Requiem - Евгений Аллес

Дакате это не понравилось. Он прекрасно знал, что задания могут быть уникальными. Получается, ему оно может и не выдаться. Барон его обманул, нет у него информации. Захотелось его прибить. Но Даката сдержался, пачкать совесть ради ублюдка. Вместо этого он выглянул из комнаты. В коридоре его уже ждали. Семь игроков стояли и заметив его заулыбались. Двое из них подняли отрубленные головы девушек. Дакату пробил озноб и сразу затошнило. Он захлопнул дверь и прижался к ней.

— Выходи, мы не больно убьем, — услышал он выкрики.

Даката быстро осмотрел чем можно подпереть дверь. На их с Бароном счастья, возле двери стоял комод. Он крикнул Барону, чтобы тот ему помог. Барон остался сидеть на месте.

— Да помоги ты, а то нас убьют, — взревел Даката на него. Он уже слышал, как в их строну, звучат шаги. Мясники, явно решили с ними поиграть. Заставить бояться.

Барон остался на своем месте. Только выпучил глаза от страха еще больше.

— Мы умрем, умрем, — тихо запищал он.

Даката про себя подумал, что умирать не намерен. Посмотрел на окно, увидел решётку. Через окно выбраться не было возможности. Подскочил к Барону и схватил за воротник.

— Вставай, — Скомандовал он и потащил тушу к выходу. Рывком открыл дверь и вытолкнул Барона. Выскочил за ним следом и прикрылся как щитом.

— Он вам нужен? Да! — обратился он к мясникам. Те не ответили, только еще злорадней за улыбались. Один показал, сначала на Барона, затем на Дакату. И провел пальцем по шеи. Показывая, смерть им обоим.

Даката лихорадочно начел думать, что им делать. Не придумав не чего лучше, он толкнул на них Барона и рванул по коридору. Добежал до последней двери и рванул на себя. За ней был обеденный зал. По центру, как принято, стоял огромный дубовый стол. У стены камин. Над ним щит и два меча. Слишком предсказуемо, успел подумать Даката. Он подбежал к следящей двери, точно зная, за ней кухня. Забежал в помещение. На него сразу же уставилось с десяток игроков. Повара и помощники поваров, служанки и другая прислуга замка.

— Спасайтесь, убийцы, — прокричал Даката и рванул к другой двери. За ней оказалась кладовка. Даката выругался и помчался к другой двери. Игроки остались стоять на своих местах, смотря в след умалишённому.

Даката снова оказался в коридоре. Тупой замок, одни лабиринты, подумал он. Заскочил в первую попавшеюся дверь. Снова комната, только на этот раз, для обслуги. Не такая красивая, и не на столько дорого обставлена. Вместо одно большой кровати, четыре одноместные койки, по углам. Подскочил к окну. На этот раз решётки не было.

«Правильно тут и воровать не чего», — подумал он про себя и открыл окно. Высота была не большой. Он спрыгнул, приземлившись на четвереньки. При этом, больно ударил колено и содрал кожу на руках. Вскочил, сделал шаг в перед, и чуть сразу не рухнул. Колено обожгло болью. Дал себе меньше минуты, чтобы свыкнуться с болью. За это время осмотрелся. Во круг была мгла. Еще один город, пал перед ней. Он находился с боку замка. Перед ним была стена. По его расчету, выход должен быть с права. Даката, медленно заковылял вдоль стены. Обошел ее и вышел к внутреннему двору. Увиденные привело его в шок. Куча трупов, все обезглавленные. Не которые без конечностей. У кого-то вспорот живот и вынуты кишки. Две девушки-игроки, еще живые. Их насиловало четверо мясников. Еще две стояло и подбадривало их, ожидая своей очередь. Все шесть мясников, были без масок. Их глаза были полностью черными. Мгла захватила их разум и душу. Девушки с застывшим ужасам на лицах, больше не сопротивлялись. Даката прикрасой понимал, что не может им помочь. Но одна мысль, что Карину могли так же. Приводила его в бешенство. Он вызвал меч и хотел выйти из укрытия. Встал на больную ногу. Ему пришлось прикусить губу, чтобы не вскрикнуть. С больной ногой, против шестерых. Ему точно не справиться. Обойти их не приставлялось возможным. Даката отошел назад и сел у стены. Зажал руками уши, чтобы не слышать их крики. Так он просидел до утра. Он не слышал, как, мясники которым надоело развлекаться, ушли. В себя он пришел от холода. Колена распухло и вибрировала болью. Кое как стал по стенки и попробовал сделать шаг. Колено плохо сгибалось. Прихрамывая, он вышел снова к двору. Девушки лежали с перерезанными горлами. Их глаза, наполненные ужасом, смотрели в небо. На котором собирались грозовые тучи. Первые капли упали им на лица, образуя подобие слез. Даката заставил себя не смотреть на них. Опустив глаза в землю, он покинул территорию замка. Город его встретил еще более мрачной картиной. Огромное количество трупов. Обезоруженные, с отрубленными конечностями и головами. Много столбов и деревьев были увешены внутренностями. Словно на Хэллоуин. Среди убитых были, как члены гильдии, так и скорбящие мясники. Значит им смогли дать отпор, и кто-то даже выжал. Дакате, не чего не оставалась, как покинуть город. Единственным верным решением было, дойти до Уве. Там отдохнуть пару дней и на поиски НПСи. С раненым коленом шел долго, приходилось часто останавливаться. Зайдя в деревню, он первым делам снял дом. Обошлось ему это не дешево. Только деньги сейчас не имели значение. После всего ему необходим был отдых. Упал на кровать пластом. Колено снова отдало болью. Но ему было все равно, он засыпал.

Ему приснился Барон. В руках, он держал свою голову. Его глаза были черными. Он зашел в его дом. Барон положил голову на стол и прошел к Дакате. Он начёл душить его. Голова закатила глаза в экстазе и высунула язык, бледно-синий с первыми признаками некроза.

Даката, проспал день и всю ночь. Иногда ему снились сны, полные трупов, крови и полных подробностей смертей. А иногда снов не было. Только пустота.

Проснулся он мало отдохнувшим. Колено перестало пульсировать болью. Но при ходьбе все еще болело. Пол дня, Даката, тупо лежал на кровати. К вечеру он открыл карту и нашел деревню Рюин. Идти было не близко, он решил дать себе еще время на отдых. Еще пару дней, и он отправиться в путь.

* * *

Меранию, куском за куском, поглощала тьма и мгла. В Деревнях и поселениях, больше было не безопасно. Подверженные тьме НПСи, сразу нападали на игроков. На лугах и полях, становилось все больше сильных монстров. Захваченные тьмой, они приставляли