Млечный Путь, 21 век, No 3(44), 2023 - Леонид Шунар

модель не выпускалась без такого датчика, чтобы не уменьшать стоимость модели и не позволять конкурентам делать гувернеров и работников с преимуществами. Конечно, закон позволял роботу разгуливать без такого приемника, но недолго, датчик все равно ставился, в посему я тотчас подал заявку на преобразователь. С Эльтековым связь машины с человеком стала близкой, и так называемые помощники глубже понимали приказы и желания хозяина. Какими были роботы до изобретения вдумчивого инженера, никто не помнил. Мало ли что там делали "железяки"- мусор носили, посуду мыли или вытирали пол, - в них не читали проблески душевности.

Робот стал полноценным атрибутом общества, к нему относились с той долей уважения, какая отдавалась уборщикам, няням и всем другим людям, кто еще работал в обслуживании. У меня же в университете некоторые преподаватели ушли на пенсию и пока искали новых, заменили их роботами. Загрузили программу лекций, семинаров, правильные ответы, мимику студентов: схожие со знающими и не знающими, материал. Отличить двоечника и отличника стало несложной задачей.

Я подал заявку на детектор (преобразователь) Эльтекова.

Лето закончилось и как бы между прочим осень подмешивала свежие краски в наш яркий мир. Робот помогал с уроками, носил рюкзак и следил за порядком в моей комнате. Иногда брал его на лекции записывать за лектором - мало ли, пропущу чего. На обеде и в перерывах отпускал на стоянку помощников. Вечером, на выходе- широком крыльце с мраморными ступеньками - он ждал с купленным заранее перекусом и проездным на автобус. В кассах и магазинах продавцы сканировали карту, выдаваемую роботам бесплатно, и открывали кредит, который переводили на счет хозяина. Фила я записал на себя в реестре с пометкой "Без ПЭ". Без преобразователя Эльтекова.

- Привет, Фил, - устало сказал я и передал ему рюкзак, полный тетрадей и учебников.

- Тебе следует с ней поговорить.

Фраза пригвоздила меня к месту.

- Не понял?

Робот вытянул руку и металлическим пальцем указал на девушку в осеннем пальто цвета опавших листьев. Среднего роста, с уложенными в пучок черными локонами и мягкими, будто вылепленными из податливой глины, чертами лица. Глаза смотрели под ноги, правая рука прижимала к груди папку с учебниками, левая деревянными взмахами качалась взад-вперед. Она промчалась мимо и часто моргала, словно в глаза попала соринка. Следом размашисто и строго, с силиконовыми подкладками на подошвах, шагал робот серии IR-100, неся вещи и созваниваясь с кем-то по встроенному в грудь телефону. Я долго смотрел им вслед и мысленно пытался оправдать себя перед Филом, но не придумал ничего лучше, чем промолчать.

- Ты часто задерживаешь на ней взгляд. Дольше обычного. Рот приоткрыт, зрачки сужаются, на лбу появляется испарина...

- Помолчи.

- Конечно.

- Мы знакомы, скрывать не буду. Учится в параллельной группе, Оля Потапова. Просто нравится. Устроит ответ?

- Конечно.

Мы пошли к остановке электробусов. Мимо проходили роботы и люди, снова роботы самых разных моделей и снова люди. Кто-то разговаривал по телефону, у кого-то говорил робот, но один старшекурсник тараторил в трубку и, перескакивая через две ступеньки, увлекся разговором настолько, что оступился и покатился вниз. Он остановился на первом пролете и, постанывая, поднялся. У него не было помощника. По какой причине, сказать трудно. На ремонте, еще не купил, мало ли? Но меня удивило другое: ни во время падения, ни после него, он так и не отнял от уха телефон.

***

Родители не прознали про Фила. Они ходили на работу, читали новости, молча кивали друг другу по утрам и кричали другу на друга вечером на кухне, когда им приходили счета за квартплату или хозяин квартиры лишний раз напоминал о повышении ренты. Жилищная очередь двигалась медленно, а нетерпение моих родителей ползло куда слабее.

Неподалеку от дома раскинулся хвойный лес с детской площадкой на входе, дикими тропами, живописными полянами и труднопроходимыми зарослями. Где-то там я и оставил Фила. Меж упавших деревьев, под густыми кронами смастерил своего рода домик, чтобы закрыть от непогоды. Утром я забирал его, и мы шли на учебу.

***

У входа в университет курили старшекурсники, кабинет ректора притесняли очереди из людей и роботов. Да, иногда ответ держали не только студенты. Так проще. Как с телефоном: записал ответ и отправил по сети, но нет, можно пойти дальше. Отправить механизм в магазин, на лекцию, даже к ректору. Или взять с собой, потому что модно, необычно, интересно.

Фил влезал повсюду. Пока я отвечал на семинаре по философии, он записывал видеофильм на высшей математике. В голове же крутились не занятия, а обрывки фраз родителей и глаза Оли. Ее походка, жесты, наполненные скованностью, когда появлялся я и одним своим видом пытался с ней заговорить. Так случилось после занятия. Не знаю, почему я решился, хотя в прошлый раз она ответила с небывалой сухостью, что у нее есть друг.

- Привет, рад тебя видеть.

- Привет, я спешу.

Мы шли по коридору. Наши роботы держались где-то поблизости.

- Хорошо выглядишь, - пытался поддержать разговор я, - как и всегда.

- Да, хорошо.

Она ускорила шаг и затерялась в толпе. Догонять не стал, просто стоял и смотрел, как она шла мимо толпы у входа в кафетерий. Растолкал студентов и увидел Фила. Он стоял у сломанного порога, разбитого то ли неуклюжим роботом, то ли нерадивым громилой, и предупреждал каждого, кто приближался к опасному месту: "Будьте внимательны, осторожно!" Подошла Оля со своим IR-100. Похоже, она его нашла-таки. Фил без промедления подал ей руку и провел через опасное место.

- Спасибо, не стоило, - смутилась девушка.

- Пожалуйста. Сергей сделал бы то же самое.

Глаза Оли расширились. Среди галдевшей толпы она стала искать меня и тотчас нашла, но между ней и Филом влез IR-100.

- Прошу тебя пройти в ремонт, ты становишься ничейным.

- Арни, перестань, - сказала Оля.

Но Арни не отступал. Он повторял одно и то же, а студенты кричали и махали руками, словно были на футбольном матче. Я растолкал галдящих и схватил Фила за руку, потянул на себя. Робот поддался, но не повернул ко мне голову. И вдруг я понял: он смотрел не на соперника, а на Олю. Не просто смотрел, записывал.

- Разошлись, ну-ка, в стороны!

Студенты расступились и появился высокий, широкий робот-охранник в синем костюме.

- Ремонтники вызваны, прошу разойтись!

Один раз я обернулся и понял, что нас запомнили. Уже на улице обнаружил на груди Фила нарисованный маркером красный крест.