Аллея ловушек - Таня Фоозен

– Что теперь будет? – спросил Робин.

– Магистры сообщат нам, когда расследования по твоему пону завершатся, – ответил отец. – А до той поры нужно ждать. Сейчас от нас мало что зависит.

– А Мортимера магистры будут допрашивать? – подала голос Юна. – Судя по намёкам госпожи Боне, на Аллее горькой сладости кто-то использует аппарильо в преступных целях – и на Мортимера не могут не падать подозрения.

– Против него пока нет никаких улик, – заметил господин Цукерхут. – К тому же магистры, кажется, о нём высокого мнения.

– Вы же слышали, что я сказал госпоже Боне! – воскликнул Робин. – Есть улики или нет, но Мортимер что-то замышляет. Мы с Элиной и Чарли предполагаем, что ему что-то нужно от господина Шноттера.

– Может, он специально схалтурил с твоим поном, чтобы вам снова потребовалось отправиться с господином Шноттером на аллею, – сказала Юна.

– То есть Мортимер так подстраховался, – подхватила её идею Элина. – Возможно, он сразу понимал, что, несмотря на уговор, господин Шноттер не расскажет ему того, что он так хочет знать.

– В конце концов он не стал ждать нового визита господина Шноттера и похитил его, – заключила Чарли.

– А теперь успокойтесь, – сказала госпожа Цукерхут. – Даже если ваша теория звучит логично, это серьёзные обвинения.

Элина подумала о том, каким разъярённым и страшным может быть Мортимер. Нет, это не просто теория!

– Этот второй магистр, – осмелилась продолжить она, – у него фамилия Алдрич, как у Вивьен… и он даже защищал Мортимера. Может, он тоже с ними заодно?

– Дело в том, – начал господин Цукерхут, – что Эдвард Алдрич – отец Вивьен. Понимаю, вас это известие шокирует, но мы это знали. Он, конечно, не выносит нашу семью, но он один из магистров и верен договору Пико.

– Не понимаю, – сказала Пенелопа. – Вы что, знакомы с Алдричами?

– Значит, вы знали и Вивьен? – прибавил Робин.

Элину раздирали непонятные чувства. Тогда, в Музее конфетных искусств, госпожа Боне намекала на это.

– Сейчас это не имеет никакого значения, – уверенно сказала госпожа Цукерхут. – Нам нужно сосредоточиться на более важных вещах.

– Что? Нет! – запротестовал Робин.

– Скажите нам правду! – потребовал Артур.

– Что происходило в те времена? – хотела знать Юна.

– Почему вы больше ничего не рассказываете? – спросила Пенелопа.

Чарли с Элиной молчали. Они обе, не сговариваясь, придерживались единого мнения: вся эта история очень запутанная. И хотя Элину тоже так и подмывало расспросить об отношениях Цукерхутов с Алдричами, она понимала, что вмешиваться не стоит.

– Об этом мы говорить не будем, не сегодня, – повторила госпожа Цукерхут.

– Когда-нибудь в другой раз… – начал было господин Цукерхут, но так и не закончил начатой фразы. – Ваша мама приняла решение, дети, и я с ней абсолютно согласен.

– Класс! – буркнул Робин. – У вас так много секретов от нас!

– Просто для каких-то вещей вы ещё слишком малы, – категорично сказала госпожа Цукерхут. – Но сейчас неспокойные времена. После нападения Вивьен Алдрич мы хотим, чтобы наша семья и Элина с Чарли впредь были в безопасности. Мы должны держаться сообща и доверять друг другу. Сейчас это важнее, чем когда-либо.

– Как же мы можем вам доверять, если вы так много всего скрываете? – спросил Робин.

– Иногда доверие именно в этом и состоит, – добродушно заметила госпожа Цукерхут. – Ты веришь, что человек, которого любишь, поступает правильно, даже если знаешь не всё.

Элина почувствовала, как сидевший рядом Робин напрягся. Она сжала его руку.

– Для начала важно, чтобы вы смогли защитить себя, если кто-то из вас попадёт в опасную ситуацию, – сказала госпожа Цукерхут. Она кивнула мужу, после чего он встал и вышел из комнаты. – В последнее время мы работали над рецептом одной сладости для экстренных ситуаций, и сейчас он готов.

– Сладость для экстренных ситуаций? – переспросил Робин. – Для нас?

– Разумеется, прежде всего нашими магическими сладостями мы должны помогать другим, но можем пользоваться ими и сами, если это для доброго дела, – объяснила она. – А эта сладость специально задумана для нашей защиты. Поэтому мне бы хотелось, чтобы вы всегда держали её при себе.

– Мы назвали эту жевательную конфету «Чудесным вихрем», – с гордостью сказал господин Цукерхут. Он только что вернулся в комнату. Элина с любопытством разглядывала большой тканевый мешок, который он держал высоко на вытянутых руках. – Одной штучки достаточно, чтобы вихрем перенести вас в ближайшее безопасное место, куда никто с дурными намерениями не сможет последовать за вами. Лучше сразу прихватите с собой.

Отец Робина развязал верёвку и раздал всем по прозрачному кулёчку. Когда подошла очередь Элины, она принялась рассматривать жевательные конфеты с волнистой поверхностью в форме крошечного торнадо. Вот это да! Красный цвет и золотые крапинки делали их похожими на светодиодные свечи, у которых в стеклянных колбах в сказочном водовороте кружатся блёстки.

– Вот если бы что-то подобное было у господина Шноттера! – грустно сказала Элина. Возможно, тогда он сумел бы спастись от своего похитителя…

– Мы должны его найти! – воскликнул Робин. – Пожалуйста!

– У него наверняка большие неприятности, – добавила Чарли.

Родители Робина обменялись долгим взглядом, словно незаметно для других делились друг с другом мыслями. Элине с большим трудом далось дождаться их решения.

– Надеюсь, когда-нибудь мы тоже познакомимся с господином Шноттером, – сказала Юна, с сочувствием глядя на Чарли, Элину и Робина. – Я всегда считала его психом, но теперь-то мы знаем, что это не так.

– Он много значит для вас, да? – спросила Пенелопа.

– Да, много, – сказала Элина.

– Разных трюков у него в запасе явно больше, чем вы думаете, раз госпожа Боне уверена, что он в состоянии постоять за себя, – попытался утешить их Артур.

– Надеюсь, она права, – подавленно пробормотала Чарли.

Робин не сводил глаз с родителей:

– Скажите же что-нибудь! Прошу вас!

Господин и госпожа Цукерхут кивнули друг другу. Элина в надежде подвинулась на край дивана. Что же они решили?

– Мы не знаем, где сейчас господин Шноттер и действительно ли с ним что-то случилось, – сказала госпожа Цукерхут. – Но мы не хотим бросать его в беде. Поэтому я считаю правильным серьёзно поговорить с Мортимером. Магистры ему доверяют, но это не значит, что должны доверять и мы.

– Значит, мы отправимся на Аллею горькой сладости? – спросила Элина.

– Именно так, – подтвердил господин Цукерхут.

– Однако вы должны зарубить себе на носу: это не развлекательная прогулка, – строго сказала госпожа Цукерхут. – Госпожа Боне ясно дала понять, что там небезопасно. Но мы не хотим, чтобы вы, Робин, Элина и Чарли, предпринимали что-то самостоятельно. Если мы ничего не выясним о господине Шноттере, вы должны пообещать, что предоставите его поиски магистрам и будете сидеть тихо, понятно?

– Секундочку! – сказала Юна. – Почему только они