Феникс. Песнь Первая - Наталья Ломаченкова

Песня — вскрик раненой птицы — вспыхнула и оборвалась, как нить жизни под лезвием неумолимой судьбы. Легче? Или так только кажется? Может ли человек уничтожить свою память?…

Почти на автомате мозг отдаёт команду, настолько абсурдную и несовместимую с моей сущностью, что та моя часть, что ещё способна адекватно воспринимать происходящее, замолкает в шоке. Я направляюсь в трактир.

Ближайшее винное заведение оказалось совсем рядом. Я молча вошла в полутёмное помещение, чуть не поперхнувшись от едкого дыма, в изобилии витавшего внутри. Громкие разговоры и пьяный смех смолкли в мгновение ока, и я всей кожей ощутила любопытствующие взгляды, направленные на меня со всех углов трактира. Стараясь не сбиться с ровного шага, не поднимая головы, добрела до одиноко стоявшего в тени столика и устало опустилась на малость покорёженный стул, спрятав лицо в ладонях.

— Милейшая, — раздался над ухом насмешливый голос. Неохотно я подняла взгляд, узрев перед собой дородную фигуру хозяина заведения. — Вы будете что-нибудь заказывать? Если нет, извольте покинуть помещение, а то вы заняли целое место.

Посетители с интересом уставились на меня, ожидая продолжения представления. Я поморщилась. Демоны, как же я могла забыть, что во всех людских делах непременно участвуют эти скромные золотые и серебряные монетки! Можно было бы конечно свалить всё на совесть Ветара, ведь по идее наниматель обязан обеспечивать своих воинов всем необходимым…

Под дружный хохот завсегдатаев я поднялась, собираясь уйти.

— Позвольте мне угостить вас, леди, — морским бризом пропел знакомый голос. Я повернула голову и с некоторым удивлением увидела неторопливо приближающегося к нам старого эльфа. Под его пронзительным взглядом трактирщик съёжился и притих, а шуточки и смех завяли на корню. Миг на раздумье, а затем я кивнула, занимая прежнюю позицию.

— Как вам будет угодно, милорд Лейаторри.

Эльф грациозно скользнул на стул напротив меня, коротко махнув рукой хозяину. Тот, разом потеряв весь свой лоск, беспрерывно кланяясь, улизнул за прилавок. Не прошло и минуты, как на нашем столе, точно по волшебству образовалась бутылка явно дорогого вина и искусно сервированные блюда, названия и составляющие которых я не рискнула бы определить.

— Ваше здоровье, — чуть приподнял бокал Лейаторри, с едва заметной иронией поглядывая на меня. Я вяло отсалютовала ему своим. Пригубила вино. Да, эльф точно не поскупился на угощение. Интересно, зачем ему это всё?

— Почему вы назвали меня лордом? — полюбопытствовал Лейаторри. Я усмехнулась кончиками губ. Он что, меня совсем за дуру принимает?

— Потому что это ваш титул. Вы же являетесь кем-то вроде негласного представителя Плавающего города и весьма умело вносите нужные вам коррективы в людскую политику. Или я ошибаюсь?

Эльф молча кивнул. Мне на миг показалось, что в светло-голубых глазах мелькнула искра уважения. Так, пора прекращать пить…

— Мне очень неприятно говорить это, но вряд ли я буду в состоянии вернуть вам деньги, которые вы заплатили за ужин, — с некоторым усилием проговорила я. Осознание того, что я кому-то что-то должна доводило до состояния плохо контролируемого бешенства. А если учесть, что должна я буду конкретно этому эльфу, равно презирающему весь человеческий род… Мда.

— Для меня была честь сидеть с вами за одним столом, леди, — чуть поклонился мой сотрапезник. Я устало прикрыла глаза, пытаясь сдержать рвущиеся с языка проклятия. Так утончённо издеваться не умеет даже Рантиир.

— Что я могу сделать для вас? — прямо спросила я. Лейаторри, хитро улыбнувшись, с текучей грацией, заставившей меня завистливо вздохнуть, поднялся из-за стола.

— Пожелайте мне удачи.

Удачи?! Я с неприлично разинутым ртом наблюдала, как настырный эльф подходит к трактирщику, властно произносит какую-то фразу, а затем торопливо выходит на центр помещения, спешно освобождаемый от столов. Что за..?!

— Начнём, господа, — в руке Лейаторри невесть откуда образовалось лезвие острого меча. Тройка наёмников, сидевшая за соседним столом, с кривыми улыбочками переглянулась, вытянула из ножен короткие кривые кинжалы и начала медленно окружать неподвижного эльфа. Трактирщик ужом проскользнул между столами.

— Делайте ставки, господа! Делайте ставки!

Поняв наконец-то суть представления, я с удовольствием облокотилась на жёсткую спинку, приготовившись наблюдать за "избиением младенцев".

Бой закончился так же быстро, как и начался. Замерший, точно статуя, эльф внезапно метнулся вперёд; смазанной тенью мелькнула в бликах светильников сверкающая сталь. И вот уже трое противников с грязными ругательствами пытаются подняться с пола, потирая ушибленные места.

Лейаторри коротко поклонился в ответ на шум аплодисментов. Я с улыбкой отсалютовала ему бокалом.

Мастер меча. А ведь по виду и не скажешь. Я даже не смогла заметить оружия, когда впервые столкнулась со старым эльфом. Скорее всего — зачарованное, как и моя найра. Наверняка он не уступает Ветару… С трудом я подавила в себе искушение выйти на помост, чтобы самой померяться с ним силами. Идея была тут же отвергнута, как абсурдная. Без песни мне ни за что на свете с ним не справиться, а так я окажусь в более выигрышном положении, что противоречит кодексу воина. К тому же, если, не приведи гармония, он является одним из высших эльфов, то вполне сможет, услышав песню, определить мою истинную сущность. А объявлять на весь мир, что я Поющая, мне бы совершенно не хотелось…

Последним и завершающим был поединок с двумя чистокровными эльфами, правда моложе Лейаторри по меньшей мере вдвое. Парочка неплохо управлялась с клинками и почти наверняка сумела бы заткнуть за пояс любого из элитных наёмников-людей, но до мастера эльфа им было ещё конечно далеко. Окончив бой, противники вежливо поклонились друг другу. Лейаторри что-то пропел им своим тихим полушёпотом, и молодые бойцы радостно кивнули в ответ.

Улучив момент, пока взмыленный трактирщик собирал деньги у проигравших пари, я незаметно встала из-за стола и выскользнула на улицу. В голове шумело от выпитого вина. Срочно требовался свежий воздух и желательно в большом количестве.

Над городом уже воцарилась ночь. Постепенно приходя в себя, я спустилась по узкой деревянной лестнице пирса к иссиня-чёрной воде, уселась на шершавую ступеньку и с неописуемым наслаждением опустила ноги в холодные волны. Хорошо-то как, если бы кто знал! Я некоторым стыдом представила себе лицо Ветара, когда он узнает, где и в чьей компании его спутница провела вечер. Потом ехидная улыбка растянула губы. Так ему и надо! Не одной же мне страдать.