Простить нельзя помиловать - Галина Владимировна Романова

за стол, щелкнул клавишей, монитор ожил. – Три с половиной года назад, в тот день, когда пропала невеста Полякова, он был на дежурстве. Правильно?

Она не отреагировала, уставилась за окно, представив его обозрению точеный профиль.

– Ты знала о том, что он работал в тот день? – спросил он, почувствовав легкое беспокойство. И с кивком произнес упавшим голосом: – Ты знала.

– Что с того? – не поворачиваясь, спросила она, глотая его кофе, как воду.

– Ты ушла в три с работы в тот день. Ты… Ты встречалась с ним? Мы были с тобой парой, а ты мне изменяла с ним?! – Он сам не заметил, как повысил голос.

– Нет, Федор. Я никогда не изменяла тебе. – Наконец-то она повернулась и глянула на него открыто и честно. – А в тот день я действительно уехала с работы в три. Еще засветло, до метели. И поехала к его отделу. И сидела там – в машине на парковке, как глупая школьница в надежде увидеть его.

– Увидела?

– Да.

– Полегчало?

– Нет. Он говорил по телефону с ней. Ругался сильно. И еще… Еще он кричал, что сейчас подъедет и со всем разберется.

– Даже так? – Он скрыл ликующий огонь в глазах, опустив голову. – А ведь он, скорее всего, поехал, Танюша. Поехал на встречу с ней. И после этого она пропала.

– Прекрати, – с обворожительной ленцой отмахнулась она от него, поставила пустую чашку возле кресла на пол. – Сейчас договоришься до того, что он ее убил, а тело утопил в заливе.

– Была зима. – Федор высоко поднял брови. – На заливе был лед.

– Нет, дорогой. В те дни мело, да. Но мороза почти не было. Сильный ветер и метели. Почти неделю. И льда на заливе еще не было. Так, немного совсем, у берега.

– Ты… Ты так говоришь об этом, словно… Словно все это помнишь, как будто это было вчера. – Его лицо потемнело. – Ты же не хочешь сказать, что видела его там.

– Нет. Я стояла на берегу какое-то время, после того, как вернулась из города. Просто стояла и тосковала. – Она вдруг впилась в его лицо взглядом. – Скажи, Нагорнов, ты сильно любил меня? Тогда, когда я тебя бросила? Ты сильно переживал?

Ее вопрос был неожиданным, он оказался к нему неподготовленным. И как-то выдал себя, замешкавшись с ответом. Может, губы дрогнули, может, в глазах что-то мелькнуло. Он выдал себя. И она все угадала.

– Даже так? – удивленно округлила она глаза. – Надо же… А я думала, что для тебя я очередная девчушка, с которой неплохо побарахтаться в койке. Прости.

– За что? – И голос оказался хриплым, не подыграв ему.

– За то, что сделала тебе больно.

Таня встала с кресла, заходила по кабинету. От стены к окнам. От окон, вокруг его стола, к двери. И так по кругу несколько раз. Ее ладони, сложенные ковшиком, упирались в подбородок. Словно она молилась. Словно молча выпрашивала у него прощения. Но это было не так. Он хорошо ее знал. И приблизительно догадывался, о чем она сейчас думает.

А думала она снова о Полякове.

– Мне кажется, я знаю, что хотела продать телевизионщикам несчастная женщина из таксопарка, – нарушил он тишину.

Чтобы она уж так сильно не погружалась в размышления. И так часто не останавливалась у двери, словно намереваясь сбежать.

– И что же? – тряхнула она головой, поднимая на него поплывший рассеянный взгляд.

– В тот вечер Поляков звонил ей. – Он выставил ладонь, когда она попыталась как-то возразить. – Это совершенно точно. Иван поднял свои связи. И ему удалось достать распечатки звонков той давности. Точнее, прошло три с половиной года, да. Но он нашел. Внушительный список. Так вот… В тот вечер Поляков звонил в таксопарк. В начале девятого вечера. Точнее, в восемь пятнадцать. Около девяти он вышел со службы. И его не было полтора часа. Дежурному он сказал, что ездил ужинать. И даже привез с собой пакет с какой-то едой. Тут возникает, конечно, резонный вопрос. Если ужинал, зачем еду с собой привез? Но это детали. Факт остается фактом: Поляков про тот вечер соврал следствию, которое велось тогда – три с половиной года назад.

– А зачем… – Таня замерла возле его стола с безвольно опущенными вдоль тела руками. – Зачем он звонил в таксопарк?

– Насколько удалось узнать Ивану из материалов старого дела: Поляков знал, каким именно такси всегда пользовалась его девушка. Скорее всего, он позвонил в службу такси, чтобы узнать, на какой маршрут его Маша вызвала машину. И…

– И поехал следом? – выдохнула Таня, усаживаясь на край его стола, так она всегда делала раньше. – И перехватил ее… И что-то между ними произошло. Они ссорились по телефону, я сама слышала. Господи! Господи, как ужасно!

Она смотрела на него раненым животным: нежным, беспомощным, нуждающимся в защите. Протяни руку, дотронься, послушай стук ее сердца и…

Ничего этого Федор делать не стал. Так глупо спугнуть удачу? Вместо этого он незаметно щелкнул мышкой, экран монитора ожил, а там…

– Кто это? – У нее побелели даже губы, когда она уставилась на фото их виртуальных детей.

– Это мальчик и девочка, – нараспев произнес Федор, незаметно подкатываясь в кресле к ней ближе. – Денис и Даурия.

– Имена какие. – Татьяна судорожно сглотнула и, протянув руку, дотронулась кончиком пальца до фотографии детей. – Подходящие… Красивые дети. Очень! Чьи они?

Все, это был самый удачный момент. Если он сейчас им не воспользуется… Второго шанса может и не быть.

– Это наши с тобой дети, Танюша. Я тут случайно наткнулся на одну программу, предлагающую посмотреть, какими будут дети потенциальных родителей. Загрузил наши с тобой фотографии. И программа мне выдала эти фото. Неделю любуюсь! – приврал он, добавив сразу несколько дней. – Прости. Я идиот?

– Конечно! – возмутилась она, спрыгивая со стола и отбегая от него подальше. – Скажу больше: ты извращенец, Нагорнов!

Сейчас она должна будет уйти. Гневно хлопнуть дверью, с силой топая, не оборачиваясь. Но эти фото будет помнить. И мысль о том, какими могут быть их общие дети, Танюша будет долго полоскать в голове.

Как знать, как знать, может, это хоть как-то ему поможет. Заставит ее посмотреть на своего бывшего любовника другими глазами. А на своего настоящего – более пристально.

Федор не сказал ей главного. По информации, за которую Ивану пришлось много обещать, а Федору много платить, в вечер убийства диспетчера таксомоторного парка Ивановой телефон Полякова находился в непосредственной близости от ее дома. Он пока не рассказал об этом Татьяне. Надо было сначала проверить: не там ли у Полякова квартира, в