Боги (не) любят (СИ) - Колуэ Адель

Ира про себя усмехнулась: еще не успела толком воскреснуть и стать человеком, а уже стала оборотнем. Заставила хранителя воплотиться в смертную оболочку, а сама подставилась… Вот сейчас сидит за столом в доме местной знахарки и притворяется стукнутой на голову, что вроде пока еще не отошла от травмы…

Иномирянка из-под ресниц смотрела, как уминает угощение Лигран, а бабушка Бина, делая вид, что якобы подслеповато щурится, внимательно рассматривает своих нежданных гостей. Ох, а глаза-то у нее не старые. Да и руки, несмотря на огрубевшую кожу, не похожи на старческие конечности.

Несоответствие собственных наблюдений с информацией, пришедшей извне, беспокоило Ирину и не давало расслабиться. Ей все казалось, что разыгрывается спектакль, но кто актер и какую роль он пытается сыграть, не понятно.

С одной стороны — староста, чей взгляд попаданке не понравился, так мягко стелил, а народ недаром имеет присказку про "жестко спать"…

А с другой — Лигран уж как-то мгновенно проникся доверием к этой женщине. Хотя знахарка таким суровым взглядом их одарила, что не совершили ли они ошибку, согласившись с ее доводами? Может, она действительно ведьма?

Ну ладно! Не ведьма… Дара в ней нет…

Но вдруг она владеет, например, гипнозом, и сородич попал под него. Ведь это не магия, это просто техника внушения. НЛП хорошо знакомо и на Земле. Могли они с соклановцем попасть под его воздействие?

Размышления девушки прервал громкий стук ложки, которую Лигран демонстративно положил рядом с пустой миской.

— Полюбовница или жинка? — кивнула хозяйка на встрепенувшуюся девушку, решив, что долг гостеприимства исполнен. Теперь можно расспросить пришлого.

Сородич обернулся и, поймав взгляд Ирины, веско уронил:

— Дочь!

Легкий кивок согласия сказал ему больше, чем любые слова и клятвы. Их переглядывания заметила и хозяйка.

— Молод ты для такой дочери, мог бы что и получше соврать, — проворчала женщина, собирая со стола миски. — Коли дочь, почему не покрыта голова?

— Я не… — хотел возмутиться вариаци, но девичьи пальцы легли на его плечо, остановив поднимавшееся негодование. Ну да, после трансформации он не смотрел в зеркало.

— Вам помочь? — поднялась девушка и начала подавать знахарке посуду со стола.

— Ты чего мне выкать удумала? — сердито зыркнула на нее старуха. — Я не сестра жрецов и не обладатель земель, чтобы меня величали.

«Упс, — щелкнуло в головушке Ирины, — а об этой стороне жизни мне еще ничего не известно. Надо будет у Лиграна по-тихому выяснить». Однако размышления — это одно, а язычок уже сам по себе мелет:

— Но вы старше, а меня учили, что старость надо уважать, — парировала иномирянка, собирая деревянные ложки, и заметила, что Лигран одобрительно улыбнулся. Обернувшись к Бине, гостья уточнила. — Где можно посуду помыть? А вы пока отдохнете, с отцом пообщаетесь.

— В чужом дому мыть посуду? — замахала на нее знахарка. — И чем я тебе так не приглянулась, что ты захотела моего домового рассердить? Он у меня с характером, ежели что не по его, может набедокурить.

— Твою мать, — только и смогла промолвить Ирина, потому что за спиной пожилой женщины возник бородатый дедок. Сам ростом не больше кошки, а глаза как плошки, правда, одет в какие-то обноски. Исподлобья смотрит зло, хмурится.

— Ты мою мать не трогай! — завелась хозяйка, но осеклась, увидев, что оба пришлых смотрят не на нее, а в угол.

— Простите, Бина! — не отрывая удивленно распахнутых глаз от домового, пролепетала попаданка, а потом встряхнулась. Поклонилась, как в старых фильмах, правой ручкой запустила ленту приязни от своего сердца к сердцу, или, скорее, к сосредоточию обережника дома, а когда ее дар начал впитываться им, доброжелательно промолвила. — И ты, дух домовитый, не серчай. Не оскорбить хотела, а только помочь. Мы же сейчас не гости, а постояльцы. Значит, нужно платить добром за добро.

Бина, глядя на странную девку, даже опешила, когда та в пояс поклонилась, а после ее слов сама оглянулась, да охнула:

— Батюшки! — и осела на пол, нескладно согнув свои непропорциональные конечности. Именно это вывело Лиграна из ступора. Он, оттолкнув тяжелый стол, словно досадную помеху, подскочил к старушке и, подхватив на руки, уложил на скамью.

— Ну, вот тебе я точно не батька, — хмуро проворчал домовой, наблюдая за суетой, что приключилась из-за его появления. — А им зря не поверила, есть в них кровное родство.

— А можно поосторожнее? — зарычал на него вариаци, устраивая сомлевшую хозяйку поудобнее.

Боясь потревожить, нервными пальцами размотал с шеи края платка, и землянка чуть в голос не охнула. Нежная, белая, тонкая кожа на шейке, сквозь которую просвечивались вены, только сильнее подчеркнула темный, до черноты, загар лица. Лигран полоснул злым взглядом по домовому, а потом начал осматривать комнату, придерживая голову Бины.

— Отец, что ты ищешь? — слегка запнувшись, напомнила о себе потерявшему голову мужчине Ирина.

— Чем бы в него запустить, — рыкнул он, вновь злобно зыркнув на домовитого духа. — Это же надо было так бедняжку довести.

— Не надо, — заступилась за хранителя дома девушка и с замиранием сердца вновь промолвила слово, которое всю прошлую жизнь желала произнести, — папа.

— А что так? — недовольно буркнул Лигран, выискивая, что можно было бы пристроить под голову женщины. Не увидев ничего подходящего, он перевел взгляд на обретенную дочку и попросил, — Найди хоть тряпку, чтобы валик можно было скрутить.

— Ему же на нас было интересно посмотреть воочию, не из тени. — создавая думочку, попаданка лукаво стрельнула глазками в удивленного домовика. А передав подушечку сородичу, обернулась к нему с хлебной плетеной корзиночкой, полной пирожков и крынкой молока, что специально сотворила. — Прими угощение, не побрезгуй.

— Приму, коли от души, — хмыкнул мужичок и вмиг оказался на столе.

— Как твоё имя, — начала попаданка, но, заметив недовольный взгляд, быстро исправилась, — спрашивать не буду, но как к тебе обращаться подскажи?

— А зови "Хозяином"! — лукаво прищурился домовой.

— Ага, нашел дуру! — подбоченившись, грозно глянула на него землянка. Потом демонстративно отвернулась от пройдошливого духа и отправила в "старушку" тонкую струйку живицы. — У меня с роду хозяев не бывало! Я свободный человек. С чего бы вдруг я тебе такую власть дала? Тем более что ты не умеешь ею пользоваться. Вон одну уже довел до обморока!

— Мог бы и не доводить. — поддержал выступление девушки Лигран. — Вы живете в одном доме…

— Ты не добавил, что "вроде бы"! — насупился домовой. — Она в одном измерении, а я в другом. Но присматривать обязан за обоими. А от нее ни молочка, ни булочки, ни слова ласкового! Иногда кусок хлеба оставит. Сами видите, что я кое-как сотворен…

Осекся дух-хранитель и, понурившись, начал мерцать.

— Погоди! — воскликнула Ирина, видя, что знахарка очнулась. — Бабушка Бина просто не ведала порядков. Что донесла людская молва, то и делала. Заметь, хлебом с тобой делилась, а часто ли у нее он был? Или она сама пироги ела с замысловатой начинкой, а тебе черствую горбушку оставляла?

— Да не водилось у нее пирогов! — сам бросился защищать свою соседку домовой. — Пока училась, так бывало и на крапивной похлебке сиживали. И никакая она не бабка! Ей всего-то двадцать пятое лето.

— Сколько? — округлив глаза, охнула землянка и прикрыла рот ладошкой, а потом сама себе попеняла, что совсем расслабилась. Знала же, что еще сто лет назад на Земле крестьянки тоже рано старились. Всю их красоту убивала тяжелая жизнь, а здесь она легче? Надо будет потихоньку выяснить, сколько лет названному отцу, а то так же опростоволосится. Да и перед Биной нужно извиниться. И, не откладывая, обернулась к хозяйке дома. — Прости меня, добрая женщина, не хотела тебя обидеть.

— Так вроде и не обижала? — не поняла ее знахарка, поднимаясь со скамьи. А потом ее глаза вновь уставились на мужичка, что все еще хмуро смотрел на пришлых. — Батюшка домовой! Чем тебя попотчевать, куда усадить!