Пусть люди вымрут! - Роман Никитин

− Марк, нам до зарезу нужен экземпляр человека-машины. И не на запчасти, а работоспособный. В котором мы можем поковыряться и понять технологию сращения. Если мы сможем воспроизвести труды наших африканских друзей, тогда… в общем, ты понимаешь. Сила Электро, контроль над проводной и беспроводной связью, и теперь — власть над живым и неживым. Сам Престол станет для нас не более чем красивым табуретом.

Лаций еще раз отпил из бокала и блажено откинулся на кресле.

− И еще, − продолжил магистр. − Я уверен, что вся эта заваруха в Африке — лишь фрагмент мозаики, которую кто-то начал складывать по всей планете. Это невидимое противодействие, что так портит мне настроение, может проявиться и в других местах.

− Тебе виднее, Лаций, − поклонился Марк. − Я лишь тело, а ты — мозг.

− Тогда пусть тело займется делом, − скаламбурил глава Обсерватории. − Для начала обеспечь нам работоспособный образец человека-машины. Думаю, кандидатов немного, но ты все же выбери сам, исходя из своих предпочтений. Я бы выбрал нашего мучного червячка. Он очень хорош, ему явно благоволят боги….

Флавий не переставал благодарить всех богов подряд, ложных и истинных. Врагами оказались не подземные демоны, а «всего лишь» группа големов. В полумиле на западе замечены странные люди с горящими голубым светом глазами. Вместо одной из рук у них сабли, а ноги очень напоминают задние конечности саранчи. Разве что очень странного цвета — оттенка полированного металла. Всего четыре монстра.

«Големов мы уже били, тоже мне угроза», − подумалось Флавию. Однако он хорошо представлял себе, что победе над четырьмя полумеханическими тварями обязан умению входить в берсеркулиз и только этому. К сожалению, рядовые легионеры не обучались в школах трибунов, значит — им придется солоно. А сам командир практически недееспособен.

Значит, нужно снова, как на выпускном экзамене, задействовать мозги, а не мышцы. Флавий крепко призадумался, отчаянно шевеля извилинами. Через несколько минут набросок плана действий был готов.

Флавий отдал распоряжение оставшимся под командованием воинам, и те мгновенно приступили к воплощению идеи на практике. К сожалению, «факелов» удалось сделать лишь три… Для создания пришлось использовать весь имеющийся у него «небесный металл». Флавий сам удивился предусмотрительности Обсерватории в экипировке своих разведчиков! Кто бы мог подумать, что в солнечной Африке так пригодятся ослепляющие вспышки?

К рассвету группа Флавия приготовилась отразить нападение големов. Судя по донесениям вконец измотавшегося разведчика, големы топают довольно быстро. Хотя не настолько уверенно как ночью, но все же в сторону засады.

Римлянин кивнул легионеру и приказал занять позицию. Теперь все решал инженерный талант римлянина и прозорливость. Если он не угадал со свойствами големов — придется туго.

Первый из полумеханических людей вышел на поляну через четверть часа. Солнце уже взошло над кронами леса, и Флавий не без удовольствия заметил, что когда-то почти слепящий свет хрустальных глаз голема в лучах солнца почти незаметен. А сам голем избегает смотреть в сторону светила, да и движется как-то неуверенно.

«Все верно, мразь», − усмехнулся командир засадного отряда. − «Где-то находишь — где-то теряешь». Когда последний из големов показался из зарослей, Флавий выстрелил. Его действие тотчас повторили остальные два арбалета. Тяжелые стержни с изобретеннымм Флавием «факелами» почти синхронно ударили в тела врагов. Увы, на четыре голема пришлось всего три вспышки, поэтому с последним придется повозиться оставшимся в строю бойцам.

Прицел всех трех арбалетчиков оказался безупречен. Даже не чувствующий себя уверенно с этим оружием Флавий попал точно в цель: в верхнюю часть груди голема, поближе к хрустальным глазам. Эффект превзошел все ожидания: болты послушно воткнулись в тела бестий, а «небесные камни», зажженные от трения с направляющим желобом, вспыхнули так ярко, что два голема даже опрокинулись на спину. Впрочем, ненадолго — через пару секунд оба монстра стояли на своих дових. Но все, получившие ослепляющую вспышку, ни шута не видели, словно слепые котята. Зрячим остался только один.

Легионеры подобно дротикам вылетели из-за завесы деревьев и устремились в атаку на оставшегося без своего «подарка» голема. Даже один полумеханический мертвец — серьезный противник. И даже для четырех подготовленных воинов. Тварь быстро сориентировалась в ситуации и заняла глухую оборону. В левой руке голем держал знакомое четырехфутовое копье, а правая со щелчком превратилась в устрашающего вида гнутый клинок.

− Гоните против солнца! − заорал Флавий со своего места, надеясь что в горячке боя услышат. Командир успел еще раз прокричать предупреждение, когда в грудь голема ударила стрела. Флавий так и не понял, кто из легионеров успел выстрелить, тем более это была именно стрела, а не болт арбалета. Но противник на миг потерял равновесие, и один из легионеров со всей мощи ударил голема в шею − одно из слабых мест твари.

Голем забулькал кровью (или что там у них вместо нее) и рухнул на колени. Страшные механические ноги с жутким скрежетом распрямились, удлинившись разом на добрых пару футов. Но в последний раз − голем дернулся и замер.

Легионеры победно заорали и рванулись к трем ослепленным монстрам. Два из них уже не метались по поляне, их сабли с гулом пронзали воздух, не подпуская к себе врага. Но это ли проблема, когда враг видит, а ты незряч?

Легионеры окружали по очереди каждого из противников, и пока двое отвлекали ударами по корпусу, остальные подбирались сзади и синхронно рубили в незащищенную шею. На третьем големе легионеры и вовсе разухабились: теперь трое осыпали врага спереди ударами подобранных копий, а четвертый запрыгнул монстру на закорки и одним движением кинжала перерезал глотку.

Менее чем за пять минут четыре почти неуязвимых чудовища, которым плевать на смертельные удары в туловище, оказались повержены элементарным приемом портовых разбойников: ножом от уха до уха. Это была воистину великолепная победа, и Флавий не смог задавить свою гордость: вторично за несколько месяцев он доказал себе, что порою мозги стоят гораздо дороже мускулов.

− Диавол вас побери, что здесь произошло?

Кельвин выбежал на поляну, когда легионеры со смешками и прибаутками «свежевали» големов. Вырезать у монстров наиболее интересные механические устройства приказал Флавий. Римлянин был уверен, что чем больше таких штук попадет в Обсерваторию, тем лучше. Правда, у тварей не оказалось механических мозгов, и это сильно опечалило. Как раз, когда Флавий остро переживал этот момент, на место побоища и выбрался опоздавший к схватке центурион.