Роковая фантазия (СИ) - Орлан Нари

— Илона? Черт, прости… Я ошибся.

Фил скатился с меня на другую половину кровати. Утреннее солнце с любопытством заглядывало через полупрозрачные занавески, и он прикрыл глаза рукой от яркого света.

— Перепутал тебя с Кариной. Мы прожили вместе больше года, и я любил по утрам ее так обнимать. Привычка сработала, не злись.

Неприятное, колющее, горькое чувство, которое я постоянно гоню прочь, расползлось в груди. Чтобы его отогнать и не выдать свою реакцию, я решила пошутить:

— Других привычек по утрам у вас не было?

Губы Фила растянулись в широкую улыбку.

— Были. Но я вовремя понял, что ошибся.

Сиюминутный порыв заставил меня схватить подушку и бросить ее Филу в лицо. В любое другое время я бы точно не решилась на это.

Он мгновенно вытащил подушку из-под себя и бросил ею в меня. Я не успела увернуться. Зато поймала ее прямо перед собой и с остервенением швырнула обратно.

Чтобы избежать расправы, я быстро выпуталась из-под одеяла, соскочила на пол и помчалась в ванную комнату. Но точно перед дверью одна подушка вмазалась мне прямо в ягодицы. Обернувшись, я метнула в улыбающегося Фила разгневанный взгляд и еле успела спастись от второй подушки, вовремя прикрывшись полотном двери.

После того как мы, каждый в отдельности, умылись и привели себя в порядок, позавтракали с родителями в дружелюбной атмосфере. Лишь мать своими предложениями приезжать почаще добавила грусти. Конечно, мы пообещали, что обязательно приедем, как только появится свободное время.

Я понимала, что второй раз просить Феликса играть моего парня — слишком нагло. Поэтому грустила, пряча печаль за улыбкой.

Солнце еще не поднялось высоко над небосклоном, а мы с Филом сразу после завтрака выехали из дома родителей. За последние двенадцать часов между мной и боссом что-то изменилось. Мы определенно стали ближе друг к другу. И дело даже не в том, что мы спали обнявшись. Просто нас связала успешно осуществленная авантюра. И тайна.

— Почему отец назвал тебя Мишей? — спросила я, когда Фил вывел джип на автостраду.

— Он ведь сказал — я работал его водителем.

— Но почему теперь ты Феликс?

— Сменил имя.

— Но почему?

— По мне заметно, что я хочу поделиться с тобой этим?

Видимо, только мне показалось, что между нами стало больше доверия. Фил снова напустил холода на свой образ, закрылся от меня в ледяной панцирь. Чтобы немного его смягчить, я решила поблагодарить его за помощь.

— Кстати, огромное спасибо, что мне помог. Все сложилось лучше, чем я ожидала.

— Ты уже приготовила план, по которому будешь увеличивать прибыль бара?

— Да! — сказала я и отвернула лицо к боковому окну. Хорошее настроение, с которым мы лупили друг друга подушками и обедали с родителями, растаяло, словно утренний туман.

По пути в лагерь я позвонила Соне. Она обрадовалась тому, что у меня получилось не спалиться перед родителями, но ее голос оставался убитым. Как оказалось, у ее парня, с которым она живет, снова заболела мать. И он срочно уехал в город.

— Когда вернется, не сказал. Это уже не первый раз. Он уезжает на несколько дней и выключает телефон. С его матерью я не знакома и все, что о ней знаю, — она часто болеет. Раньше я себя корила за подозрения. А сейчас мне все больше начинает казаться, что он мне просто врет.

— Думаешь, он тебе изменяет?

— Да.

— Но как так может быть? Ресемиторы ведь не изменяют друг другу.

— Да, но… — Соня вздохнула. — Наверно, я себя просто накручиваю. Не хочешь зайти ко мне? От одиночества начинаю сходить с ума.

Через несколько часов я уже сидела с подругой в ее квартире и пыталась всеми способами развеселить ее, пока она не начала искренне смеяться. Ее позабавили ситуации, которые происходили в доме родителей между мной и Филом.

— Ты давай, куй железо, пока горячо. Пока Фил еще помнит тепло твоего тела. — Соня многозначительно подмигнула мне. Я чуть не забыла, что говорила ей, будто влюбилась в своего босса.

— Нет. Для начала я разберусь с насильником. Пока ехала в лагерь, решила договориться с Богданом о встрече и его поцеловать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

У Сони округлились глаза. И застыла чашка чая на полпути ко рту.

— Если Лео противится, то надо переходить к следующему по списку, — продолжила я. — Поцелую Богдана, Евграфа — если ни один из них не насильник, то вывод будет простым. Это Лео. А если окажется кто-то из этих двоих, то и Лео целовать не придется.

— Да, ты права, — кивнула подруга.

Сделав большой глоток чая, я собралась с духом и спросила:

— У тебя, случайно, нет номера телефона нашего начальника охраны?

Глава 16

Возможно, это было не самое лучшее решение. По пути на встречу с Богданом я себя десятки раз спрашивала, могу ли обойтись без нее и сделать по-другому. Но выбора нет. Мне нужно убедиться в том, является он насильником или нет. А в баре лагеря или в кафе я не хотела, чтобы нас видели вместе. Поэтому пришлось ехать в город. Еще и в одиннадцать вечера. Отработав смену в баре, я сразу направилась на встречу.

Странное, неприятное чувство дрожало в теле. Богдан не тот человек, с которым можно было себя чувствовать в безопасности. Я решила побыстрее перевести наше общение к поцелуям и под любым предлогом вернуться в лагерь.

Больше всего меня напрягло место, в котором мы договорились встретиться, — диско-бар в неблагополучном районе. Когда мы болтали по телефону, Богдан отказывался встречаться в другом месте, убеждая, что этот бар мне обязательно понравится.

Еще меня раздражал голос, которым со мной разговаривали. Он был надменным и слишком довольным. Конечно, внезапно девочка, которая посылала его куда подальше, позвонила сама и предложила встретиться. Почему бы не потешить свое самолюбие и не отпустить несколько саркастичных шуточек?

Такси подвезло меня прямо ко входу в бар. Возле него уже стоял Богдан в компании друзей. Но увидев меня, выходящую из машины, оставил приятелей и направился ко мне.

Липкий изучающий взгляд скользнул по моим формам, обтянутым в черное коктейльное платье. Мне казалось, я удержала баланс между скромностью и привлекательностью, надев это платье. Но Богдан, видимо, все равно нашел, за что зацепиться своим пошлым взглядом.

Я подавила в себе отвращение к нему и мило улыбнулась.

— Потрясно, потрясно, ничего не скажешь, — изрек он, подходя ближе.

Зря я паранджу не надела. Возможно, тогда бы не чувствовала, как меня раздевают одними глазами.

— Спасибо, — ответила я и направилась ко входу. Темнота, сгущавшаяся в уголках улицы и в уходящих вглубь квартала дорожках, пробуждала во мне нотки паники. Не хватало очередного приступа. Почему Богдан выбрал самый темный район в городе?..

Но в диско-баре действительно оказалось неплохо. Приятная атмосфера, негромкая музыка и симпатичный дизайн манили и даже соблазняли прийти сюда как-нибудь еще. Я успокаивала разбушевавшееся без причины беспокойство и последовала за Богданом к столику в дальнем углу бара.

Как только мы уселись, к нам подлетела официантка, а мужская рука нагло легла на мои плечи. Она была тяжелой, и мне мгновенно стало неудобно и жарко. Но я убедила себя немного потерпеть. Раз Богдан уже меня обнимает, то и до поцелуя недалеко. Не стоит сейчас отталкивать его, тем самым создавая между нами стену.

— Что будете заказывать?

— Принесите самое дорогое шампанское. Нам есть что отметить, — с ухмылкой сказал Богдан.

Шампанское всегда быстро и мягко бьет в голову. Обычно мне хватает нескольких бокалов, чтобы поплыть и быть не в состоянии держаться на ногах. Но ничего страшного. Я просто буду тянуть один бокал микроглотками, пока дело не дойдет до поцелуя.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— И что мы будем отмечать? — спросила я игривым голосом.

— Твое поражение и мою победу.

— Кто знает. Все может стать наоборот.

Богдан коротко рассмеялся. Будь он в курсе, что я позвонила ему лишь с одной целью — узнать, не он ли рисует мне извращенные сны, то не зазнавался бы так сильно. Поэтому пусть упивается своей победой. Мне все равно.