Накануне империи. Прикладная геополитика и стратегия в примерах - Валерий Коровин

Топливные поставки политического давления

США хотят, чтобы Молдавия была враждебна по отношению к России

Российские цены на газ для Молдавии будут неумолимо увеличиваться. Это связано с откровенно антироссийской позицией, которую занимает Молдавия в последние годы, в то время как топливные и особенно газовые поставки давно используются российским руководством как инструмент политического и даже геополитического воздействия. Повышение тарифов на газ — довольно эффективный метод добиваться тех или иных нужных нам решений. Цены на газ начали повышаться, например, для Украины ровно в тот момент, когда там установился «оранжевый» режим. Поэтому очевидно, что враждебный России молдавский режим будет и дальше испытывать затруднения с поставками газа: с каждым их шагом против наших соотечественников, с каждым очередным антироссийским демаршем цены будут увеличиваться, что грозит Молдавии повторением украинского сценария. Российский газ и цены на него, за неимением лучшего — ввиду отсутствия долгосрочной геополитической стратегии и политической воли, и далее будут инструментом давления на молдавский режим.

Однако нам нужно учитывать и то обстоятельство, что у Молдовы находится в заложниках Приднестровье, которое заблокировано этими двумя марионеточными по отношению к США режимами — румынской Молдавией и бандеровской Украиной. Имея контроль над приднестровской болевой точкой, надавливая на неё время от времени, Молдавия пытается выторговывать себе некие преференции у российскго руководства. Вполне возможна ситуация, при которой в определённый момент, когда российская власть поймёт, что вести конструктивный диалог с проамериканским молдавским режимом больше нельзя, поскольку все цивилизованные возможности утрачены, цены взлетят моментально. Вероятно, всё будет не так резко и обвально, но, тем не менее, это неминуемо произойдёт. Ведь все последние годы Россия абсолютно не занималась Молдавией, а те шаги, которые были сделаны, имели такие тяжкие последствия, что лучше бы мы вообще ничего не делали.

Повышение цены на газ, безусловно, поставит любой молдавский режим на грань краха, ведь перебои с топливом неизбежно вызовут социальные волнения, протесты и недовольство населения. В условиях «давления снизу» любой власти очень сложно будет удержаться. Поддержка США, на которую рассчитывает либеральное руководство Молдовы, довольно эфемерна, как и во всех остальных случаях. Соединенным Штатам безразлично состояние населения Молдавии, их волнует лишь то, чтобы Молдавия оставалась враждебной России территорией напряжённости, а режим был управляемым. Какова же социальная ситуация в стране, каков уровень жизни населения — США не волнует. Поэтому они вряд ли будут затруднять себя тем, чтобы как-то выровнять ситуацию, сгладить недовольство, а тем более, не станут оказывать прямую финансовую поддержку. Стало быть, Молдова в любом случае оказывается между молотом и наковальней.

Собственно, цена на газ — это хороший инструмент давления, но его следует использовать только в тех случаях, когда исчерпаны все другие возможности налаживания конструктивного диалога. У нас же всё происходит с точностью до наоборот: сначала используется инструмент газового давления, и уж потом, когда нарыв окончательно загнан вовнутрь, начинается поиск выхода. Быть может, если бы у России не было газа, российская дипломатия и внешняя политика были бы куда более изворотливыми и разумными.

(Опубликовано на сайте политической экспертной сети «Кремль. org» 20 июня 2006 года)

Мы всё вернем назад

Реформа СНГ: похороны или воскрешение?

С момента распада СССР мы не устаём задаваться вопросом — какова же на самом деле роль СНГ на постсоветском пространстве? Конечно, благодаря СНГ, несмотря на все его проблемы, постсоветские государства не расползлись окончательно во все стороны. Нравится это кому-то или не нравится, СНГ выполняет консолидирующую роль на постсоветском пространстве. Также в рамках СНГ бюрократическое общение и контакты пока что осуществляются на русском языке, поэтому СНГ — это ещё и организация, которая способствует сохранению русского языка на постсоветском пространстве. СНГ является площадкой для дискуссий, что также немаловажно. Но самое главное заключается в том, что СНГ с момента своего образования стало полем замороженного влияния России на постсоветском пространстве после распада Советского Союза, тем образованием, которое всё ещё ожидает декларации России о своих стратегических планах и намерениях, в первую очередь интеграционных.

Бывшие республики Советского Союза, хотя формально числятся как независимые государства, всегда были объединены волей России в стратегическое единство. То, что помешало Советскому Союзу сохраниться в 1991 г. — это выродившаяся к тому времени марксистская идеологическая доминанта, от которой все желали избавиться. Более двадцати лет страны СНГ экспериментировали со свободой от марксизма и идеологического давления, забавлялись со своим суверенитетом, но всё же именно СНГ заморозило зону российского влияния, сохранив её от окончательного распада. Единственное, что не даёт сегодня странам СНГ вновь полноценно реинтегрироваться, так это то, что Россия до сих пор не в состоянии определить свои стратегические цели на постсоветском пространстве, не решаясь объявить его зоной своих стратегических интересов. И это в то время, как США объявили зоной своих интересов весь мир.

СНГ ждёт, когда Россия проявит свою геополитическую волю и начнёт процесс восстановления нашего стратегического единства. В этот момент постсоветское пространство оживёт и начнёт динамично развиваться, его можно будет очень быстро реформировать и начать геополитическое контрнаступление дальше, во все стороны континента, ибо за декларациями неизбежно должны следовать действия. Но сегодня от России не звучат даже декларации о намерениях, что формально означает отсутствие российских стратегических интересов на пространстве СНГ и даёт повод американцам, опять-таки формальный, творить там всё, что им вздумается, ведь заявленная зона их стратегических интересов — весь мир.

Будущее у СНГ есть только в том случае, если Россия заявит о своих интересах более масштабно и начнёт действовать именно в этом направлении. Сегодня от разрушительных процессов мы постепенно переходим к созиданию. Страны СНГ ждут от России веского слова и готовы объединиться вокруг неё на определённых условиях — реализации собственных экономических интересов. В самое ближайшее время, с учётом подъёма экономик всех стран, Содружество ожидают очень неплохие времена. Перечисляя основания, на которых могла бы быть осуществлена интеграция, не стоит забывать о самом главном — о геополитическом основании, дающем чёткую мотивацию к интеграции. Мы видим, что на сегодня даже в рамках СНГ сложилось два направления. Одно геополитическое движение связано со стремлением к восстановлению общего пространства с Россией: это ЕврАзЭС, ЕЭП, ОДКБ, Таможенный союз. Другое направление в рамках СНГ — это ГУАМ: блок, геополитически ориентированный на Запад.

Обращает на себя внимание и то, что у всех стран ГУАМ имеются территориальные проблемы: у Грузии — с Абхазией и Южной Осетией, у Молдавии — с Приднестровьем, у Украины проблемы с Юго-Востоком, у Азербайджана — с Карабахом. Очевидно, что Россия в данной ситуации является гарантом территориальной целостности постсоветских стран, которые ориентируются на Россию. Тем же странам, которые геополитически ориентированы на Запад, Россия ничего не гарантирует. И именно у них проблемы. В этой связи у стран СНГ есть самая важная геополитическая мотивация ориентироваться на Россию — стремление в принципе сохраниться. Это и есть главное основание для интеграции с Россией.

Часто приходится слышать о том, что в отношениях с Казахстаном у России всё обстоит очень плачевно. Однако единственный повод так говорить заключается в том, что Казахстан играет все эти годы в одни ворота: они всегда предлагают что-то, а мы это не принимаем, игнорируем либо отказываемся. В момент первого предложения России проекта Евразийского союза со стороны Казахстана у власти в России был Ельцин, задачей которого было создать ликвидационную комиссию и сдаться Западу как можно быстрее, поэтому ему было совсем не до Евразийского союза. Если же мы откликаемся хотя бы на экономические предложения Казахстана, то Казахстан ввязывается в этот процесс — мы входим в единую с ним тарифную зону, начинается процесс интеграции, пускай даже экономической, пусть на принципах прагматизма, но который уже нельзя будет остановить. И в конечном итоге интеграция, начатая как экономическая, перейдёт в политическую плоскость, ведь без политики экономические вопросы у нас не решаются. Уже не говоря о ярко выраженном геополитическом векторе интеграции, который будет абсолютно однозначно ориентирован в евразийском ключе.