Медовые поцелуи - Люси Монро

– Ты угадала.

Когда они снова ехали по дороге, она спросила:

– Куда мы едем?

– Куда скажешь, Грейс.

Она рассмеялась.

– Я не люблю сюрпризы.

Он искоса посмотрел на нее.

– Но ведь твое желание выделиться из толпы – новое в тебе. И мне оно нравится.

– Мне кажется, я пересилила свою застенчивость, когда начала работать у тебя. Ты всегда был заметной личностью.

– А так как ты работаешь со мной, ты тоже должна стать такой.

– Нет. Люди обращают на меня внимание только тогда, когда я нахожусь рядом с тобой.

Они оба улыбнулись.

– Мы вместе – хорошая команда, Грейс. Именно об этом она всегда и мечтала, но в этот миг она поняла, что представления о том, что такое команда, у них совершенно разные.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

– Так куда мы едем?

С легкой ухмылкой он качнул головой.

– А ты тоже упорная.

– Это одно из моих самых подкупающих качеств. А теперь – отвечай на вопрос.

– Мы отправляемся в пустыню. Как видишь. – В этот момент они свернули с главной дороги и поехали по песку, к возвышающимся вдалеке холмам.

– А куда именно?

– В то место, где мы сможем побыть одни.

– Ты везешь меня на свидание? Здесь, в Зорхе?

– Что касается моей семьи, они думают, что мы отправились в деловую поездку. Ведь ты мой личный помощник, поэтому не возникнет никаких вопросов.

– Ты солгал своему отцу? – спросила она обескуражено.

– Нет, конечно, нет. Я просто предоставил ему возможность сделать собственные заключения. На самом деле он и не спрашивал меня, когда узнал о том, что я собираюсь отсутствовать три дня.

– Три дня? – Целых три дня будут принадлежать только им.

– Да.

– И тебя это не беспокоит?

– А почему меня это должно беспокоить? – спросил он вместо ответа на ее вопрос.

– Я волнуюсь, что отец разгневается на тебя.

– Потому что ты невинна и находишься под покровительством моей семьи?

– Да, как бы старомодно это ни звучало.

– Возможно. Я рискую.

– Но разве мы не могли дождаться возвращения в Нью-Йорк?

– Я не желаю больше ждать.

И она тоже не желала. Но она также не хотела, чтобы родители заставили его жениться на ней в приступе гнева.

– Не уверена, что это хорошая идея.

«Хаммер» остановился. Прямо здесь, в бесплодной пустыне, посреди бескрайнего песка. Амир перебрался с места водителя на пассажирское сиденье.

– Иди сюда.

Она смотрела на него, не отрывая глаз, чувствуя себя кроликом перед грозным удавом.

– Я… я…

Он протянул к ней руку.

– Иди сюда, Грейс. Скорее.

Ее тело, словно на автопилоте, повиновалось ему, она отстегнула ремень безопасности и сделала так, как он велел. Амир привлек ее к себе, а затем уложил на спину на длинное заднее сиденье. Потом лег сверху.

У нее перехватило дыхание.

– Никогда мужчина не лежал на мне вот так, – задыхаясь, вымолвила она.

Его большие руки обхватили ее лицо.

– Я хочу быть первым для тебя во всем, Грейс.

– Так и будет. – Ее никогда никто не целовал. – А что мы делаем здесь?

– Ты сказала, что никогда не занималась любовью в машине.

Любовью в машине? Он хочет делать это здесь, посреди пустыни?

– Но я думала, мы сначала поговорим.

– Нет, ты сказала вещи, которые я не желал слышать. Типа «подождем» или «давай вообще не будем этим заниматься». А я не хочу, чтобы такие слова слетали со столь восхитительных губ. – Он провел пальцем по ее губам, заставив их затрепетать и приоткрыться.

Его палец скользнул внутрь и дотронулся до ее языка.

– Больше ни слова, Грейс, если только ты не хочешь сказать: «Да, давай займемся этим прямо сейчас».

Ей больше ничего не оставалось делать, как кивнуть.

Он довольно улыбнулся.

– Хорошая девочка.

Амир тихо застонал и прижался к ней бедрами. Она обняла его за плечи, а он коленом раздвинул ее ноги, приподняв юбку. Грейс почувствовала, что он еще сильнее прижался к ней и начал медленно двигаться..

Она прикусила его палец, затем открыла рот, чтобы извиниться за это, но не могла вымолвить ни слова.

Амир тихо выругался, но без всякой злости. Он снова надавил на нее, на этот раз еще сильнее, а тело ее, как бы само собой, мгновенно отозвалось на эти движения.

– Еще, Грейс… я хочу почувствовать твои зубки.

Она снова прикусила его палец, на этот раз царапнув зубами сустав.

Он застонал и увеличил темп движений. Она совершала в ответ такие же движения, стараясь усилить блаженство, которое все более охватывало ее. На ней были чулки и трусики. Шелковый барьер между его твердой плотью и ее нежной кожей мешал ей насладиться им в полной мере. И его одежда тоже была помехой.

Голова его откинулась назад, мускулы на шее напряглись. Но вдруг он подался вперед, прильнул к ее шее и нежно прикусил ее губами, и это ощущение было таким восхитительным, что тело Грейс содрогнулось. Настала ее очередь застонать, а он тем временем увеличивал ритм своих движений. Затем он отдернул руку от ее рта и овладел ее губами.

Грейс никогда не испытывала такого сладостного ощущения. Напряжение в ней возрастало, и она почувствовала, что вот-вот взорвется.

Рука Амира сжала ее маленькую грудь, и пальцы стали теребить возбужденный сосок. Одновременно он продолжал все сильнее прижиматься к ней, пока она не стала сходить с ума от этого неизведанного ранее ощущения. Она выгнулась дугой и через мгновение все поплыло у нее перед глазами, тело забилось в конвульсиях, и волны удовольствия накатывали одна за одной.

Она вскрикнула от страсти – это ощущение было настолько сильным, что она не смогла удержать его внутри. Амир замер над ней. Он прижался ртом к ее губам, но больше не целовал ее: она услышала его собственный сдавленный крик.

Затем он поцеловал ее, страстно и медленно, прежде чем поднять голову и взглянуть на нее долгим взглядом. Глаза его затуманились от страсти.

– Ты хочешь вернуться во дворец или будем продолжать, Грейс?

Она могла вымолвить лишь одно слово:

– Продолжать.

Она хотела одного: чтобы он понял, что она – его женщина. И пусть это произойдет еще до того, как он вернется во дворец и семья, узнав об их связи, потребует ее прекращения.

Через час они подъехали к холмам, и Грейс неожиданно увидела охотничий дом. Он настолько сливался с окружающим пейзажем, что она заморгала, чтобы поверить в его реальность.

– Что это? – спросила она Амира, который припарковал машину перед входом.

– Это один из охотничьих домиков моей семьи.

– Там кто-нибудь есть?

– Никого.

– Он такой красивый… будто часть пустыни.

– Так было задумано. Его дизайном занималась моя прабабушка.