Пленница миллиардера (СИ) - Трой Лика

Я остаюсь одна. До меня долетают обрывки фраз, но они приглушенные, не разобрать.

Лежу какое-то время, поднимаюсь, иду в ванную.

Я забываю закрыть дверь, и Деймос заходит за мной. Хорошо, что я уже избавилась от штукенции внутри меня. Теперь пытаюсь разобраться в устройстве большой душевой кабины.

Он входит в кабинку, тыкает какие-то кнопки на сенсорном дисплее. Загорается оранжевая подсветка, освещая все вокруг теплым, ламповым светом. На нас льется теплый тропический ливень. Я чувствую запах цветов и морской свежести. Круто, видимо тут есть функция ароматерапии.

Деймос поворачивается ко мне, приближается вплотную. Чтобы посмотреть ему в глаза, я задираю голову вверх и часто моргаю.

Нас окутывает поднимающимся паром. Все вокруг в оранжевой туманной дымке.

Ливень шумит как настоящий. Вода становится то холодней, то горячей, и это невероятно бодрит.

Он наклоняется. Целует меня. Сжимает меня за талию, отрывает от пола. Я вцепляюсь в него, необъятного и мускулистого. Его поцелуй напористый и требовательный. Подчиняюсь его губам, наши языки сплетаются.

Чувствую, как в меня упирается твердый, горячий орган. Какой ненасытный…

Деймос возбужден, он подтверждает это рычащим шепотом:

- Твоей попке понравилось?

Не дожидаясь ответа, отпускает меня. Резко разворачивает лицом к запотевшей приборной панели.

Я, оставляя смазанные отпечатки, упираюсь в стенку ладонями. Из нее на уровне моей груди торчат две металлические скобы.

Щелк!

Что-то холодное и металлическое обхватывает мое запястье.

Что за…

Щелкает второй раз, и моя рука оказывается пристегнутой к этой самой скобе.

Недоуменно дергаюсь, но Деймос перехватывает мою руку и пристегивает ее ко второй скобе.

Я смотрю на свои вытянутые, прикованные руки, силюсь обернуться. Не получается. Меня охватывает настоящая паника!

Я кричу:

- Что?! Зачем? Не надо!

Пиканье приборной панели превращает ливень в моросящий дождик.

Тепло вроде бы, но меня ледяной озноб охватывает, я трясусь как осенний листик, звякаю наручниками, дергаю их. Бесполезно.

Звуки воды теперь не мешают говорить, и приглушенный голос Деймоса заставляет меня замереть:

- Ты брала мой телефон, малышка. Неймется тебе, да?

- Но… как…

- Ты еще не поняла, что со мной лучше не играть?

Слышу звуки выдавливаемого геля.

Оправдываться нет смысла, я бормочу какую-то ерунду, извиняюсь, но он и не слушает.

Я вздрагиваю от прикосновения к своей спине. Деймос щедро намыливает меня взбитой пеной ароматного геля. Его руки властно скользят по всему моему телу, которое он считает своей собственностью. По спине и груди, чуть задержавшись на затвердевших сосках, по животу и бедрам.

Я прижимаюсь к стене животом, распластываюсь по ней. Но ненадолго, потому что Деймос хватает меня, нагибает нажимом на поясницу, напоминая, кто доминант и господин.

Я стою на широко расставленных прямых ногах, вытянутыми руками хватаюсь за цепи наручников.

- Так и стой.

- Не надо… Пожалуйста! – я чуть не плачу.

Страх сковывает не хуже наручников.

- Могла бы просто попросить позвонить. Я бы не отказал, - голос Деймоса спокойный, и это еще больше пугает.

Его палец неспешно скользит вдоль моего позвоночника, и вслед за ним бегут мурашки. Волоски встают дыбом. Я ерзаю, мнусь, переступаю с ноги на ногу. Не смотря на положение, в области паха разгорается настойчиво ноющее желание…

Его палец минует поясничные ямочки, описывает на них восьмёрку, проникает в межягодичную впадину и… ай… упирается в сжавшееся колечко сфинктера.

Ох, нет… Опять туда? Не на-а-а-а-до….

Он не дает мне вырваться, рукой придерживая за таз.

- Нарвалась ты, малышка.

Сочувственный тон вышибает из меня воздух, ведь это так контрастирует с его действиями…

Давление пальца пропадает, я выдыхаю и вместе с этим…

Шлеп!

Хлесткая боль обжигает ягодицы, ноги подгибаются.

Опять?!

Я внутренне вою, и наружу прорывается легкий скулеж.

Делаю отчаянную попытку поторговаться:

- Отпустите… пожалуйста, и я… я расскажу, о чем был разговор! Это важно…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Вместо ответа, я чувствую давление на анус, на этот раз раскаленной головки члена.

Нет-нет-нет! К такому я не готова!

И он не проникает внутрь.

- Твоя наглая попочка недостаточно разработана. Но рвать я тебя не буду. Хоть ты и виновата.

Толстый ствол скользит чуть ниже и упирается в мокрую щелочку. Закусываю губу, сама насаживаюсь. Я бесстыдно и неуместно влажная, а теперь, когда анальная кара миновала, еще и благодарность чувствую…

Боже… Что же это со мной такое…

Под его напором я упираюсь руками в стену.

Он трахает меня, беспомощную и скованную, то жестко и безжалостно, то медленно и тягуче. А мне приятно, и я сладко скулю, ведь это не наказание, это приятная пытка.

Мои руки начинают затекать, но вот Деймос ускоряется, делает мощные, быстрые толчки на всю длину и сдавленно рычит, кончая.

 Какое-то время поглаживает меня по спине, потом отходит и отстегивает меня.

Разворачивает, прижимает к себе, целует. Я мелко сотрясаюсь в его руках.

- Рассказывать нет нужды, Алика. У меня установлено приложение, которое записывает все разговоры.

Его глаза многозначительно блестят.

Глава 35

Деймос протягивает мне пушистое полотенце и выходит из кабины.

Я вытираюсь, одеваюсь. Обнимаю себя руками. Трясу головой. Смотрюсь в зеркало исподлобья. Что же за фигня, почему я позволяю так с собой обращаться? Я ли это вообще? Хочу разбить свое отражение, врезать оплеуху, чтобы одумалась уже, пришла в себя.

Хватит.

Решительно распахиваю дверь и вижу его силуэт в дверях комнаты. Одетый, стильный, с иголочки.

Останавливаю его:

- Подожди.

Он оборачивается. Смотрит, как я подхожу.

Я останавливаюсь в паре шагов, задираю голову, требовательно вглядываюсь ему в глаза:

- Если ты слушал телефонный разговор, то знаешь, что папа ничего не делал с Дианой. И ты должен был услышать, что я его отговаривала от Дика. И… Даже если так… то, что тебе нужно от меня? Ты сказал - не играть с тобой в эти игры. Но… Я не дрессированная собачка, чтобы вилять хвостом и облизывать руки, когда меня запирают в комнате и лупят. Забрал меня в плен, используешь, как хочешь и… и что? Я должна играть по твоим правилам? Серьезно? Унижаться, просить телефон, разговаривать на громкой связи, просить меня отпустить и вот это вот все. Просто ответь. Зачем? Одно время мне казалось, что я понимаю, но теперь… - воздух кончается и я замолкаю.

Деймос едва уловимо вздыхает. Берет меня за руку, возвращается на диван. Какое-то время молчит, смотрит перед собой. Наконец переводит взгляд на меня:

- Я так привык.

- О! Отличный ответ. Все объясняет, - я не скрываю ершистых ноток.

Он усмехается краешком рта, кладет руку мне на голову, но я уворачиваюсь. Лицо Деймоса снова приобретает серьезное выражение:

- Цель – оправдывает средства. Знаешь такую фразу?

- Знаю. Но я с ней не согласна.

- Есть еще: победителей не судят. Ты не согласна, но оглянись. Кто я и кто ты? Я всего добивался с нуля. Я так привык. Без сомнений идти к цели. Цель – действие – результат. У меня не было богатого папочки с комфортным гнездышком.

Хмурюсь.

- К чему эти фразы? – спрашиваю. - Цель оправдывает средства, так какая у тебя цель? Ты счастлив, когда самоутверждаешься за счет других что ли? Мстишь? Где тут победа? Ну вот трахнул ты меня, один, второй раз, привязал, в клетку посадил. Моего отца в больницу, а потом в тюрьму или вообще на тот свет отправить. Не разобравшись до конца, да? Это классно? Цель достигнута? Победа? Ты счастлив?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Ты много говоришь. Неподобающим тоном, - цедит от сквозь зубы.

Хмыкаю:

- Еще скажи: ай-яй-яй, как ты говоришь со взрослыми. Ну вот, я так говорю. И что? Отшлепаешь? Проходили. Оттрахаешь? Проходили. Что еще? Конфетку не дашь? Ударишь?