Опасность сближает - Екатерина Лазарева

ней тренировки. По той самой, что выдаёт мою симпатию, которая, на самом деле, куда сильнее, чем способно выразить это слово.

И вроде как я уже заявлял Крючковой, что цепляет меня, но раскрывать, насколько; почти даже не по себе. Вспоминается, как раздражённо она мне в клубе отказала потанцевать, заявив, что меня слишком много.

Что ж… Врать не буду. Да и с каких это пор привычная самоуверенность шатается из-за парочки необдуманных слов? Там, на тренировке, взаимно всё было. Так что пусть Вика учитывает это.

— Да, потому что они ошивались возле универа и могли заметить твой байк. Не хотел, чтобы ты попала под раздачу, — непринуждённо сообщаю. Но почему-то тут же добавляю, будто пытаясь заглушить эти слова новыми подробностями: — Вышел убедиться, что пока они только по мою душу пришли, вот и позволил им получить своё, чтобы отвалили. Заодно всё-таки записал кое-что на видео, даже про брата попало. Юристу хватило. Сейчас потихоньку раскручивают дело.

Чувствую всё более долгие взгляды Вики на мне. А мы уже близко к её дому совсем… Ещё парочка поворотов — и отвлекаться на дорогу не надо будет.

Вот и что девчонка так пристально смотрит? Почти давяще. Опять скажет, чтобы шёл подальше?

Привык нравиться. Совсем вышибает меня реакция Крючковой. Наверное, поэтому сам себя не узнаю, как неуверенный долбоёб себя веду. Парюсь чуть ли не из-за каждого слова.

— Вот почему: «Я сделал это ради тебя», — неожиданно говорит она.

Кстати, довольно тихо. Без понятия, как разбираю вообще. Может, просто мысль вслух у неё вырвалась.

— Да, — небрежно подтверждаю, вспоминая, как экспрессивно выпалил это Вике в коридоре универа. Слишком уж палевно даже тогда это было.

Атмосфера между нами разом накаляется. Ещё и поворот последний проезжаем. Да и Крючкова не унимается:

— А почему просил научить тебя драться?

Могла бы, блин, догадаться сама. Кстати, уверен, что уже это сделала — нафига спрашивает?

— Я же говорил, — ухмыляюсь. — Зацепила ты меня, Крючкова.

Ну вот… Остаётся только припарковаться. Приехали, блин. Во всех смыслах.

— Давид… — шумно вздыхает Вика, вряд ли отдавая себе отчёт, как чуть ли не томно звучит моё имя её голосом сейчас. — Боже, ты ещё и платил мне деньги…

Я надеюсь, она не решит мне вернуть этот косарь? Хм, фигово вышло, что наши тренировки уже всё, судя по всему. Они мало того что горячими были, сближали нас — так ещё и помогали мне оказывать девчонке финансовую поддержку, пусть и небольшую.

— Всего один раз. И ты честно заработала, — парирую уверенно, и, хмыкнув, не сдерживаюсь, чтобы не поддеть: — Неплохо учишь.

Милота-то какая — Вика чуть краснеет. Реально же вижу, тем более уже припарковался и к ней разворачиваюсь. Улыбка сама собой лезет на лицо. Кажется, теперь Крючкова считает меня настолько крутым в драке, что думает, будто меня скорее позабавили её серьёзные попытки учить. Или она так смущается осознанию, ради чего всё это было? И что коснулась она меня тогда не из-за того, что элементарное упражнение не понял?

Чуть пошатнувшаяся уверенность крепнет с каждой секундой. Не пошлёт Вика меня. Не позволю.

— Что за придурки вокруг тебя трутся постоянно? — требовательно спрашиваю, раз уж теперь все карты раскрыты.

Буду теперь ей напрямую все намерения выражать. И тот факт, что Крючкова хмурится вопросу, меня нисколько не останавливает.

— Просто парни, — всё-таки отвечает она, хоть и как-то настороженно.

— У тебя с ними ничего нет?

Вика неожиданно смотрит мне в глаза: пристально, задумчиво. Глубоко даже, я бы сказал. Немного не по себе становится — что там высматривает?

— Нет, — чуть ли не с нажимом мне заявляет. — Я ничего ни с кем не хочу.

Ауч. Намёк, что и со мной тоже, слишком явный. Чуть ли не прямой, как и этот давящий взгляд Вики.

Но мне всё равно кайфово. Во-первых, с придурками ничего нет — неоспоримый плюс. А во-вторых… Сопротивление Крючковой по-своему заводит даже. Тем слаще, когда сдаётся. И ведь делает это снова и снова — что тогда, в поцелуе, что на тренировке, что в самых разных мини-моментах как тот, у меня дома, когда мы были близко-близко.

И даже во фразочках всяких вредных неравнодушие Вики. Кстати, об этом…

— Тогда я хотя бы могу снова услышать от тебя, что целуюсь круче, чем дерусь? — усмехаюсь довольно, ведь теперь тот «сомнительный» с её слов комплимент обретает новый смысл.

Вика давит в себе смешок, даже не представляя, какая от этого лёгкость на душе. Вот так сидеть с ней, немножко флиртовать… Нарываться. И неважно даже, на что.

Мне чуть ли не всё от Крючковой нравится.

— Хм, ну на этот раз это будет комплимент высшего уровня, — наигранно задумчиво признаёт она. Поддерживает мой настрой. — Такими не бросаются.

— Разве я не заслужил? — играю бровями, но улыбка как-то сама собой сползает с губ, стоит только нашим взглядам встретиться.

В её глазах вроде как смеющийся блеск, но в то же время серьёзный какой-то, чуть смущённый. И они с поволокой как будто.

Сглатываю. Уверен, что не одному мне атмосфера между нами резко накалённой становится.

А ведь губы у Вики немного приоткрытые, словно в призыве. Наверняка нет, но отделаться от этой мысли не так уж просто. Приходится даже мотнуть головой, стараясь привести мысли в порядок. Не получается ни разу, тем более что Вика вдруг едва слышно заявляет:

— Сначала мне надо убедиться.

Я аж замираю от такого внезапного заявления, не вполне сознавая реальность. В которой Крючкова не колеблется и не медлит: подаётся ко мне и целует.

Поворот событий хоть и безумно желанный, но врасплох меня застающий. Даже не сразу вспоминаю, что вроде как должен сейчас ей умения показывать, доказывать, что круто целуюсь. Куда там — только и могу, что внимать движению её губ по моим. Кстати, довольно нежно Вика это делает. Как будто гладит, бережно так сминает, явно забывая, что я её вроде как бешу.

Крутые ощущения, но от них разгораюсь быстро. Прижимаю Крюкову ближе, властно раскрывая ей губы своими и сразу углубляя поцелуй. Уж не знаю, какой вызов на этот раз бросила мне вредина и зачем, но намерен получить своё сполна. И наплевать, что там дальше.

Сердце бушует в груди, когда ощущаю очень даже явный отклик на любое своё действие. Вика поддаётся и принимает все мои движения, да что там, отзывается явным желанием, чтобы продолжал. Зарывается пальчиками мне в волосы, чуть массируя, дразняще проводит языком мне по кромке зубов, чуть задерживаясь там, где