуре проскакивают. Ты сможешь проверить эту версию?

– Конечно, не вопрос, – закивал Никита. – А что это даст?

– Милый, берегини всегда договорятся за спинами мужей, – уверенно проговорила девушка. – Это вы привыкли все споры решать кулаками и с помощью оружия наемников. Если госпожа Городецкая в таком же статусе, как и я, между нашими семьями войны не будет.

– Очень уверенно говоришь, – подивился парень.

– У проблемы всегда есть несколько решений, надо лишь найти оптимальное.

– Вот за что я тебя люблю, – Никита крепко прижал к себе жену, – так за твою непогрешимую уверенность.

– А чем докажешь, что любишь?

– Сегодня после ужина, не задерживаясь на посиделки с Полозовым, мы закроемся в своей комнате и пропадем для всех до утра.

– Что ж, заинтриговал….

Проводив взглядом через широкое панорамное окно аэровокзала серебристо-зеленую сигару самолета, Никита про себя вздохнул и повернулся к Олегу. Потайник сидел в пластиковом кресле, закинув ногу на ногу, и спокойно почитывал газету. Ощутив на себе взгляд молодого волхва, поднял голову.

– Можно ехать?

– Да, пожалуй, – посмотрев на часы, Никита запахнул длинный плащ на меховом подбое. – Нас уже заждались господа директоры. А то еще подумают, что я игнорирую их собрание.

– Ты – хозяин, – напомнил Полозов, – и никогда не заморачивайся такими мыслями. Кстати, ты подготовил сюрприз для корпораций?

– Да, – засмеялся Никита. – Пришлось попотеть, чтобы скрыть от любопытных глаз и ушей, чем я занимался последние дни, наглухо закупорившись в имении. Знаешь, сколько телефонных звонков принято? Сто сорок пять! Сетевая почта забита сообщениями!

– Тогда чего мы ждем? – Полозов свернул газету и решительно встал. – Погнали, барин!

В ставшем привычным для Никиты огромном холле здания корпорации стояла обычная деловая суета. Девушка за стойкой администратора в деловом костюме серого цвета с алыми обшлагами подтянулась, когда увидела входящих. Она уже знала, что новый хозяин никогда не появляется без этого сурового вида мужчины, наемника с Тайного Двора. Неуловимым движением поправив бархатную шапочку на голове, служащая приветливо улыбнулась:

– Добрый день, Никита Анатольевич! Вас уже ждут в зале совещаний!

– Хорошо, – кивнул Никита, цепко окинул девушку взглядом, вогнав ее в краску, и подтянувшихся возле дверей двух охранников. – Все прибыли? Или кто-то проигнорировал?

– Все, начиная с мелких предприятий.

– Отлично, – губы волхва дернулись в легкой улыбке. Девушка за стойкой так и ела его глазами, расправив плечи, чтобы костюм натянулся на высокой груди. Оценил. Хорошенькая служащая.

– Никита, я останусь на входе, чтобы встретить гостя, – Полозов кивнул на охранников. – Только дай им распоряжение, а то начнут права качать.

– Само собой, – развернувшись, Никита громко произнес: – Парни, скоро приедет важный гость, так вы не задерживайте его, а сопроводите прямиком в зал совещания. Надеюсь, проволочек никаких не допустите?

– Ни в коем случае, – ответил один из охранников.

– Хорошо, – Никита пошел к лифту, ступая по черному мраморному полу с золотистыми прожилками, мучительно переживая дежавю. Какая судьба ему уготована в ближайшие годы? Если тот виртуальный сценарий воплотится в жизнь, Тамару ждет нелегкая пора. Ох, как не хочется испытать в реальности сон, навеянный «радугой»!

В напряженном молчании он поднялся на лифте на административный этаж, рассеянно поздоровался с несколькими молодыми сотрудниками, деловито бегающими из кабинета в кабинет, дошел до конференц-зала и толкнул тяжелые створки. Негромкий шум, создаваемый четырьмя десятками человек, тут же смолк. Никита на ходу снял плащ, бросил его на свободное кресло, обшитое серым бархатом с алыми подлокотниками, а сам подошел к трибуне. Огляделся. Кажется, действительно весь директорат собрался, от мала до велика. И его работники в полном составе. Все напряженно смотрят на Никиту, ожидая судьбоносного решения. Сегодня он должен огласить имя генерального управляющего, вручив, по сути, огромную империю в одни руки.

– Здравствуйте, господа, – голос Никиты слегка дрожал. Он ведь впервые выступал в качестве единоличного хозяина, ощущая невероятную энергию, исходящую от этих людей. Напряжение, ожидание каких-то преференций, возможность карьерного роста или тотальная чистка кадров – вот что читалось в глазах мужчин и женщин, гораздо старших его по возрасту и опыту. – Сразу прошу прощения, что два дня находился в недосягаемости для ваших вопросов. Так сложились дела… Я просмотрел всю документацию, предоставленную мне, и сделал однозначный вывод: нужно будет освобождаться от некоторых активов…

Поднялся недоуменный шум. Все понимали, что имел в виду молодой хозяин. Головные предприятия имели ряд нескольких вспомогательных учреждений в виде логистических складов, а также прочих мелких подсобных цехов, которые уже давно были встроены в систему, созданную патриархом. Начинать свою работу с реорганизации было, минимум, нелогично, особенно в первые дни.