Разведены и непредсказуемы - Валентина Седлова

Обе его пассии тут же синхронно скривились. Ревнуют, как и положено. Вот пусть и дальше продолжают в том же стиле, а то нет ничего хуже расслабившейся, разленившейся любовницы, которая к тому же воображает себе, что имеет право что-то там с него требовать! Впрочем, если бы не характер, можно было бы и к этой вот трудолюбивой подкатиться. Но пока не стоит. Во-первых, что-то она и вправду зла, а во-вторых, не стоит сильно ярить остальной улей. Вот как перепробует медок у всех пчел, тогда, возможно, и за эту примется, а пока у него еще есть кем заняться.

– Виктор, ты опять здесь? — раздался за его спиной усталый голос Аникушина.

– А что такое?

– Я же неоднократно просил тебя не отвлекать моих подчиненных! Не думаю, что они будут рады остаться без премии из-за твоих визитов!

– Ой, да брось ты! — отмахнулся от него Виктор. — Девочки просто скучают, и я, как могу, поднимаю им боевой дух. Разве не так, цыпочки?

– Все на совещание ко мне в кабинет. Быстро! — хлопнул в ладоши Никита, повернувшись спиной к докучливому братцу.

– Ты что, хочешь оставить меня без собеседниц? Учти, я тебе этого ни за что не прощу!

Несмотря на шуточный смысл слов, в них прозвучала реальная угроза, и Никита, вскинув голову, в упор посмотрел на брата. Тот ответил ему тем же. Их безмолвная дуэль продолжалась недолго, от силы секунд десять, пока Виктор, сочтя за лучшее не доводить дело до открытого конфликта, не сообщил:

– Ладно, пойду я, пожалуй. А то у меня сегодня серьезные переговоры, надо к ним подготовиться как следует…

Проводив взглядом уходящего наследника, Никита повернулся к подчиненным:

– Вы меня слышали? Я жду вас всех на пятиминутку! Немедленно!

Нехотя оторвавшись от кресел, дамы не спеша потянулись в кабинет. Судя по всему, предстоял коллективный разнос, а раз так, торопиться на него не стоило.

Дождавшись, пока все не войдут, Никита плотно прикрыл дверь и начал:

– У меня складывается нехорошее впечатление, что гербом нашей редакции стали серп и молот.

– Простите? — подняла брови вверх Катя.

– Серп и молот — косить и забивать. Старая студенческая хохма. Не знали? Что ж, теперь вы в курсе. Не знаю, о чем вы там все думаете, но только не о работе. Указанные мною сроки не выдерживаются, материалы приходят сырые, за эту неделю мне нечего показать нашему непосредственному начальству! Вы понимаете — целую неделю мы топчемся на месте! И о чем это говорит, как не о вашем непрофессионализме и нежелании трудиться?

– Простите, а разве наше непосредственное начальство — это не Виктор Серафимович? — ехидно осведомилась Катя.

– Представьте себе, нет! — саркастически улыбнулся ей Никита. — Виктор — всего лишь временно исполняющий обязанности управляющего компанией. А журнал находится в ведении Серафима и Егора Воронцовых — основателей данного холдинга. Поэтому на заступничество Виктора не советую рассчитывать, не поможет. А то я не в курсе, что вы регулярно ему на меня жалуетесь! Или вы думаете, у этого кабинета звуконепроницаемые стены?

Дамы переглянулись. Эта оплошность и впрямь могла им весьма дорого стоить.

Ника отстраненно подумала, что уж если кто и был в курсе, что из кабинета слышно все, что происходит в редакции, так это Раиса. Но сообщить коллегам о данном факте она не сочла нужным. Видимо, решила так своеобразно отомстить остальным за собственное фиаско в попытке привлечь к себе внимание наследника. Впрочем, лично ей, Нике, от этого факта ни холодно, ни жарко. Она в свадебном марафоне за приз «Воронцов-младший» не участвует и про шефа гадости не говорит.

– Я понимаю, что болтать с управляющим куда интереснее, чем выполнять свои непосредственные обязанности, но позвольте заметить: еще немного, и кое-кому из вас придется искать себе новое место работы. Начнем с вас, Раиса!

– С меня?! — изумилась Раечка.

– Да, с вас, — подтвердил Аникушин. — Я просил вас в числе всего прочего контролировать график подачи материалов редактору и сообщать мне, если намечаются некие накладки. Так?

– Так, — с дрожью в голосе подтвердила Раечка.

– Ну и где ваши отчеты, хотелось бы знать? Почему я должен лично следить за тем, выполняются мои поручения или нет? Кстати, Мария, к вам это тоже относится! Вы, как ответственный секретарь, должны помогать Раисе, причем без моего напоминания! А уж про топовые материалы я вообще молчу! Сдается мне, вы даже не собираетесь договариваться об интервью для нашего издания! И не надо мотать головой, это ваши прямые обязанности! Вы — одна из первых кандидатур в списке на увольнение, не забывайте об этом!

– Но я…

– Мне ваши оправдания ни к чему! Лучший способ исправить мое мнение о вас — это наконец-то заняться делом! Идем дальше. Катерина! И долго я еще буду ждать оставшиеся три варианта обложки? Меня уже замучили ваши «завтраки» — либо вы садитесь и делаете то, что от вас просят, либо уходите отсюда!

– Но Нина…

– Что — Нина? Она не предоставила вам нужные фотографии?

– Предоставила, но… поздно! Я еще не успела их обработать! — выкрутилась Катя.

– А вы и не должны их обрабатывать, вы не фотохудожник и не бильдредактор, а всего лишь верстальщик! — ядовито заметил Никита. — Неужели так сложно подобрать фон и шрифты? Может быть, вам в таком случае пора на переобучение, раз вы не можете справиться с такими элементарными вещами? Или вы только и умеете работать, что по готовому шаблону?

Катя пристыженно молчала, а на щеках ее расплывались ярко-алые пятна румянца. Нина, которую та едва не подставила, покусывала себе губы, видимо, прикидывая, как разделается с подлой коллегой, решившей спасти себя от начальственного гнева методом «тонешь сам — топи другого».

– Ника!

– Что?! — вздрогнула та, не сразу сообразив, что Никита теперь обращается к ней.

– Как у нас дела с контентом?

– Неважно, — честно призналась она, решив, что повинную голову меч не сечет. — Более-менее заполнен только сектор юмора, все остальное — дай Бог наполовину. Топовые материалы на редактуру еще не поступили, на подстраховку есть пара неплохих переводных статьей, но их, на мой взгляд, стоит полностью переписать.

– А что с ними не так? — мрачно осведомился Аникушин.

– Читаешь и чувствуешь, что это именно перевод. Предложения коряво построены, гладкости нет. Словно перед тобой подстрочник, а не нормальная статья.

– Переписывайте! — приказал Никита. — Лучше пускай первый номер журнала будет чуть толще, чем предполагалось, нежели в нем будет три с половиной страницы, и на тех одна вода. То, что получится, сразу несите ко мне, посмотрим, в какой рубрике это лучше разместить. Нина, что там со съемками коллекции? Вы уже договорились о выездной сессии?..