Вера остается жить (СИ) - Амалия Дэс

– Отпусти! – прохрипела Вера, но Стас не отпускал мальчика – Что тебе нужно?

– Ты сама знаешь, что мне нужно.

Девушка помотала головой с мольбой в глазах.

– Отпусти сына, он задохнется.

– Я его отпущу если ты отдашь мне отцовское завещание ответил Стас.

– Отдам – пообещала Вера.

Стас ослабил хватку, но продолжал держать Илью на весу.

– Стас, – попыталась успокоить его Вера – завещание хранится в камере, где все драгоценности.

– Не ври! – заорал мужчина и сильнее придавил ребенка к стене

– Хорошо! Хорошо. – согласилась Вера – Ладно, ты сейчас отпустишь ребенка, а я принесу тебе документы – пытаясь совладать с собой говорила Вера, медленно нащупывая рукой сзади себя нож, который лежал на столе. – Отпусти ребенка, мы пойдем с тобой наверх, и я отдам тебе это чертово завещание! – Уже кричала Вера.

Орлов вытянул руку, в которой словно тисками был зажат Илья, и как ненужную тряпку откинул мальчика в угол. У Веры не было времени, чтобы соображать, она схватила нож и кинулась на Орлова! Он увернулся, и Вера наотмашь ударила его по лицу острым лезвием ножа.

– Сука! – заорал Стас, закрывая лицо руками. Вера схватила на руки сына, который кричал без остановки и выбежала в гостиную, закрыв за собой дверь в кухню, где, скрючившись на карачках утирал кровь ненавистный шурин. У Веры было немного времени, чтобы что-то придумать, но ее голова плохо соображала, кровь пульсировала в висках и сердце бешено колотилось. Она взяла стул и подперла им дверную ручку. Потом сняла со стены телефон и набрав «02», вызвала милицию. К этому времени Орлов очухался и уже долбился в дверь.

– Открой, сука! Хуже будет!

Вера принялась одевать сына. На улице он не сможет причинить им вреда, сейчас еще день и много людей. Надо бежать! Но руки тряслись от испуга и не могли застегнуть молнию на комбинезоне. Стас, постучав кулаками в дверь, подергав ручку, вдруг, замолк. Немного погодя, он крикнул:

– Ты слышишь меня?! Дура! Я все равно заберу у тебя это завещание!

– Зачем оно тебе? – отозвалась Вера – чего ты добьёшься?! – прокричала она.

– Ну, ты в натуре, дура! – спокойнее сказал мужчина, и язвительным тоном добавил – А что бы тебе не досталось папочкино наследство, я уничтожу эту бумажку и все будет моим!

– Ты опоздал! – решила среагировать Вера – Дурак ты, а все наследство теперь принадлежит моему сыну – Орлову Илье Вячеславовичу!

– С чего бы это? Я прямой наследник после Славки!

– С того! Слава перед смертью написал завещание на своего сына! Он теперь единственный наследник и хозяин этого дома! Документы уже все оформлены! Так, что, уважаемый Егоров, вы вообще здесь никто! – осмелела Вера – сейчас приедет полиция и заберет тебя! А про наследство забудь! И про дом тоже забудь! Понял?!

В ответ послышался звук битой посуды. Ощетинившись и взяв сына на руки Вера выбежала из дома и во дворе нос к носу столкнулась со Стефаном. От неожиданности она вскрикнула, и Илья тут же залился слезами.

– Тише, тише, – начала успокаивать Вера малыша.

– Что случилось? – спросил перепуганный Стефан – Ворота открыты, что вы тут делаете? Что случилось?

– Там… – начала Вера, показывая на дверь, но не успела она договорить, как дверь с треском распахнулась от удара ноги. Вера вскрикнула. На пороге стоял Стас. С окровавленным лицом и руками, перекосившись оскалом, в руках он сжимал топорик для рубки мяса.

– Ах ты тварь! – крикнул он Вере, не замечая Стефана – тогда мне придется убить твоего отпрыска! И тебя за одно!

Подняв топор вверх, он кинулся на женщину с ребенком! Стефан немедля оттолкнул Веру в снег, и сцепился со Стасом в схватке. Завязалась драка! Мать и сын отползли в сторону. Накрыв собой ребенка, как курица своих цыплят, Вера наблюдала за бьющимися на смерть мужчинами. Бой был, действительно, кровавым, и они, наверное, поубивали бы друг друга, но тут послышался вой полицейской сирены, и Стас кинулся на утек.

– Не дай ему уйти! – крикнула Вера Стефану, который видя, как Стас убегает, рванул за ним. Поскользнувшись, Стефан упал и упустил Егорова. Вера подбежала к Гаспару. Весь побитый и окровавленный, лежа на спине, он просипел:

– Я его упустил.

– Ничего, ничего, его будет искать полиция – успокоила Стефана Вера и помогла ему встать. Но Вера ошиблась, полиция не стала искать Стаса, они быстро взяли показания и восвояси! Отказались даже возбуждать уголовное дело!

– Вы можете прийти к нам в отделение и написать на него заявление – сказал человек с папочкой в руках.

На Верино недоумение второй человек взглянув на праздничный стол, который стоял посредине гостиной, произнес:

– Уважаемая, не омрачайте нам и вам столь приятный праздник. После выходных – милости просим, к нам в участок! Напишите заявление, мы вам будем содействовать! А сейчас, давайте, просто обойдемся мелким, бытовым происшествием!

Вера была возмущена, но спорить со стражами порядка не стала, поскольку понимала, что если выполнять все по их правилам, то домой из полицейского участка она приедет не так скоро, а ей очень хотелось остаться дома в этот новогодний вечер. Так что обработав раны Стефана и уложив Илюшу в постель, она стала убирать следы борьбы в доме и во дворе.

Когда на улице зажглись фонари и гости стали подтягиваться к столу, мысли о Стасе Егорове развеялись в голове Веры. Только целый мусорный мешок битой посуды, следы на шее Ильи от удушья и немного избитый Стефан, напоминали о происшествии. На шею сына Вере пришлось повязать мишуру, а лицо Гаспара хорошенько припудрить. Никто ничего не заметил, кроме Клавдии Васильевны. Вере пришлось ей все рассказать. В ответ на рассказ, старушка, посетовав на себя, что оставила Веру одну, сказала:

– Надо снять побои, и непременно написать заявление в полицию.

– Когда? Клавдия Васильевна? – спросила Вера – он ведь специально выбрал день для этого нападения! Сейчас вся Россия отдыхает! Никто не будет возиться с нами, а за три дня синяки на шее Илюши пройдут без следа, и у Стефана тоже все заживет!

Как отомстить Егорову, Вера еще не придумала, но она верила, что такой шанс у нее будет! Она почувствует, когда будет можно, и обязательно отомстит!

Праздник Новый год выдался веселым! Куча подарков и добрых пожеланий! Музыка и танцы! От этой суеты Вера, конечно же, быстро устала, да и Илья после дневного кошмара, не отходил от своей мамы не на шаг. Поэтому они часа в два ночи уже поднялись наверх и легли в постель, оставив гостей праздновать одних. Илья уже крепко спал, посапывая носом, а Вера уснуть никак не могла. Она смотрела в окно и думала, как оградить свою семью от ужасного шурина. После смерти мужа она и ее дети оказались очень уязвимы, никак и никем не защищенными. Скоро родится еще один малыш и Вере будет очень трудно одной защищать своих детей. Стас никогда не упокоится, пока не уничтожит их! Он не уймется, пока все наследство не перейдет к нему! Господи, ей, вдруг, стало так страшно! Она чувствовала себя так, будто стояла посредине огромного поля, где вовсю идут боевые сражения! Одно неосторожное движение, один шаг и пуля просверлит ее тело! Где укрыться? За кого спрятаться? Кто поможет ей и ее деткам?

Вдруг, в дверь постучали. Вера поднялась с кровати, укрыла сынишку и вышла в коридор. Ее встретил Стефан со спиртным в руках. Захмелевший от виски, которое принесла Клавдия Васильевна, он имел весьма смешной вид.

– Ты не спишь?

– Нет, не могу уснуть – ответила Вера и пригласила Стефана в комнату, которая вела на балкон. Гаспар сел в кресло и предложил вере бокал, в котором было светлое шипучее шампанское.

– Нет – отказалась Вера – с меня на сегодня достаточно! А то мой ребенок родится алкоголиком! – пошутила она.

По лицу Стефана было видно, что он очень волнуется.

– Ты хотел со мной поговорить, Господин Гаспар? – улыбнувшись спросила Вера.

– У нас во Франции говорят – «месье» – поправил он ее.

– А у нас в России говорят по–разному! И смысл не в том, как я тебя называю, а смысл в том, что я о тебе думаю и думаю ли я о тебе вообще! А господином именуют сильных господствующих личностей, в основном вышестоящих чинов, людей! Ты ведь у нас не простой человек. Ты же президент большой ювелирной компании!

Стефан засмеялся. На самом деле он, конечно, знал о своем положении в обществе, но он никогда не предавал этому значения находясь с ней, с Верой. С этой женщиной он чувствовал себя мальчишкой. С ней он всегда забывал, что он руководитель крупной торговой корпорации. Здесь в Сибири, рядом с ней он как будто сливался с толпой, он переставал думать о поставках, о подлинности золотых изделий, о продажах и вливаниях в торговые сети. Здесь, в России его не интересовало то, что происходит там во Франции. Здесь для него было важно лишь одно! Эта важность перекрывала все на свете, он думал лишь о ней, о Вере!