В спящем режиме - Сергей Вольнов

– Твою ма-ать… – упавшим голосом произнес я, воочию наблюдая за чудесной способностью попрыгуна к мимикрированию. Вот он был – и уже нет его.

Земля содрогнулась особенно сильно. Не удержав равновесия, я плюхнулся на пятую точку. Мимо проскочил мутаволчонок. Пора бы и мне бежать, ё-моё!

Вверху затрещало-заскрипело. Задрав голову, я увидел, как сломался ствол осины. Сломался и теперь падает на меня.

Вскочив, дал такого деру, что наверняка пятки засверкали. Я бежал, бежал, бежал… и нигде не видел Бороды.

Резко остановившись, восстанавливая дыхание, я быстро завертел головой, в надежде заметить проводника. Куда он мог подеваться?!

Темп земных судорог нарастал. Фактически земля под ногами безостановочно тряслась, как припадочный эпилептик. Сколько до Захвата?!

Ох уж этот Захват, очередной акт самоуглубления Трота! Вот так земля потрясется, подергается, а потом бац – и уровни опустятся, просядут. Первый на несколько дециметров, второй на несколько метров, третий уже на десяток-другой, четвертый еще больше, а на сколько просядет пятый, неведомо никому. Вот так, с нерегулярной периодичностью, когда раз в месяц, а когда и всего лишь раз в полгода, Недоад вгрызается в планету. И появляются новые вертикальные поверхности. Эта Зона не расширяется в стороны, зато она увеличивает площади стен-перепадов между кругами.

Осознав свое плачевное и беспомощное положение, ощутив себя никчемной пылинкой, целиком подвластной высшим силам, я набрал полную грудь воздуха и заорал:

– Борода-а-а-а-а!!!!!!

– Ш-ш-ш! Тихо ты, – шикнул проводник, высовываясь из-за широченного, но тоже исправно склонившегося к северу ствола ближайшего дерева. – Я ждал тебя.

– М-м-м-м-м! – мычал я. Когда рот зажат рукой, иначе и не получится.

– Не фиг истерить, – предупредил Борода, убирая руку от моего рта. Я с трудом расслышал его, гудение и треск нарастали с каждой секундой.

– Укрытие, ты нашел укрытие? – одновременно с надеждой и страхом в голосе спросил я.

– Да, – уверенно ответил проводник. – Но есть одна проблема.

– Какая?..

– На моих глазах в укрытие только что влезли двое инферновцев, – пояснил Борода.

«Зона Инферно». В рунете об этой группировке упоминалось едва ли не чаще всего. Уж не знаю, почему именно «инферновцы» пользовались такой популярностью у всех, кто в теме. То ли из-за их броской идеологической установки: «Трот есть преддверие Ада», то ли воображение обывателей поражалось их снарягой и логотипом – черно-красно-оранжевые цвета экипировки и человеческий череп с рогами соответственно.

Большинство сходилось во мнении, что это просто секта религиозных фанатиков. Сатанисты зонного разлива. Кто знает… Лично я тоже склонен был принять это объяснение. Бесчеловечность и сдвиг на почве религии, вполне достаточно. Но за несколько суток в Зоне я понял, что «бесчеловечность» здесь точно не порок, а средство эволюционного выживания.

– Они сильно похожи на тех инферновцев, о которых пишут в книгах и публикуют статьи в Интернете? – поинтересовался я.

– Так… – Борода пожал плечами. – И похожи, и нет. Скажу одно: инферновцы точно фанатики. Им ни до чего нет дела, кроме их заморочек, а если что, пристрелят без понтов.

– Не особо они отличаются от других, если так… Что будем делать?

– Что-что! – передразнил проводник. – Лезем в укрытие. Лучше уж в одном укрытии с инферновцами, чем попасть в Захват и улететь в эпицентр.

Логично. Я знал, что любого, кто не зацепится или не спрячется, может подхватить и унести куда-то в центр Зоны. Безвозвратно. Все унесенное исчезает бесследно. В пятом круге побывало очень немного людей, но куч трупов и завалов древесины они там не видели, точно… В натуре, какой-то биомагнит включается и тянет, тянет… Сопровождался бы Захват атмосферным катаклизмом, хоть как-то можно было бы понять, но поднявшийся ветер, хоть и неслабый, никак не тянет на ураган.

Получается, еще одна позиция в списке необъяснимостей. Когда Трот углубляется, все живое тянется к эпицентру, в прямом или переносном смыслах. Я, правда, никак не ощущаю, чтобы меня тянуло, но вроде сам момент Захвата еще не наступил…

Борода шел первым, я – ведомым на подстраховке с тыла.

Укрытием оказалась дыра в склоне очередного холмика. Влезая в нее, я посмотрел на небо. Скопление туч над центром превратилось в массу однородного цвета. От краев скопления падали тонкие белесые нити тумана. Это что? Неведомая сила пытается даже облака засосать в эпицентр? Наверное, скоро и до ураганного ветра дойдет, когда вся эта масса ухнет вниз…

Пол норы резко уводил вниз. Чем дальше мы шли, тем сильнее пахло сыростью и плесенью и тем ярче светили сталактиты. Это оказалась самая настоящая карстовая пещера. Снова толчок, и снова. С потолка сыпались камушки и пыль. Странно, почему необходимо прятаться под поверхностью, если эта самая земля норовит… Да, наверняка, опасность быть утянутым в момент Захвата пересиливает страх быть заваленным в подземелье.

– Быстрее! – крикнул Борода и побежал вперед.

Я за ним, след в след.

– Не стреляйте! – крикнул проводник, почти добежав до места, где пещера резко расширялась. – Мы люди!

– Да ну! Какая сенсация! – раздался ироничный голос из темноты. – Бросай ствол и подходи с поднятыми руками!

– И чтоб без фокусов, слышь! – добавил второй голос. Испуганный.

– Нас двое! – предупредил Борода. – Прошу вас, не стреляйте! Дайте переждать Захват.

– Они послушают? – шепотом спросил я.

– Надеюсь… – не совсем уверенно ответил проводник. – Главное, не дергайся и не спорь с ними.

Мы с поднятыми руками подошли к большому сталактиту, висящему посредине расширения. Со стороны «инферновцев» никаких ответных действий или хотя бы комментариев не последовало. Среди грохота и гула мне послышался шепот. Может, показалось?

Из темноты в углу к нашим ногам вылетели гвозди. Четыре штуки.

– Берите по одному в каждую руку и держите так, чтобы мы их видели! – сказал «инферновец». Тот, чей голос был испуганным.

– Блин, мы не имитаторы! Смотрите! У нас оружие! – Борода распахнул куртку, показывая закрепленную на поясе кобуру.

Раздался выстрел. Мы инстинктивно пригнулись.

– А ну делайте, что говорю! В следующий раз выстрелю в башку! – вновь приказал испуганный «инферновец». Голос его дрожал. Совсем разнервничался, придурок.

– Ладно-ладно. Не кипятитесь, – миролюбиво сказал Борода и взял в руки по гвоздю. Я сделал то же самое.

С гвоздями в руках мы простояли не меньше минуты. Ё-моё, чистый цирк, ну вообще.

– Всё, бросайте гвозди и отходите назад, – с облегчением сказал «инферновец».

Когда мы отошли, я шепотом спросил у Бороды:

– А зачем гвозди, если имитаторы не носят оружия?

– Всякое бывает. Имитаторы твари хитрые. Могут и муляж оружия с собой таскать, – ответил проводник, снимая рюкзак.

– Но они могли нас попросить поклацать затворами, разобрать оружие, в конце концов…

– Хрен их знает. У сатанистов свои причуды…

Гудение скачкообразно усилилось. В моей голове тотчас возникла тупая боль, словно по макушке стукнуло дубинкой.

– Зах-хват… – прокряхтел проводник. – Готовься к неприятным ощущениям…

И они не заставили себя ждать. Виски сдавило, зубы заныли, кости заломило, из носа хлынула кровь. Поврежденная мутаволком рука начала болезненно пульсировать.

Сказать, что мне сделалось хреново, – не сказать ничего. Я всем телом ощутил страшное давление, словно на мне остановился танк. Неудивительно, что немедленно сполз на пол и распластался лягушкой.

Скосив глаза вправо, глянул на проводника. Тот сидел, жутко гримасничая от боли. «Инферновцев» я толком не рассмотрел, различил лишь их силуэты. Они тоже сидели, привалившись спинами к стене.

А наверху бушевал Захват. Никто из людей достоверно не знал, что именно происходит на поверхности в периоды тотального буйства неизвестных, предположительно инопланетных, энергий. Официальная версия: чуждые силы избирательно затягивают в эпицентральный Колодец объекты, обладающие жизнью. Если кому-то из людей не повезло лежать, сидеть, идти, стоять на поверхности в момент углубления – такой человек тоже имел шанс быть захваченным.

Поэтому желающих добровольно остаться во время Захвата на открытом воздухе обычно не находилось. Разве что кому совсем жить надоедало. Но кандидаты в самоубийцы вовсе не обязательно оказывались в числе избранных, утащенных в центр. Принцип, по которому человек, мутант или отломанное-выкорчеванное растение утаскивались туда, оставался неизвестным. Все попытки вывести закономерность провалились. Любой, кто не успевал добраться в убежище и спрятаться, – мог уцелеть. Но точно так же – мог и пропасть.

Представляя бушевавший наверху хаос, я ощущал сильнейшее головокружение. Пол и потолок поменялись местами, в глазах забегали белые искры в компании с черными пятнами. Вдруг я понял, что не чувствую своего тела, а потом внезапно ощутил холод и сырость на лице. Нос заложило. Чтобы не задохнуться, открыл рот, жадно хапнул воздуха и… провалился в небытие.