Похититель ее сердца - Роксана Дэлейни

— Так братья давно охотились за Джеймсом?

Элли пожала плечами.

— Чак и Трей просто надеялись, что когда-нибудь его поймают. Но, похоже, Дэв прикладывал для этого больше усилий, чем все остальные.

Карли была слишком запутана, чтобы что-то ответить, поэтому просто кивнула.

— Ты наверняка устала, — сказала Элли. — Иди спать. Мы еще немного посидим, так что, если понадобимся, зови.

— Хорошо. — Карли вяло улыбнулась и стала подниматься по лестнице. На середине она становилась и повернулась. — Спасибо вам обеим. За все.

— Не стоит благодарности. Доброго сна, — ответила Мэг.

Карли поднялась в свою комнату. В ее памяти вставали события прошедшего дня. Но одно слово постоянно крутилось в голове. Похитил.

Причина, по которой Дэв спас ее и привез в «Девил Дэн», теперь стала кристально ясной. Ей было отведена роль приманки.

Карли легла на кровать. А она-то размечталась! Да, они целовались несколько раз, но она совсем ничего для него не значила. Дэв никогда не говорил о них в будущем времени. Пообещал лишь, что поможет ей начать новую жизнь на ранчо. Она и понятия не имела, что он собирался делать, когда «Девил Дэн» будет продан. Вряд ли Дэв останется со своей семьей, иначе он обязательно сказал бы об этом братьям за ужином. А она уже поверила, что не безразлична ему! И опять ошиблась. Глупышка. Для Дэва она была не более чем пешкой в его планах относительно Джеймса. Он использовал ее. И он ничем не лучше Джеймса.

Карли встала с кровати и подошла к окну. Двор был залит ярким светом полицейских фар. И, похоже, все обитатели ранчо вышли посмотреть, что происходит. Карли видела, как Дэв говорит с офицерами. И даже с такого расстояния она могла видеть, что он улыбается.

Карли стало до боли обидно. Она смахнула предательскую слезу со щеки. Дэв прекрасно с ней обращался. С того самого момента, как они вместе уехали из церкви, он был джентльменом. Но, получается, даже джентльмены используют людей.

Она окинула взглядом комнату. Ее небольшой чемодан лежал на кровати закрытый. У нее не было времени, чтобы разложить вещи. Значит, не придется тратить время на сборы.

Карли выдвинула ящик стола и нашла там ручку и лист бумаги. Она села на край кровати и быстро набросала несколько строк. Закончив, молодая женщина положила записку на кровать и взяла чемодан. Она надеялась, что толпа на улице и темнота ночи поможет ей ускользнуть незамеченной. Карли планировала дойти до ближайшего города, а там видно будет. Прощай, Дэв.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Когда полиция уехала, прихватив с собой Джеймса Стейтона, Дэв проводил семью в дом.

— Ты уверена, что с ней все в порядке? — спросил он Элли.

— Она несколько взволнованна, к тому же очень устала. Думаю, она уже спит.

— Надеюсь, ты права. — Дэв бросил взгляд на часы. Было уже поздно, но не настолько, чтобы снова отложить разговор с братьями. Оформление документов по продаже «Девил Дэн» шло полным ходом, Джеймс Роберт скоро окажется за решеткой, где ему и место. Карли остается на ранчо. Пришло время узнать, захотят ли братья и его оставить в семье.

— Мы можем поговорить? — спросил он Трея и Чака. Ему не терпелось сбросить многолетний груз вины. — Это важно.

Трей кивнул, и все трое вошли в его кабинет.

— Я чувствую, грядет сенсация.

Чак шутливо толкнул младшего Браннигана.

— Ты определенно все еще чувствуешь себя молодоженом, братец. И хочешь, чтобы Дэв тоже поскорее остепенился.

Братья перекинулись еще парой шуток, но Дэв не обратил на их ребячество никакого внимания. Он знал, что как только он расскажет им правду о смерти отца, все веселье сразу прекратится.

Наконец они сели и налили по бокалу вина.

— Я хочу предложить тост за нашего старшего брата, Дэвона, который положил конец вражде Стейтонов и Бранниганов, — провозгласил Трей, поднимая свой бокал.

Дэв какое-то время оставался неподвижным, глядя в свой бокал.

— Спасибо, жаль только, что это не случилось раньше.

— Теперь дело передадут в суд, — сказал Чак. — Джеймс наверняка выйдет под залог еще до того, как сядет солнце.

— Если у него есть деньги. Или тот, кто захочет за него заплатить. Но что-то подсказывает мне, что желающих не найдется.

— Бранниганы точно не намерены ему помогать. — Братья засмеялись. — Будем надеяться, что мы его долго не увидим. По крайней мере, здесь.

— Теперь-то он знает, что с нами шутки плохи. Мы это ему доказали, благодаря Дэву, — произнес Чак.

— Насколько мне известно, за ним числится достаточно нарушений, чтобы он состарился и поседел в тюрьме. Мы были не единственными, кто желал его ареста, просто мы проявили больше инициативы, — ответил Дэв.

— А у тебя какие планы? Вернешься в казино? — спросил Чак.

Трей с грохотом поставил бокал на стол.

— Надеюсь, что нет. Ты нам тут можешь пригодиться, Дэв. — Он помотал головой. — Я неправильно выразился. Ты нам тут нужен. Это твой дом, братишка. Если бы ты мог руководить своим бизнесом отсюда…

— Прежде, чем мы начнем это обсуждать, мне надо… — Дэв не мог подобрать правильные слова. Он не раз произносил заготовленную речь про себя, так что знал ее наизусть. Но сейчас все слова перемешались в голове. — Мне надо вам кое-что рассказать.

— Говори. Мы все внимание.

Дэв не мог усидеть на месте, он встал и начал мерить шагами комнату.

— Я виноват в сердечном приступе отца, — наконец вымолвил он.

Трей нахмурился.

— Может, объяснишь?

— В утро, когда у отца случился приступ, мы спорили.

— Мы все с ним спорили время от времени. Он был упрям как осел, — заметил Чак.

— Это был не совсем обычный спор. Отец решил отправить меня в колледж. Я не хотел. У меня были другие планы. Он тогда просто рассвирепел.

— Рассказывай дальше, — сказал Чак, его лицо было каменным.

— Я потерял контроль над собой и наговорил ему такого, что сын никогда не должен говорить отцу. Я поклялся, что предпочитаю покинуть ранчо и никогда не возвращаться сюда, чем подчиниться его воле. — Дэв остановился и опустил голову. Он не мог посмотреть братьям в глаза. — Вскоре после того, как я уехал, он оказался в больнице и…

Братья молчали. Дэв медленно поднял голову, на его глазах блестели слезы.

— Я уйду, если вы этого хотите.

— Сядь. — Голос Чака был поразительно похож на голос отца.

Дэв присел на первый попавшийся стул.

— Черт возьми, Дэв, — пробормотал Трей. — Ты все эти годы носил в себе чувство вины. Но это абсолютная глупость, учитывая…

— Учитывая что? — спросил Дэв, глядя на брата.