Практическое руководство по злу - overslept

Давненько я не завтракала как в Кэллоу. Яйца, сосиски и чёрный пудинг с щедрой порцией хлеба с маслом. Сопутствующий чайник чая был менее насыщенным по сравнению с причудливыми варевами моих офицеров — в особенности Айши, которая даже в походе носила с собой припасы, привезенные из-за моря, — но вкус был приятно знаком. Чай в Кэллоу не выращивали: его привозили из Вольных Городов и Ашура, причем самым популярным был дешёвый напиток из Никеи. Говорят, что Меркантис задирал цену по пути на север, но ведь этого и следовало ожидать от Города Купли и Продажи.

Я проснулась ещё до рассвета и выбралась из комнаты в тот самый момент, когда это было ещё возможно, ускользнув от личной охраны, которая без раздумий попыталась бы меня преследовать. Устав от легионной еды, я нашла гостиницу с готовкой кэллоу и не обращала внимания на испуганные взгляды, которые трактирщица бросала на меня, когда я делала заказ.

Обслуживание было быстрым, а еда сытной, хотя меня начинала раздражать пугливость хозяйки и её мужа. По крайней мере, они меня не узнали, что было приятно. Последнее время люди имели неприятную склонность проявлять почтительность ко мне, но здесь опаска была вызвана моей легионерской броней, а не моим положением.

Единственным местным жителем, который не подпрыгивал при каждом моём движении, была молодая темноволосая девчушка, которой на вид было не больше семи лет, с любопытством поглядывавшая на меня из-за столиков.

Очевидно, родители её ещё не заметили. Я улыбнулась ей, потягивая чай из своей кружки, и она подбежала ко мне, скользнув на скамейку через стол.

— Я Лили, — пробормотала она.

— Привет, Лили, — ответила я с улыбкой. — Я Кэт.

Она серьезно кивнула и сморщила нос.

— Ты деорайт?

— Лили, — вдруг рявкнула трактирщица. — Немедленно слезай со скамейки!

— Всё в порядке, — сказала я, отмахиваясь от возражений. — Сегодня тихое утро. Я бы не отказалась от небольшой компании.

Лили сверкнула глазками.

— Я не маленькая, мне шесть, — сообщила она.

Я подавила усмешку. Её мать, казалось, была в ужасе от мысли, что ребёнок разговаривает со мной, но ещё больше она боялась обидеть меня, выдернув Лили из-за стола и спрятав её. Она закончила тем, что зависла около стола, прежде чем сесть рядом с дочерью после того, как попросила у меня молчаливого разрешения, крепко прижимая к себе своего отпрыска. Лили попыталась вывернуться, но безуспешно.

— По-моему, я полукровка, — сказала я девочке. — Я слишком бледна для того, чтобы оба мои родители были из Народа.

Ребенок моргнул.

— Как ты можешь не знать?

— Не будь груба с посетителями, Лили, — сказала трактирщица с механической быстротой, свойственной многим повторениям. — Не все знают своих родителей так, как ты.

— Это печально, — сказала дочь, успокаивающе похлопав меня по руке.

Мать выглядела испуганной, но напряжение немного ослабло после того, как стало очевидно, что я не обиделась.

— Я к этому привыкла, — пожала я плечами. — Жизнь в приюте была не так уж плоха — я видела, что у людей было гораздо более тяжелое детство.

Я никогда не понимала, насколько привилегированной я была, получая образование и трехразовое питание до моих первых набегов в район Лэйксайда. Там были люди, которые проводили свои дни в изнурительном труде и едва зарабатывавшие достаточно, чтобы обеспечить себя едой. Единственная разница, которую принесло Завоевание, заключалась в том, что жажда золота Мазуса заставляла всё больше людей жить в жалких трущобах, поскольку их бизнес шел ко дну. Понадобятся годы, чтобы исправить ущерб, который он нанес экономике города.

— Значит, вы кэллоу, — озадаченно произнесла трактирщица. — Я слышала, что некоторые солдаты в этом легионе оттуда.

Страх промелькнул в её глазах, когда она поняла, что использовала довольно знакомый тон.

— Я не хотела проявить неуважение, мэм, — поспешно добавила она.

— Меня всегда было нелегко обидеть, — сухо ответила я. — И после общения с дворянством Пустошей это довольно приятная перемена — не искать повсюду двойных смыслов.

— Вы встречались с дворянами? — взволнованно выдохнула Лили. — Какие они были?

— Большинство из них заслуживают того, чтобы оказаться в крокодильей яме, — честно ответила я. — Но есть и не такие уж плохие люди.

Лили отреагировала на упоминание о крокодилах, издавая подобие рептильих звуков и притворяясь, что кусает руки матери, к большему ужасу женщины.

— Однажды я помахала графине, — сказала девочка, когда ей стало скучно. — Но она не помахала в ответ.

Я фыркнула.

— Ну, у неё был напряжённый год.

Восстания не возникают из воздуха. Скорее всего, она годами сидела над планом, сохраняя свои действия достаточно безобидными, чтобы агенты моего учителя не заметили их.

— Люди говорят, что она станет королевой, — сообщила мне Лили. — Она помолвлена с герцогом и всё такое.

Я невесело улыбнулась.

— Это произойдет только в том случае, если она победит в восстании, Лили. И я бы на это не рассчитывала.

Это было, по-видимому, слишком близко к сердцу для её матери. Ребёнка выпроводили и велели идти помогать отцу готовить завтрак. Она пробормотала что-то о ненависти к овсянке и убежала, хотя и не раньше, чем помахала мне на прощание. Я ошеломленно помахала в ответ. К моему удивлению, трактирщица осталась сидеть напротив меня.

— Мэм, я не хотела совать нос в чужие дела, но… — начала она.

— Спрашивай, — ответила я. — Если это закрытая информация, я тебе не скажу, но ничего плохого в том, чтобы спросить, нет.

В волосах женщины было несколько нитей седины, но цвет волос и форма лица были такими же, как у её дочери — я могла бы увидеть сходство, если бы присмотрелась. Через мгновение она собралась с духом.

— Это правда, про демона в горах? — сказала она.

Я поморщилась.

— Да. Его держали связанным в каком-то храме, но кто-то выпустил его.

И кто-то поплатится за это, не так ли, Наследница? В этом я готова поклясться, и чем дольше этот долг не будет выплачен, тем больше будет цена, когда я его получу.

— Но Пятнадцатый останется защищать город? — настаивала она.

— Приказ пришел сверху, — ответила я, скрывая свое удивление.

Трактирщица вздохнула с облегчением.

— Легион вёл себя хорошо для армии. Вы не пьете так много, как люди Изгнанного