Так любят гризли - Джорджетт Сент-Клер

— Я бы предпочел поговорить о том, как сильно я хотел сделать это… — Он наклонился вперед и поцеловал ее.

Вайнона со вздохом открыла рот, когда его теплые и сладкие губы приникли к нему. Она ответила сразу же, проводя языком по его языку и зарываясь пальцами в его волосы, притягивая ближе. Он поцеловал ее крепко и страстно, отчего у нее перехватило дыхание, а в животе разлилось волнующее вожделение. Когда он отстранился, у нее вырвался хриплый стон протеста, и Вайнона почувствовала, как по щекам разливается румянец.

— Хватит разговоров.

Затем он подхватил ее на руки и отнес в спальню.

Глава 13

Он уложил ее на кровать, застеленную стеганым одеялом ручной работы, красиво сшитым в веселых небесно-голубых и солнечно-желтых тонах. На ночном столике кто-то оставил стеклянную банку с букетом полевых цветов. Она сразу почувствовала себя, как дома, но времени любоваться простонародным декором не было, потому что не успела Вайнона опомниться, как Зейн уже снял с нее туфли и бросил рядом с кроватью. Затем оставил щекочущий поцелуй на изгибе ступни, и она хихикнула, затем прикусила губу, когда он скользнул ладонью вверх по икре, оставляя за пальцами дорожку поцелуев и покусываний. Добравшись до первой пуговицы на ее юбке, он расстегнул ее… Затем следующую, и еще одну. Когда Зейн полностью обнажил ее ниже пояса, за исключением трусиков, приподнялся и упивался ее видом, издавая низкое, хищное рычание, и дразняще провел пальцами по ткани, прикрывающей сердцевину.

Вайнона вздрогнула от его прикосновения и поняла, что вцепилась пальцами в одеяло.

Зейн стянул с неё трусики, раздвинул бедра и с озорной улыбкой склонил темную голову. И Вайнона пропала. Он целовал ее, исследуя ртом складки, втянул клитор в рот, прежде чем отпустить, и скользнул своим твердым языком в тугое, влажное лоно. Вайнона всхлипывала и извивалась, прижимаясь к его рту, не в силах вынести остроты ощущений, но одновременно желая большего. Она положила руки ему на затылок. Его волосы были шелковистыми, а щетина восхитительно шершавила нежную кожу на внутренней стороне бедер. У нее вырвался стон.

Зейн негромко заурчал от удовлетворения и возобновил атаку, лаская клитор и погружая палец в ее влагалище, чтобы добавить еще одно измерение к эротической пытке.

Вайнона застонала, когда он добавил второй палец и принялся двигать им туда-сюда, подстраивая движения руки под волшебство, творимое ртом, в искусном синкопированном ритме. Он провел пальцами внутри нее, задевая необходимую точку, приближая оргазм. Ее соски были напряжены, их покалывало, и при каждом толчке и дрожи они дразняще терлись о ткань лифчика, натягивая серебристые нити ощущений между грудью и клитором.

Она выдохнула имя Зейна и задрожала, тяжело дыша, прежде чем кончить и закричать, прижимаясь к его рту. Она сжала бедрами его голову. Когда спазмы оргазма сменились блаженными волнами удовольствия, Зейн погладил языком ее клитор, продолжая выжимать из тела наслаждение. Но когда снова поднес руку к сердцевине, Вайнона сказала:

— Нет, Зейн. Пожалуйста… — И потянула его за широкие плечи к себе на кровати.

Он с готовностью поднялся, и они разделись. Вайнона счастливо вздохнула, когда почувствовала, как его обнаженное тело прижимается к ней, а затем застонала, когда он плотнее прижался к ее бедрам, и ощутила, как налитый ствол прикасается к все еще содрогающейся плоти. Он начал водить головкой по складкам, и благодаря сокам возбуждения делал это с нежным дразнящим трением. Зейн поцеловал ее, и она крепко обняла его. Она почувствовала свой вкус на его губах и языке, а воспоминание о его темной голове у себя между ног, заставило стонать от вновь вспыхнувшего желания.

Зейн взял член в руку и расположился у входа. Вайнона стонала и извивалась, страстно желая ощутить его твердую длину внутри себя. Он двигался с ровным, настойчивым нажимом, входя плавно и уверенно, пока не оказался полностью внутри. Она сжала его внутренними стенками, Зейн застонал в ответ и начал двигаться, сначала медленно, но затем, набирая темп, пока не начал толкаться в нее быстро и требовательно.

Она вцепилась в его плечи, выдыхая от восторга каждый раз, когда он входил на всю дину. Каждое движение его подтянутого тела, казалось, отзывалось в ней, покалывание перерастало в острые ощущения, а острые ощущения в неудержимый бурлящий экстаз.

Вайнона вскрикивала снова и снова, теряясь в бездумном блаженстве. Пока она извивалась, стоны Зейна усиливались, переходя в долгий, полный усилий рык, когда он наполнил ее своим семенем. Затем он перевернулся на спину, увлекая ее за собой так, что она положила голову на его вздымающуюся грудь. Он гладил ее по волосам, а она слушала, как бьется его сердце.

Прошло много времени, прежде чем он отстранился от ее насытившегося тела и укрыл одеялом ручной работы.

Глава 14

На улице все еще было темно, и где-то прокукарекал петух. Петли на двери заскрежетали, когда входная дверь распахнулась, а затем заскрипели половицы, и кто-то медленно прокрался внутрь. Вайнона резко выпрямилась, сердце подпрыгнуло к горлу. О, Боже. Их нашли. Как? Была ли это Акула, или это был Серджио Мольфетта, или еще один из его головорезов? Причинят ли они вред Уайли? Неужели они уже убили Уайли? Если послали только одного человека, даже если бы этот человек был вооружен серебряными пулями, возможно, они с Зейном смогли бы справиться с ним.

Шерсть вздыбилась по всему телу, а когти изогнулись наружу. Она протянула руку и встряхнула Зейна, который лежал рядом с ней на боку… храпя, как медведь. Зейн, как и большинство медведей-оборотней, крепко спал.

Она наклонилась и прошептала ему на ухо дрожащим голосом:

— Зейн, пожалуйста, проснись! Просыпайся сейчас же!

Страх в ее голосе, очевидно, пробился сквозь туман сна. Зейн сел, потирая лицо руками и бормоча что-то бессвязное.

— Здесь кто-то есть! — прошипела она. Затем понюхала воздух и немного расслабилась. — Это мистер Уайли! — прошептала она. Ладно, значит, шансы на то, что мистер Уайли пришел, убить их, довольно низки.

Зейн застонал.

— О, Боже. Прости. Оставайся здесь, я разберусь, — пробормотал он, быстро натянул боксерские шорты и направился на кухню.

Она выскользнула из постели и направилась в душ, когда ее