Новобранец. Служба контрмагии (СИ) - Александр Тув

— Пусть вам лешие попляшут, попоют! — в свою очередь заявил верховный главнокомандующий, намекая, что в гробу он видел эти платежи, причем вместе с инспектором морской палаты Гаем Грапасом.

… любит Шэф Высоцкого… любит…

— Кто попляшет? — растерялся инспектор.

— Неважно! — отрезал главком и закричал маячившему неподалеку боцману: — Готовьтесь поднимать паруса!

— Слушаюсь, Господин! — отрапортовал Хатлер, глядя на Грапаса с глумливой улыбкой.

Инспектор морской палаты пребывал в явной растерянности. В обыденной жизни, обычному, среднестатистическому человеку, редко приходиться сталкиваться с неизвестной ситуацией, в которой он не знает, как себя вести. Чаще всего, за время детства, отрочества и юности он набирает достаточный набор стереотипов поведения в разнообразных ситуациях, которым с успехом потом и пользуется всю оставшуюся жизнь.

Некоторые люди, которым повезло, или не повезло — это зависит от точки зрения, продолжают пополнять свой набор стереотипов сверх обыденной нормы, например попадая служить в войска специального назначения и проходя различные горячие точки. Набор стереотипов поведения у таких людей шире, чем у среднестатистических, но нам важно другое: и клерк из «Буквоеда» — любитель боевиков, и его ровесник из «Альфы», перерезавший больше глоток, чем клерк о них прочел, и ворюга министр и бессребреник депутат (или наоборот) — все они пользуются в жизни своим набором стереотипов, а если попадают в ситуацию, которой нет в наборе, то теряются. Иногда надолго, иногда нет, но в любом случае, в незнакомой ситуации, некоторое время человек не знает что ему делать. Время это сильно зависит от конкретики: спецназовец быстрее, чем депутат, выберется из горящего борделя, а министр быстрее, чем клерк из «Буквоеда», сумеет договориться с сомалийскими пиратами о выкупе из плена — может еще и себе какой откат выторгует, но, в любом случае, некоторое время, все они: и спецназовец, и министр, и клерк, и депутат, будут в растерянности.

Простой пример: если на улице к вам подойдет мятый, дурнопахнущий человек и попросит мелочь на поправку пошатнувшегося здоровья, то ваша реакция может быть любой: вы можете его не заметить; можете брезгливо сунуть ему несколько рублей, стараясь не дотрагиваться; можете послать; можете стукнуть, если совесть и физическая форма позволяют — короче говоря, такая ситуация имеется в вашем наборе стереотипов. А теперь представьте этого же мужичка, который подходит к вам, снимает с головы дырявую шляпу, делает элегантный поклон и говорит слегка грассируя: — Месье, же не манж па сис жур! И какова будет ваша реакция? — вашей реакцией будет растерянность, потому что, скорее всего, такого стереотипа в вашей коллекции нет.

Отдадим должное инспектору морской палаты: хотя с таким необычным противником… или партнером по переговорам — хрен редьки не слаще, он еще в своей жизни не сталкивался, растерянность его продлилась недолго:

— Так дела не делаются!!! — завопил он. — Мы же цивилизованные люди!!! Давайте договариваться, а не пороть горячку!!!

— Давайте, — легко согласился главком.

… интересно… похоже обращение на «вы» все же есть…

… или это просто множественное число?.. фиг знает…

— Нам лучше пройти в каюту, — предложил инспектор, заметив с каким интересом прислушиваются к разговору его стражники и праздношатающиеся матросы.

— Логично, — не мог не признать его правоты верховный главнокомандующий.

Денис в каюту не пошел — торговаться он не умел и проку от него там не было бы никакого, а так хоть на ветерке постоит — все не так жарко будет.

«Сейчас бы искупаться… — подумал он, — позагорать, девочек каких-нибудь снять для…»

«Культурного времяпрепровождения!» — встрял внутренний голос.

«Ну — у… типа да… — усмехнулся про себя Денис, — … если только мы имеем в виду одно и тоже…»

«Не сомневайся! — успокоил его голос. — А какая вообще может быть альтернатива?!..»

«Ну — у…черт его знает… Хотя некоторые любят с ними в театры ходить… в кино… рестораны всякие…»

«Это просто предоплата!» — отрезал внутренний голос.

«Согласен… В принципе… всем людям от них нужно только одно…» — после мимолетного раздумья пришел к консенсусу с голосом Денис. На этом их интересный диалог прервался, так как из-за приоткрытой двери стали доноситься отзвуки другого диалога, происходящего в капитанской каюте.

— …!!!..

— … распоряжение господина суперинтенданта!.. не меньше сорока золотых!!!

— …!!!..

— … плевать с высокой башни!.. не больше пяти риалов!!!

— …!!!..

— … и на начальника порта!!??.. тридцать пять золотых!!!

— …!!!..

— … на суперинтенданта!.. на начальника порта!.. на губернатора!.. и на весь ваш драный Бакар!.. семь риалов!!!

— …!!!..

— … а ремонт причалов после осенних штормов!!??.. тридцать золотых!!!

— … а ремонт провала не надо оплатить!?.. восемь риалов!!!

— Какого провала?!

— Неважно!!! Короче!!! Десять эмаров в сутки, или мы уходим на внешний рейд!!! — В каюте воцарилась нехорошая тишина. Мертвая какая-то.

— Согласен… — раздался после длительной паузы хриплый голос инспектора морской палаты. И хорошо, что вообще раздался, а то многочисленным слушателям стало казаться, что ответа в принципе не будет, что с инспектором случилось что-то нехорошее, не к ночи будь упомянуто!..

Когда Шэф с Грапасом показались на палубе, у инспектора был такой вид, будто он побывал в парилке, причем парился прямо в одежде — не раздеваясь, а банщик ни пара, ни веников не жалел, у главком же был привычный, невозмутимый вид.

— Пошли, — приказал инспектор стражникам, изумленно уставившимся на него — видать не часто им приходилось видеть руководителя в таком расхристанном виде: камзол расстегнут, рубаха тоже, на потной шее видны какие-то темные потеки… короче — не комильфо. — Чего уставились!?.. Я не портовая шлюха, чтобы меня разглядывать!.. Бездельники!!! — Оцепеневшие было стражники подхватились, как вспугнутые куры и вся троица, с крайне недовольным видом, резво покинула борт «Арлекина».

— Ну что… как я понимаю, таможня дала добро? — ухмыльнулся Денис, глядя вслед «группе товарищей», неуклюже пробирающейся по сходням.

— А то! — с гордостью в голосе отозвался верховный главнокомандующий, демонстрирую внушительного вида бумагу, явно официальную, с многочисленными разноцветными печатями — разрешение на стоянку! Все чин по чину!