Жить жизнь. Трилогия о любви и манипуляциях (СИ) - Богинская Анна

– Моя жизнь в писательстве, – лаконично ответила она. – Я решила побыть в монаде.

– Это еще что такое? – заинтересовался собеседник.

– Состояние одиночества. Когда ты оцениваешь поступки прошлого и избавляешься от страхов, учишься во всем опираться только на себя. Есть еще диада и триада. Диада – это когда ты находишься в отношениях, а триада – семья, в которой появляются дети. Проблема многих в том, что они, не познав монаду, сразу уходят в диаду, и так всю жизнь.

– Так, может, семи месяцев достаточно? – шутливо поинтересовался Женя.

Анна отрицательно покачала головой:

– Сейчас я в книге. Я отдала ей всю себя.

Женя недовольно выдохнул. Анна наблюдала за ним: он словно забыл, как они расстались. Она не хотела спрашивать об этом, но ее внутренний исследователь сделал это за нее:

– Ты помнишь, как мы расстались в горах?

Он на секунду замер. Кивок в ответ.

– Почему ты так поступил?

– У меня появились дела, – уверенно ответил он, не вдаваясь в подробности.

Похоже, выдал заготовленный ответ. Анна наблюдала.

– Так, и когда ты планируешь выходить из монады?

– Я не знаю.

Посмотрела на него еще раз. Многие ошибки жизни происходят от неведения. Для нее полученные знания стали бронежилетом. Это не значит, что не выстрелят. Это значит, что она осознает опасность и защищена.

– Женя, я устала. Спасибо за помощь, но тебе пора домой, – мягко сказала она.

Гость кивнул и направился к двери.

– Может, поужинаем на выходных?

– Может, – деликатно ответила она, целуя его в щеку.

Анна закрыла дверь и вернулась в гостиную. Легла на диван. Буржуй мгновенно превратился в теплую подушку под боком. В комнате пахло одеколоном гостя. Женя. Идеальный мужчина в лучших традициях голливудского кино. Не бывает идеальных людей – есть идеальные маски. События в горах. На протяжении семи месяцев она иногда думала, а правильно ли поступила. Но его молчание заглушало эту мысль. А сегодня Анна убедилась окончательно. И все же захотелось проанализировать. Знать. Убежденность в своем решении всегда результат фактов. Она закрыла глаза и мысленно вернулась в события тех дней.

3 января 2015 года

Отель построен по принципу «каждый корпус – отдельный коттедж». На самой высокой точке территории находился корпус со стандартными номерами. Слева и справа буквой «П» расположились коттеджи с апартаментами, люксами и полулюксами. Анну с Женей разместили в правом двухэтажном срубе всего с пятью номерами. Поселили на первом этаже, в двух соседних – Евгений сдержал слово. На этом же этаже в двух метрах от номера располагалась общая гостиная с камином.

Они сидели в гостиной, интерьер которой мастерски демонстрировал красоту дерева и первобытность камня, освещенных только отблесками живого огня. Он создавал непередаваемое ощущение какого-то древнего тепла, которое сохраняется на этой земле, в этих горах и в сердцах.

Идеальный мужчина в лучших традициях голливудского кино вновь наполнил бокалы ароматным красным вином. Протянул Анне.

Созерцание огня погружает в дивную тишину, в которой рассматриваешь дали и глубины. Тишину, в которой радостно играет свет. В ней капризно и причудливо ложатся тени и струится ласковое дыхание тепла. Ты всматриваешься в огонь, а на самом деле видишь себя.

– Как тебе удалось найти два номера, да еще рядом? – задала она давно интересовавший ее вопрос.

Женя тепло улыбнулся.

– Люди забронировали, внесли предоплату, но не приехали. Видимо, мне важнее, чем им, – философски заметил он. – Все еще не веришь в судьбу?

В его глазах появились озорные огоньки.

– Еще нет, но начала сомневаться, – игриво улыбнулась Анна.

– Много написала?

Она довольно кивнула. Слова лились из нее потоком. Она потянулась за планшетом. Открыла файл:

– Как легко можно зафиксировать картинку. Как жаль, что нельзя сфотографировать чувства, посмотреть на снимок и испытать их опять. Есть места, в которые ты, скорее всего, не вернешься, но так хочется сохранить ощущение от них. Пройдет время. Оно многое закрасит белой краской, освобождая место на холсте жизни. К сожалению, время закрашивает все без разбора, даже то, что важно для нас. В моей жизни оно делало это не раз, оно делает это со всеми. Видимо, по-другому никак: нужно закрасить, чтобы появилось место для нового. Но, может быть, эти слова напомнят мне о чувствах, которые пробудило это место. Спасибо тебе за непередаваемые краски зимы, за солнце, которое согревает, несмотря на мороз, за воздух, которым дышится по-особенному. За шепот горящего камина. За запах дров. За вкус. За долгое созерцание и вдохновение. За завершение и начинание. За то, что здесь я стала собой. – И добавила: – Женя, я благодарна тебе за каждую минуту этого дня.

Он трепетно улыбнулся. Протянул руку и нежно коснулся ее лица. Анна видела его желание поцеловать. Но он продолжал смотреть в глаза, уважая границу, о которой она попросила.

Мобильный издал звук, известив о приходе СМС. Анна машинально потянулась за телефоном. Из груди Жени вырвался вздох сожаления. Тихо выдыхая благодарность к жизни за неожиданное сообщение, она разблокировала экран гаджета. «Остерегайтесь черных трасс!» – гласило сообщение от Матвея. Ее руки похолодели. Она смотрела на пламя, черпая силы в ярких взмахах стихии.

«То есть?» – написала она. Пока ее пальцы набирали этот короткий текст, мозг анализировал информацию. «Отправить». И в ту секунду, когда она отдала команду телефону, интеллект выдал результат: Матвей знает, что она в Карпатах. Она никому не говорила об отъезде, кроме Галы и Туси. За время пребывания здесь не опубликовала ни одного поста.

Анна судорожным движением открыла его страницу в Facebook. Три часа назад он выложил фотографию: Матвей на фоне мистических гор, гордо смотрящий вдаль. Подпись сообщала: «Лучше гор могут быть только горы». Он в Карпатах! И видел их!

Она сделала большой глоток вина. Мозг анализировал каждую секунду дня. Она точно не видела его. «Поняла. Вы тоже себя берегите! Мир тесен. Отель хоть не мой, я надеюсь?» – печатали пальцы, а перед глазами стоял текст их недавней переписки в Facebook. «Дозвонишься Богу – скажи ему, что если эта связь важна, пусть даст знак». И ее ответ: «Передам». Он ее видел, она его – нет. Матвей получил знак. Анна истерично рассмеялась. Она поймала на себе пронзительный взгляд Жени.

– Доктор прислал СМС, – озвучил он свое наблюдение. Его слова звучали как утверждение.

– Он видел нас, – призналась она.

В это мгновение Матвей прислал ответ на ее вопрос: «Хуже!»

Анна ошеломленно посмотрела на Женю.

– Он в отеле? – ее слова напоминали скорее анализ прочитанного.

– Этот доктор меня достал! – взорвался Женя.

Анна удивленно подняла бровь. Он стремительно направился к выходу.

– Куда ты? – только и успела спросить она.

Ответом стал громкий хлопок закрывшейся двери.

Анна не собиралась за ним бежать. Его поведение показалось странным, но эмоции от СМС Матвея вышли на первый план. О Жене она подумает позже, когда он вернется. Посмотрела на пламя, словно ища ответы в переплетениях языков пламени. Если Матвей в отеле, она обязательно заметила бы его. Они могли встретиться на ужине вчера или на завтраке сегодня. Вчера они с Женей приехали на ночь глядя, в ресторане кроме них оказалось всего несколько гостей. На ресепшен она не ходила. Нет. Вчера она точно не могла его встретить.

Интеллект продолжал прокладывать путь к решению задачи. Утро. Они проснулись поздно. По дороге в хату-музей на глаза попался всего один постоялец – упавший в кювет начинающий лыжник. Это точно не Матвей. Дальше – завтрак. В зале ресторана было занято несколько столиков: большинство гостей разъехались по лыжным трассам. В отеле остались в основном мамы и няни, приглядывающие за детьми.

Матвея в отеле нет. Она не могла его пропустить. Даже если она его не видела, но он был рядом, она бы его почувствовала. «Его в отеле нет», – выдал заключение мозг. Анна выдохнула. Значит, Матвей встретил ее в городе днем. Скорее всего, увидел автомобиль. Тогда почему ждал вечера, чтобы прислать сообщение? Он видел ее с Женей. В ресторане, где они обедали, она бы его заметила: открытое пространство зала давало полный обзор. Похоже, Матвей встретил их на подъемнике или на трассе. Только там полно людей в зимней экипировке, и лыжники становятся неузнаваемыми. Поделом. Она улыбнулась.