Медовые поцелуи - Люси Монро

– Ты считаешь, что у меня соблазнительное тело?

Он считал его таковым еще до того, как она поменяла имидж?

– Да.

– Кто бы мог подумать. – Она всегда считала, что совсем не похожа на тех женщин, которые могли бы ему понравиться.

– Так ты идешь со мной в душ?

– А вдруг ты не найдешь меня соблазнительной, если будешь пристально разглядывать?

Его смех развеял все ее сомнения.

– Этого не случится.

Она тихо вскрикнула, когда он снова схватил ее в охапку и прижал к своей груди.

Взгляд Амира сказал ей больше, чем тысяча слов.

– Иногда мне кажется, что ты родом из далекого прошлого. По крайней мере, на современную девушку ты совершенно не похожа.

– Я и чувствую себя несовременной.

Он подхватил ее на руки и понес в ванную. Она окинула взглядом роскошный интерьер.

– Это место совсем не похоже на ванную комнату для мужчин, увлекающихся охотой.

– Мой прадедушка любил нежиться в комфорте. И его жена тоже.

– Он брал ее охотиться с собой?

– У них для того времени был необычный брак. Они очень любили друг друга.

– И у него не было любовниц?

– В королевской семье Зорха всегда практиковалась моногамия, Грейс.

– Это замечательно.

– Так уж повелось.

– И ты никогда не изменял своим подружкам?

Странное выражение промелькнуло на его лице.

– Не совсем.

– Что? – встревожено спросила она.

Он не должен был говорить ей, что он – обманщик. Она не поверила бы ему. Она его знала.

– Каждая женщина, с которой я был близок последние пять лет, была бледным подобием тебя, моя Грейс.

– Что? Не может быть.

– Именно так оно и было.

– Но… – Она не знала, что сказать.

– Я сошелся с Тизой лишь потому, что мое влечение к тебе стало невыносимым и я старался меньше бывать в офисе.

Это признание потрясло ее.

– Ты смеешься надо мной!

– Уверяю тебя, нет. Мне было очень нелегко.

– Но ты никогда ничего не говорил. Почему ты даже не попытался поднять эту тему в разговоре?

– И не попытался соблазнить тебя?

– Да.

– Я не хотел тебя терять.

Ее брови сдвинулись на переносице.

– Почему же ты думаешь, что потерял бы меня?

– Мои любовные связи никогда не длились долго, и однажды мы перестали бы быть любовниками. И тогда ты ушла бы от меня.

Он был прав. Она ушла бы.

– Но почему наши отношения закончились бы?

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Он не отвечал, только покачал головой.

– Амир?

– Я бы не хотел сейчас разговаривать на эту тему.

– Ты хотел бы принять со мной ванну.

– Да.

– И, должно быть, тебе уже тяжело держать меня на руках.

– Я бы хотел носить тебя на руках еще и еще.

– Ты сказал такие прекрасные слова.

– А что, если я скажу тебе, что хочу увидеть тебя обнаженной? Эти слова тоже будут прекрасными?

– Я не знаю, но от них меня бросило в дрожь.

– Дрожь – это хорошо.

Он медленно опустил ее на мраморным пол, тесно прижимая к себе.

– Позволь мне снять с тебя одежду.

– Меня никогда никто не раздевал… по крайней мере, насколько я помню. – Она очень рано научилась быть самостоятельной.

– Есть еще многое, что ты никогда не делала, мой котенок, и мы займемся этим ночью. – Он дотронулся пальцем до ее верхней пуговицы. – Позволишь?

– Да.

Он начал расстегивать ее кофточку, слегка касаясь обнаженной кожи, и по телу Грейс прошел холодок. Ощущение его теплых рук на той части тела, которая всегда была интимной, пронзило ее насквозь.

– Амир, – выдохнула она тихо. – Пожалуйста, Амир.

– Что ты хочешь, котенок? Скажи мне.

– Я не знаю.

– Зато знаю я. – Сказав это, он отбросил ее кофточку в сторону, затем протянул руку ей за спину и расстегнул бюстгальтер.

Бретельки соскользнули с ее плеч, а чашечки упали, обнажив соски. Они напряглись и стали твердыми.

– Я…

– Что?

– Я не знаю.

Его смех был тихим и триумфальным.

– Тогда просто наслаждайся, моя Грейс.

– Да…

Он легонько сжал ее груди, и она содрогнулась.

– Наслаждайся моими прикосновениями, котенок.

– Это так замечательно, – простонала она.

– Мы только начали.

– Я не вынесу.

– Уверяю тебя, вынесешь.

Он улыбнулся, а потом поцеловал ее. Это был не долгий и не страстный поцелуй, это было, скорее, обещание. Амир погладил ее обнаженную кожу.

– Ты изумительно сложена.

Она не могла говорить, поэтому даже и не пыталась.

Амир расстегнул ее юбку, позволив ей упасть на пол, и она осталась в одних чулках.

Он отступил назад и стал просто смотреть, и она никогда не видела такое выражение в его глазах. В них сквозило какое-то невероятно сильное и яркое чувство.

– Амир? – она прикрыла грудь руками.

Он нагнулся вперед и отвел ее руки в стороны, чтобы снова любоваться ее наготой.

– Пожалуйста… Позволь мне посмотреть. Ты так прекрасна.

– Во мне нет ничего особенного.

Но он лишь покачал головой.

– Поверь мне, ты очень красива. Возможно, было время, когда я думал, что ты – такая же, как все, но тело мое всегда осознавало твою уникальность. Мозг мой, в конце концов, тоже понял это.

– Но принцесса Лина – вот истинная Венера.

– Она вышла замуж за другого мужчину, и я очень рад за нее. Ты элегантна, очень сексуальна, у тебя ноги модели, а тело заставляет мою кровь кипеть. – Уже подмеченное ею выражение голода снова возникло в его глазах. – Ты – воплощение всех моих желаний, котенок.

Если бы она его не знала, то подумала бы, что он пытается объясниться ей в любви.

– Ты действительно так считаешь? – прошептала она.

– Я никогда не лгал тебе, моя Грейс.

– Да, я знаю. Ты скрывал от меня лишь то, что хотел меня.

– Но ведь ты была так не похожа на других женщин. Ты никогда не смотрела на меня ниже пояса.

До нее не сразу дошел смысл его слов.

– Я умерла бы от стыда, если бы ты заметил, что я смотрю на твою нижнюю часть.

– Заметь, я буду рад, если ты посмотришь на нее сейчас.

И она посмотрела. О боже… Его возбуждение было очевидно. Неудивительно, что она почувствовала его сквозь несколько слоев одежды еще тогда, в «хаммере».

– Хочешь посмотреть? – спросил он. Она не собиралась дразнить его.

– Да.

– Тогда смотри.

Он скинул рубашку, а затем рывком избавился от белья, и перед Грейс предстало совершенное мужское тело.

– Тебе нравится? – с гордостью спросил он.

– Очень… – Ей пришлось прокашляться. – Очень нравится.

– А теперь мы разденем тебя до конца.

– Хорошо.

Он присел и, поставив ее ногу к себе на колено, снял с нее туфельку. Грейс пришлось держаться за его плечо, чтобы не упасть. Кожа его была горячей и гладкой.

Он потянулся вперед и поцеловал ее живот – чуть ниже пупка. Она издала звук, который ей самой показался незнакомым.