Никто не узнает - Ника Лисовская

Сидела на огромном теплом камне, с которого открывался чудесный вид на темное море с лунной дорожкой на ряби волн. Давно стемнело, давно закончилось пиво, и была выкурена последняя сигарета, Ника, переполнившись чувством жалости к себе, размазывала по щекам слезы. Так жаль было себя! Такую одинокую в чудесную летнюю ночь, такую несчастную и обманутую, что не плакать просто не представлялось возможным. Когда ощущение своей несчастности и обделенности, достигло пика, из темноты неожиданно появился Глеб и сел рядом.

— Я тебя долго искал. Хочешь коньяка?

— Да, — всхлипнула Ника, — и сигарету дай.

— Ты до черта куришь, — заметил ей Глеб протягивая пачку и щелкая зажигалкой. В тусклом свете он увидел зареванное Никино лицо. — Ты чё, плачешь? Я так и знал, что ты за этим ушла, — усмехнулся парень, разливая коньяк по пластиковым, предусмотрительно захваченным, стаканчикам.

— Вот еще, — буркнула Ника, вытирая слезы. — Глеб, ты меня любишь?

— Нет. Сколько можно повторять? Я не люблю тебя и ты меня не любишь, а все эти сопли из-за Яна!

— Мне паршиво ужасно, — пожаловалась Ника. — Я изменяю своему любимому парню с его лучшим другом! Ты хоть можешь представить каково это?!

Ника всхлипнула и сделала глоток коньяка из своего стаканчика

— Ты ему не изменяешь, потому что вы с ним уже не встречаетесь! — терпеливо поправил Нику Глеб. — И вообще — мне надоели эти глупые рассуждения на тему нашего так называемого треугольника! Ты переживаешь из-за Яна, сравниваешь меня с ним, представляешь его на моем месте! Нафига все это? Обманул он тебя с какой-то шалавой и ты видела это своими глазами! Ты подумай сама — он тебе изменил! Он должен переживать, а не ты!

— Но я люблю его! — закричала Ника сквозь слезы, отшвыривая в высокую траву свой стаканчик. — Я ничего не могу с собой поделать! Если у меня появится хоть самый маленький шанс вернуть Яна, то я им воспользуюсь!

— Это говорит алкоголь! — отрезал Глеб. — Ну, зачем тебе нужен этот наркоман и предатель? Зачем? Ты готова делить его с Ларисой и со всеми другими, которые есть и еще будут? Зачем тебе такой человек?!

— Потому что мне плохо без него! — взвыла Ника.

— Хватит! Я устал это слушать! Я не подружка и не жилетка для твоих слез! Не надо мне жаловаться и просить у меня советов! Я к этому не приспособлен!

— Я больше не буду с тобой спать, — выдала вдруг Ника.

— Что? — переспросил Глеб и рассмеялся. — Ты не будешь больше со мной спать?! Больше?! У нас с тобой секс был один раз — тогда, на пляже! И, можно подумать, будто я тебя принуждал к этому!

— Я не буду спать с тобой! — закричала Ника.

— Да как же я ненавижу пьяных девиц! Такую чушь несут! Не хочешь — не надо, — спокойно отозвался Глеб и со злой иронией добавил: — Мы же не можем так поступить с бедным Яном. Мы не можем причинять мальчику такую невыносимую боль! Вдруг он от этого потеряет всякое желание трахать девок и жрать наркотики?

— Не смей говорить так о нем! — возмутилась Ника и полезла на Глеба с кулаками.

После короткой борьбы Ника лежала спиной на плоском теплом обломке скалы, Глеб держал ее за руки и ухмылялся сверху, радуясь своему превосходству.

— Ты, как всегда, пользуешься слабостью противника. Ненавижу! — процедила сквозь зубы Ника, стараясь вырваться.

— "То ненависть пытается любить или любовь хотела б ненавидеть?" — с усмешкой цитировал Глеб. — "Минувшее я жажду возвратить, но, возвратив, боюсь его обидеть…" Обидеть… Жаль, дальше не помню.

Глеб начал покрывать поцелуями Никино соленое от слез лицо, губы. Отпустил ее руки и, приподняв Нике футболку, ласкал загорелый плоский животик. Усмехнулся:

— Ника, почему ты меня не отталкиваешь?

— Просто я запуталась, — ответила она. — И… Если бы не твой цинизм, может быть ты бы мне даже нравился, но… Ян все еще в моем сердце, хотя я понимаю, что его не должно уже там быть…

Ладно, проехали. — Ника слезла с камня. — Отличный был разговор, но я от этой задушевности устаю быстро. Короче, я спать пошла.

Ника поплелась к лагерю. Глеб докурил сигарету и пошел за ней.

Проснулась утром от холода. Не открывая глаз, что бы не растерять остатки сна, пошарила рядом, но рука не нашла ничего подходящего на роль покрывала. Свернулась клубочком пытаясь согреться. Не помогло, только окончательно ушел сон, и захотелось курить. Ника открыла глаза и села. Осмотрела внимательно салон Глебовой машины, в которой спала. Сигарет не нашла. Зато отыскала свой голубую трикотажную толстовочку с капюшоном и карманами. Одела, вышла из машины. Осмотрелась вокруг поеживаясь от утренней прохлады. С моря полз туман, все было серым и неуютным. В лагере, по всей видимости, спали. Ника прошлась по поляне, рассматривая остатки вчерашнего пикника — пустые бутылки, банки из-под пива, салфетки, пластиковая посуда. Ника подняла с травы смятую пачку оброненных кем-то сигарет, достала одну, закурила. Накинула на голову капюшон и медленно побрела к морю. Ника решила, что если сон потерян, то можно отлично провести утро, встречая рассвет.

На пляже, почти у самой воды, сидел Глеб, завернувшись в плед и курил. Ника подошла со словами:

— Привет. Не спится?

— Тебе я вижу тоже, — сухо заметил парень.

— Я замерзла, — пожаловалась Ника, присаживаясь рядом и натягивая на свои плечи половину пледа. — Мог бы укрыть меня чем-нибудь ночью.

— Как-то я о тебе не вспоминал, — буркнул Глеб. Извлек из складок почти пустую уже бутылку коньяка и сделал глоток.

— Ты вообще сегодня спал или еще не ложился? — осведомилась Ника.

— Не спал. Дальше что?

— Ничего, — перекривляла Ника недовольный тон Глеба. — А может было что-то интересное и ты поэтому не спишь?

— Целый вагон интересного. Не знаю как ты переживешь, что пропустила два скандала между Элиной и Лисом и одно коллективное купание голышом… Пол часа как все расползлись.

— Можно сказать, что я не пропустила ничего! — подвела итог Ника. — Знаешь, я тут подумала…

— Я знаю, о чем ты подумала! — вдруг оборвал ее Глеб. — Ты думаешь только про Яна! Я могу больше не слушать об этом?!! Сколько повторять — я не друг твой, не подружка, не надо говорить мне о своих сопливых чувствах!!!

— Тебя раздражает именно то, что я могу любить Яна? Что его вообще возможно любить? — прищурившись на Глеба прошипела девушка.

— Да меня просто бесят твои романтические бредни! — со злостью ответил Глеб. — Ника, тебе пора взрослеть! Людей связывает только секс и взаимные претензии! Все!!! Больше нет ничего!

— Заткнись, — процедила Ника сквозь зубы. Сейчас ей больше всего хотелось вцепиться в каштановые кудри Глеба.