Караванщики Анвила (СИ) - Железняк Дмитрий

— Хм. Чувствую, что правило появилось совсем недавно?

— Да, — северянин мотнул головой. — Вождю слишком часто бросали вызов, он всех победил.

— А как же магические вещи и артефакты?

— Это мне ни к чему. Побрякушками никого не удивишь.

— Достойные цели, друг мой! — радостно воскликнул ветеран и подлил эля в пиалу Варвара. — Как думаешь, а голова дракона будет достаточным трофеем?

— Что? — железнобокий мгновенно оживился. — Я мечтаю убить эту тварь, но где же ее найти?

— В Сулифе, в Муфтараке живет мой старый знакомый охотник. Год назад он бывал в Эль-Эментале и рассказывал, что в горах появился черный дракон. Местные бедуины жаловались, что видели, как летающая тварь налету срывала когтями горных коз прямо со склонов. Кто-то даже рассказывал, что ящер воровал ночами пасущихся верблюдов.

— Ты должен показать мне этого охотника!

— Конечно-конечно, друг мой, — Эфит добродушно улыбался, обнажив белеющие зубы. — Я прошу лишь помочь мне в поиске одной вещицы. Как тебе известно, я состою в гильдии Хранителей, причем в достаточно низком ранге, который не позволяет мне владеть любимой женщиной.

— Ваши имперские обычаи мне противны. Женщину должен забрать тот, кто сильнее.

— О, поверь, тут я тебя полностью поддерживаю. Я придерживаюсь древних ашахитских традиций, соблюдать которые завещал сам Шеннаитх. По ним женщину вовсе полагается купить, хотя не у всех хватает для этого средств…

Шеннаитх — покровитель беспрекословного подчинения законам, регулируемой торговли, ремесленников и благополучия городов. Его культ получил широкое распространение в Ошиоссе и Ашахите. В Таморе всегда считался нейтральным божеством, потому поклонение ему никогда не ограничивалось. Символом Шеннаитха служили весы, на противоположных чашах которых расположены свернутый пергамент и горсть золотых монет, что олицетворяло равновесие между законом и богатством.

Во время нахождения Ошиосса в составе Таморской Империи, культ Шеннаитха под влиянием таморской цивилизации изменил некоторые обряды и пару букв в названии божества, которое стали именовать на имперский манер «Меннаитом». А после этого и вовсе постепенно вытеснялся культом Эсмей.

В Ашахите султаны с удовольствием пользовались религией для укрепления собственной власти, называя себя визирями Великого Шеннаитха. Во многом такое широкое почитание связано с развитой морской торговлей, а также с фанатичным соблюдением древних традиций.

В Эриндане и Таморе Меннаиту нередко поклонялись торговцы, ремесленники и мещане. Гильдия Торговцев Раскоса, основанная в Эриндане, считает Меннаита собственным покровителем, что, к слову, благоприятно сказывается на торговых связях с Ашахитом, откуда активно импортируются специи, шелка и драгоценные камни. В кулуарах гильдии шепчутся, что Раскос, когда основывал гильдию, не особенно почитал Меннаита, но ради политических целей стал истово верующим, даже жертвовал средства на постройку храмов.

Так что за вещь тебе нужна? — Варвар бросил кость собакам, что лежали в тени у топчана.

— Тинтур полагает, что это древний артефакт. Сердце самого Кадира Блудного, бывшего кардинала ордена Рыцарей Меча, который ныне в виде нежити правит Сульфским Халифатом.

— Это тот самый Блудный Халиф? — железнобокий толкнул локтем замечтавшегося орка. — Не та ли великая нежить, что ты стремишься прикончить?

— Шалилун убивать нежить, — зеленоватый закивал головой. — Убивать во славу Горга.

Эфит поднял бровь и с сомнением поглядел на орка, что уже отвлекся на собак, деливших куриные остатки.

— Он вообще понимает что-то? — ветеран тыкнул пальцем в зеленоватого.

— Не знаю! А-ха-ха-ха, — Варвар громко заржал, не обращая внимания на смутившегося стража. — Ладно. Я помогу найти это твое сердце, а ты поможешь найти и убить дракона.

— Договорились, — Эфит протянул руку собеседнику. — Только наше соглашение должно остаться в тайне для остальных, — ветеран покосился на орка, что наполовину сполз с топчана и пытался отнять кость у рыжего кобеля.

— По поводу здоровяка не бойся. Он не выдаст, — железнобокий протянул руку в ответ. — Когда разделаемся с Калдором?

— Не спеши. Я не уверен, что у него действительно что-то есть. К тому же, не ясно, как на это отреагируют другие. Лучше дождаться удобного момента, когда окажемся в пустыне… да и этот ящер его…

— Давно хочу отрубить ему голову, — Варвар крепко сжал кисть собеседника, но Эфит не смутился и тоже ответил крепким сжатием.

— Я заметил. Голова динозавра твоя, но пока не время. Тварь очень прыткая, да и хозяин ее столбом стоять не станет. На открытой местности биться с ними слишком опасно. Да и деревенщина может завопить о зле и добре. Не стоит рисковать, ведь черный дракон куда более притягательная добыча.

— Хорошо. Я подожду, — северянин отпустил руку стража и заставил того осушить целую пиалу эля, дабы закрепить договор.

Отдохнув в шатре, Калдор оставил питомца на охране, а сам намеревался поговорить с девушкой. К сожалению, волшебник и паломник к тому времени не вернулись, а их шатер охранялся молчаливым мамелюком.

Дрессировщик немного раздосадовался. Ничто его так не успокаивало, как звон новеньких монет в кошеле, а значит настало время их раздобыть. Захватив с собой бурдюк, наполненный пойлом огра, Калдор наведался в «Наследие Тамора».

— Приветствую, уважаемый, — дрессировщик радушно улыбался трактирщику. — Не хочешь ли приобрести наикрепчайший напиток. У местных он наверняка будет пользоваться популярностью, — парень потряс перед собой сосудом.

— И что это? — без особого энтузиазма ответил собеседник, протирая стойку.

— Эль настоящих огров!

Трактирщик скривил лицо и тяжело вздохнул.

— Если это хорошая штука, то выпей, — пустая пиала тут же оказалась на стойке. — Я не буду покупать невесть что.

Такой поворот оказался для Калдора неожиданным. Он в нерешительности смотрел на бурдюк.

— Пить собственный товар не в моих правилах, — скорпион улыбнулся и подошел к ближайшему столику, за которым уныло сидел местный забулдыга. — Но я докажу, что напиток качественный. Эй, уважаемый, — он плеснул из бурдюка в пиалу сидящего за столом, — отведай новый ассортимент. Настоящий эль огров!

Пьяница поднял на дрессировщика красные глаза, которые тут же наполнились благодарностью. Он что-то прохрипел, пытаясь выразить почтение и опрокинул содержимое в горло. Проглотив все одним глотком, забулдыга громко икнул.

— Вот видишь! — Калдор с довольным видом указывал рукой на испытуемого. — Я же говорил, что это не выпивка, а настоящее чудо. Отдам бурдюк всего за пять медяков. Но для тебя, уважаемый, есть специальное предложение, если возьмешь сразу две бочки, то цена всего восемь серебряных монет.

У дрессировщика в запасе еще имелось несколько приемчиков и фраз. Он почти не сомневался, что трактирщик купит отвратительное пойло, но испытуемый неожиданно захирел. Пьяницу вырвало кровью, перемешанной с остатками непереваренной лепешки, что тот съел меньше часа назад. После этого послышался громкий выход газов из заднего прохода бедолаги, а штаны окрасились кроваво-фекальными массами.

— Ой… — Калдор растерянно пожал плечами, когда обмякшее тело грохнуло на пол.

Посетители зажали носы, пытаясь укрыться от едких зловоний. Один из них подошел к упавшему и морщась проверил наличие дыхания. После поднялся и помотал головой.

— Убийца! — завопил во весь голос трактирщик.

— Душегуб! Стра-а-а-ажа! Ловите его! — поддержали посетители.

Растерянный Калдор поспешил наружу, но там его уже ожидали два мамелюка, что патрулировали улицу. Дрессировщик замер, держась за скимитар. Стражники опустили перед собой алебарды.

— Лучше не надо, — прохрипел один из стражей.

Скорпион никогда не сдается мамелюкам. Этот завет Калдор помнил с самой первой битвы, когда скрестил оружие с «черными стражами». Так называли мамелюков кочевники бедуины и члены банды Пустынных скорпионов. К тому же, задание практически выполнено и артефакт найден. Пусть атаман и велел идти вместе с караваном из-за соображений безопасности, но верный зверь и скимитар всегда служили надежно. Можно забирать сердце и уходить. Но для начала нужно сразить двоих стражников… а после еще добраться до шатра…