Браконьер 1 - Макс Вальтер

затем вспыхнула канонада очередей. Мы притихли, вслушиваясь в происходящее, это могло дать какое-то понимание. Пальба продлилась недолго, буквально минуту, а затем всё резко стихло.

— Как думаешь, кто победил? — спросил Колян.

— Даже думать об этом не хочу, — поморщился я.

— Наверное, наши, — продолжил рассуждать брат.

— Угу, поэтому мы сейчас в лесу шкеримся, — усмехнулся я.

— Эх, работу жалко, — вздохнул он.

— Чего? — покосился на него я. — Какую ещё работу?

— Ой, молчи уже, олень мазутный, — отмахнулся брат. — Мне вот даже объяснять тебе не хочется, потому что ты всё равно ничего не поймёшь. У нас уже всё на мази было.

— Рассказывай уже. Я же чувствую, что тебе похвалиться охота.

— Мы с пацанами программу одну замутили, для автоматизации производства. Там такая тема, что с помощью ноутбука можно целой линией управлять. И по факту тебе нужны только грузчики, чтобы засыпать сырьё и принимать готовую продукцию. После праздников уже встреча с покупателем была назначена.

— А разве такого ещё не было?

— Было, конечно. Но там в основном импортные, да и заточены под конкретные цели. Нашу можно адаптировать под любую конвейерную линию. Но мы выбрали за основу пищевую промышленность.

— И ты во всём этом шаришь?

— Ну, я только программное обеспечение создавал. Виталя у нас за автоматику отвечал, релюшки там, датчики, сканеры. А Ванёк покупателя нашёл.

— И сколько вы бы подняли? — всё ещё оставаясь скептически настроенным, спросил я.

— Там всё намного сложнее, — отмахнулся брат. — Нам не столько продажа была важна, сколько деньги на развитие.

— М-м-м, ясно.

— Дурак ты, — впрочем, беззлобно отозвался Колян. — Человек, с которым мы должны были встретиться, был готов вложить в наш проект пятьдесят миллионов.

Я аж обернулся услышав эту цифру.

— Это шутка такая?

— Нет, всё более чем серьёзно. В России мы были бы одними из первых в данном направлении. Это тебе не приложения клепать.

— Ладно, — не стал спорить я. — Может, я и действительно чего-то не понимаю.

— Да теперь всё это уже неважно, — угрюмо произнёс Колян.

— Светает вроде, — бросив взгляд на небо, сказал я. — Пора выбираться.

— Куда?

— Для начала — в город. Попробуем припасы собрать, тачкой обзавестись. А там уже решим.

— Я предлагаю…

— Да понял я уже про твою область. Не уверен я, понимаешь? Узнать бы наверняка: что там происходит? А соваться на авось — как бы только хуже не стало.

— Например?

— Например, мобилизуют и бросят на передовую. Как думаешь, много у тебя шансов выжить в открытом бою?

— И зачем им это?

— За мясом, — огрызнулся я. — Всё, поднимай кардан — валим.

Предрассветные сумерки уже вовсю завладели миром. Природа медленно просыпалась, наполняя лес щебетанием птиц. А вместе с ними пробудились и проклятые комары. У меня уже зудело всё, что только могло, а непрерывное жужжание над ухом бесило так, что я не мог сосредоточиться. Но основная сложность заключалась в том, что мы заблудились.

Ворвавшись ночью в лесной массив, мы пёрли в чащу, не разбирая дороги. А теперь просто не могли понять, в каком направлении нужно двигаться. Да, существует мох на деревьях, который растёт только с северной стороны, но нам, людям, никак не связанным с лесом, это только мешало. Ну вот что делать: идти точно на север? А куда нас это приведёт? Вдруг этот самый север уходит так далеко в чащу, что нас там ни с одним вертолётом не найдут? А в какой стороне света город?

Все деревья похожи друг на друга, как братья-близнецы. Поляны тоже мало чем отличаются. А впереди даже близко просвета не видно. И если раньше можно было сориентироваться по шуму машин, то сейчас кроме комариного писка вообще ничего не слышно.

Спустя два часа блужданий я опустился на землю и принялся соображать. Колян молчал и, судя по его виду, чувствовал себя очень хреново. Лицо бледное, при любом движении шеи морщится так, будто ему туда горсть битого стекла закинули. Полотенце, которое он завязал на манер шарфа, промокло от пота, и ничего хорошего это не сулило.

— Дай посмотреть. — Я потянул руки к повязке.

— Отвали, — отстранился он.

— Да что ты за человек-то такой⁈ — возмутился я. — Дай гляну! Вдруг там воспаление началось?

— И что ты сделаешь? У тебя таблетки есть или что?

— Знать буду, что их нужно искать.

— Да я тебе и так скажу, что они пригодятся.

— Да в чём сложность-то?

— Не хочу опять кровь останавливать. Доберёмся до города — посмотришь. Пусть пока так, не нужно беспокоить.

— Как хочешь, — отмахнулся я.

— Нам туда надо, — махнул рукой брат.

— Почему?

— Потому что там северо-восток.

— Ну и?

— Вот смотри. — Колян опустился рядом, расчистил землю от прелой листвы и, взяв палочку, принялся рисовать. — Мы ехали вот по этой трассе, так?

— Ну.

— Она ведёт на юг. Потом мы свернули сюда и вошли в крайний правый дом. Значит, в лес мы забежали с этой стороны.

— Хочешь сказать, мы всё это время шли в другую сторону?

— Не совсем, ты только недавно косить начал.

— А чё ты раньше-то молчал⁈

— Я думал, ты знаешь, что делаешь. Правильно же шли.

— Чудила на букву «м», — выругался я. — Ну давай, веди, Сусанин.

Нет, я не был против того, чтобы Колян стал мозгом в нашем выживании. Похоже, у него это неплохо получается. Я без труда возьму на себя роль силы, тем более что такое разделение у нас было всегда. В конце концов, никто не заставляет меня всегда и во всём с ним соглашаться.

Спустя час блужданий по лесу мои мысли уже текли в другом направлении. Постоянно казалось, что мы идём не туда, и хотелось вкрутить своё мнение по поводу, но я сдерживался. Его план и схема, нарисованная на земле, выглядели логично. Принять это мешало то, что лес с каждым метром становился всё менее проходимым. А вскоре мы влезли в такой бурелом, что некуда было ногу поставить без риска её не сломать.

Я уже готовился разразиться матерной тирадой и высказать юному «гению» всё, что о нём