Мир Культиваторов и Стихий (СИ) - "geta"

В комнате раздавался крик стенания матери. Роды были сложными. Двое известных личностей, Лекарь У Ван и Алхимик Вигон больше семи часов не отходили от страдалицы. Женщина мучилась на протяжении нескольких дней. Лишь благодаря стараниям старцев и её личному уровню Культивации женщина смогла выжить. В конце концов ребёнок появился на свет, и все уже думали, что тот будет мёртв, однако это было не так.

Малыш родился здоровым, и по началу родственники думали, что всё плохое теперь позади. Однако спустя несколько дней при осмотре выяснилось непоправимое — ребёнок имел врождённое повреждение Коренного меридиана, что ставило крест на всей его Культивации. Такого раньше никогда не встречалось среди людей, ведь только при жизни могли повредить Культивацию человека в наказание за какой-либо страшный проступок. Ни разу ещё не рождались дети с подобными недугами.

Отец ребёнка был сильно опечален, ровно, как и вся Небесная Хамула — великая организация, которая главенствовала над половиной мира. Желая вылечить своего ребёнка, Глава Небесной Хамулы, Да Ян, отправил множество лекарей на разведку. Их задачей было найти лекарство от страшного недуга, и Глава был готов потратить на то все силы и ресурсы, что были в его распоряжении.

Уже спустя несколько дней в Небесную Хамулу начали приходить отчёты со всего мира. Оказалось, что повсеместно в день рождения сына Главы Небесной Хамулы родились дети с похожим отклонением. Все они были не способны развиваться из-за повреждённого Коренного меридиана, причём такое было как в крупных сектах и Кланах, так и в обычных семьях, которых ни разу не касалось принудительное скрещивание родственных генов и прочие прелести мира Культиваторов и Стихий. Ситуация была действительно необычной.

В следующие несколько лет сообщения о рождении дефектных детей продолжили поступать, пускай и не было больше такого всплеска, как в день рождения наследника. Повсеместно всё чаще рождались дефектные дети. Если до этого многие Кланы попросту избавлялись от новорожденных, считая порок заразным и загрязняющим всю кровь в роду, то теперь большинство смирилось с подобным.

Дефектные дети росли, на них испытывали различные лекарства и методы исцеления, но все эксперименты заканчивались неудачно. Потеряв надежду, родители стали выселять своих отпрысков за пределы семейных общин. Слабым не было места рядом с сильными.

Так начали появляться первые резервации, где подросшее поколение дефектных начало строить свои собственные семьи. Их дети не имели меридианов вовсе. Этот факт позже породил огромную волну негодования со стороны Культиваторов. Бо́льшую часть резерваций зачистили, но с каждым годом дефектных рождалось всё больше, что не оставило иного выбора, кроме как разрешить этим детям жить в быстро меняющемся мире.

Да Ян исчерпал все возможности, и Лекари сами уже отказывались лечить врождённый недуг его сына. Некоторые личности даже открыто уговаривали Главу избавиться от слабого ребёнка. В конце концов у Да Яна был ещё старший сын, который имел хороший потенциал и мог унаследовать все достижения отца, сменив его на посту Главы без каких-либо трудностей. Однако Да Ян, как и его жена, был против.

Поняв, что в Небесной Хамуле его сыну больше никто не поможет, Глава отправился в путешествие лично. Его целью было найти первопричину обрушившегося на человечество бедствия. Да Ян и его супруга не могли думать ни о чём другом.

Да Ли тренировался под наблюдением Старейшины Пэн Лао в зале со множеством манекенов и атакующих формаций, что были заключены в замысловатых механизмах. В помещении то и дело гремели взрывы и завывал ветер. Вибрации разносились вокруг, заставляя каменные своды зала дрожать несмотря на наличие высококлассных защитных формаций.

— Не останавливайся! Ни шагу в сторону! — Пэн Лао стоял на специальном помосте, передвигая маленькие рычаги что управляли полосой препятствий.

Множество натянутых струн, что были остры как лезвия располагались в замысловатом узоре паутины. Между ними были установлены ловушки и знаки, указывающие направления. Постоянно эти знаки вертелись, как только того пожелает Пэн Лао, тогда как бегущий по струнам Да Ли должен был следовать этим указателям и не погибнуть.

Бах!

Треск!

Взрыв!

Механизмы вращались на огромной скорости, выпуская огненные струи, водяные лезвия и даже изрыгали пучки молний. Юноша со связанными за спиной руками изящно уворачивался от летящих в него атак. Молнии цеплялись за пряди волос, но уже в следующий миг юноша ускользал, не давая искрящимся драконам отведать его на вкус.

Пэн Лао заметил, что Да Ли привыкает к новым условиям, после чего нажал на несколько рычагов, изменяя траектории шага. Вместе с этим пол задребезжал и начал разъезжаться в разные стороны, оголяя острые кончики длинных игл. Теперь если не удержать равновесие можно было попрощаться с ногами, которые точно будут насквозь пронизаны острыми наконечниками.

Да Ли не дрогнул. Сделав сальто, юноша перебросил руки из-за спины так, что теперь они были впереди, после чего ловко ухватился пальцами за струну. Сделав пируэт, Да Ли побежал в обратном направлении, куда указывали обновившиеся таблички. Тут же юноша встретился с десятком огненных шаров.

Разогнавшись как следует Да Ли нырнул, проскользив спиной по струне. В этот миг несколько огненных шаров обожгло его грудь и лицо, а на спине остался длинный кровавый порез, но тем не менее испытуемый избежал трагического исхода. Вскочив на ноги, он подпрыгнул, доходя до одного из возможных концов лабиринта, после чего все механизмы разом затихли. Это заставило Да Ли удивлённо уставиться на Старейшину. Он должен был сделать ещё как минимум десять подходов в лабиринт из других позиций, так почему же всё остановилось?

На лице Пэн Лао так же было недоумение. Он прислушивался. Очень скоро до ушей Да Ли также дошёл звук тревожного колокола. Вместе со Старейшиной, Да Ли бросился к выходу из тренировочного зала.

Снаружи творился полнейший хаос. Слуги и ученики смежных семей бежали в разные стороны, на их лицах была паника и волнение. Остановив одного из слуг, Старейшина спросил в чём дело.

— Госпожа вошла в Предел Дзигоку! — услышав это Да Ли побледнел, ровно, как и Старейшина. Двое бросились со всех ног к постаменту из нефритового камня в западной части Небесной Хамулы. На месте уже собрались все семнадцать Старейшин и несколько командиров стражи, которые удерживали периметр. Руны и письмена на нефритовом камне горели ярко-красным светом, поэтому не было никаких сомнений — кто-то действительно вошёл в покои Демона!

Да Ли едва успел подбежать к ступеням и оттолкнуть стражников, как из Предела Дзигоку раздался оглушительный хлопок. Сияние рун прекратилось. По земле прошла мощная ударная волна. Даже самые сильные Культиваторы не удержались на ногах, и ошеломлённые попадали на землю не в силах сопротивляться. То же самое произошло с Да Ли, который упал к подножью ступеней и сильно ударился головой.

Некоторые стражники, что стояли ближе всех к Нефритовому камню умерли в тот же миг, их внутренние органы буквально разорвало на части. Тогда рунические письмена сошли с камня на землю и сформировали несколько сложных круговых формаций. Они вспыхнули разом, после чего вернулись обратно в нефритовое изваяние. На их месте же очутилась женщина в белых одеждах, что свернулась в позе эмбриона, а её длинные светлые волосы водопадом скатывались со ступеней.

Старейшины окружили госпожу, тогда как Пэн Лао склонился над Да Ли, возложив ладони ему на голову и не дав юноше истечь кровью. Старейшина отнёс юного господина в его покои, где изготовил нехитрую медицину и уже спустя несколько часов пострадавший пришёл в себя. Да Ли сперва подумал, что всё произошедшее было сном, но увидев возле своей кровати Старейшину с мрачным выражением на лице осознал, что всё что он помнил произошло на самом деле.

— Где мама? С ней всё в порядке?

— Она жива. — кивнул Пэн Лао, хотя особой радости в его голосе не чувствовалось.