Падший ангел - Миган Маккини

— Значит, вы одурачили и этого беднягу священника, — заметила Лиза.

— Он вовсе не бедняга, но вполне преуспевающий аббат, который, кстати, не имел права играть на приходские средства. Тем не менее, он тоже задолжал мне весьма внушительную сумму, хотя я вовсе не «одурачивал» его, как вы изволили выразиться.

— У вас что, совсем нет стыда?

— Конечно, — Айван закрыл дверь конюшни. Теперь он стоял рядом с Лизой.

Девушка с тревогой посмотрела на Трамора. Она живо вспомнила тот случай в их собственной конюшне, несколько лет назад, тем более что в своей теперешней одежде он был очень похож на конюха. С отчетливой ясностью припомнила она тот его поцелуй, изменивший ее судьбу, нарушивший весь строй ее жизни. Лиза невольно отступила на шаг.

— Я настаиваю на возвращении денег Уилмоту, — повторила она. — Даже если вы никого не обманывали, с вашей стороны нечестно было играть с теми, кто явно слабее вас.

— Они не жаловались, когда им случалось выигрывать гроша этим сиротам, — вспылил Айван. — А вам ни к чему выходить замуж за этого человека. Билингсворт вам не пара.

— Может быть, вы мне пара? — спросила Лиза, которая никак не ожидала, что он сейчас заговорит об этом.

— Да, — спокойно произнес маркиз.

Лиза не сразу нашлась что ответить. Сердце ее учащенно забилось. Наконец она спросила;

— Я не понимаю вас. Значит ли это, что вы делаете мне предложение?

— Нет.

Лиза замерла. Она, пожалуй, могла бы, и посмеяться над тем, как он дурачит ее, но смех этот был бы слишком горьким.

— В таком случае, вы, очевидно, предлагаете мне нечто другое, — уточнила она.

— Лиза, я — тот мужчина, который вам нужен. Я именно такой человек.

— Как вы можете это говорить, если предлагаете мне всего лишь… — она умолкла.

— А что лучше, — спросил Айван, — быть мужчине верной любовницей или неверной женой?

Лиза залилась краской и отшатнулась.

— Я не собираюсь выслушивать ваши гнусные речи! — выкрикнула она.

— Но это так, Лиза. Если вы выйдете замуж за Уилмота, то меньше чем через месяц вас потянет на сторону. Но кто тогда осудит вас? Лиза повернулась к нему спиной.

— Я не похожа на свою мать, вы слышите? — выкрикнула она.

— Она была гораздо менее соблазнительна, — заметил Айван.

Лиза резко повернулась к нему лицом.

— Слушайте, бессердечный негодяй! Я требую, чтобы вы немедленно выплатили Уилмоту его деньги, после чего я могла бы забыть о вас.

Трамор схватил ее за плечи и потряс.

— Знаете ли вы, что я уже заплатил Билингсворту? Я предоставил ему возможность выбора между его долгом и вами. Сказать вам, что он предпочел?

Лиза была потрясена его ответом.

— Это неправда!! — воскликнула она.

— Правда, — ответил маркиз.

— Вы все это подстроили! — настаивала она. — Вы решили расстроить мою помолвку. Вы даже переселились сюда ради мести! Вы хотите навредить здесь всем, на кого у вас есть зуб, или только мне?

— Если люди подвергаются опасности, то просто потому, что стали на опасную тропу, — заметил Трамор. Он коснулся рукой Лизиных губ. — А вы стали на опасную тропу с тех пор, как стали зрелой.

Лиза напряглась. Она почувствовала, что он развязывает ленточки ее чепчика, и попыталась остановить его, но Айван резким движением отстранил ее руку. Чистенький старый чепчик упал на грязный пол конюшни.

— Хватит, — еле слышно произнесла Лиза, когда Айван обнял ее за шею.

— Поцелуй меня, — сказал он повелительно.

— Нет! — закричала Лиза и принялась ударять его кулачками в грудь, что, впрочем, не произвело на него никакого впечатления. Она попыталась вырваться, но Айван прижал ее к двери конюшни.

Лиза обожгла его ненавидящим взглядом.

— Я пришла сюда, — повторила она, — для того, чтобы потребовать от вас вернуть выигрыш. И таким способом вам не удастся заставить меня отказаться от моей цели.

— Еще бы, — он усмехнулся. — Я ведь разрушил ваши планы. Без этого сватовства как же вы утолите свою жажду наживы?

— У меня вовсе нет жажды к наживе. — Лиза сама не узнала своего голоса. — Деньги нужны мне только для того, чтобы жить. Если вы вынудите меня к этому, то я выйду замуж за первого джентльмена, который мне встретится. Но только джентльмена. — Она надеялась разозлить его этим замечанием и добилась своей цели.

Лицо Айвана потемнело.

— Вы лучше подумайте о своем поведении, Лиза, — назидательно произнес он. — Знаете ведь, что говорят о девушке, которая переходит от одного к другому.

Если бы только Лизе хватило мужества, она бы ударила Айвана по щеке, обезображенной шрамом. Но она только проговорила:

— Вы слушаете сплетников! Я требую, чтобы вы привели доказательства своих слов.

— Я не собираюсь ничего доказывать. Это меня не интересует.

Не говоря больше ни слова, он прижал ее к себе и коснулся губами ее губ. Лиза невольно содрогнулась. Слишком сильные чувства вызвал к жизни его поцелуй. Она попыталась оттолкнуть Айвана, но попытка сопротивления оказалась слишком слабой. Айван обхватил ее за талию, поднял и прижал к себе еще крепче. Сердце ее бешено колотилось. Айван раздвинул языком ее губы, Лиза еще пыталась сопротивляться, но у нее было такое ощущение, что она загипнотизирована и быстро теряет собственную волю. Наконец, она ответила на его поцелуй, почувствовав, что проиграла и на этот раз.

Лиза поняла, что ящик Пандоры вновь открылся. Пять лет, она тешила себя надеждой, что может справиться со своими чувствами, но теперь оказалось, что они не подвластны ей. Настоящим их хозяином оказался Айван Трамор.

Наконец Лиза смогла оторвать свои губы от его губ. Что он делает? Он ведь обращается с нею так, будто верит во все эти сплетни. Ее влечение к нему Айван хочет превратить в зелье, чтобы сломить ее волю и сломать ее жизнь.

Лиза вырвалась от него и побежала прочь, но он настиг ее и прижал к стене конюшни.

— Ах, вот как! — закричала она, не помня себя от ярости. — Вы, значит, хотите добиться своего насилием? Вы еще пытаетесь изображать джентльмена, но разве вам не известно, что такого, как вы, не могут изменить ни богатства, ни роскошные наряды?

Лиза только прямо не назвала Айвана «ублюдком». Впрочем, она сразу же пожалела о своих словах.

Лицо Трамора стало каменным, но во взгляде его теперь можно было прочесть что-то похожее на боль и сожаление. В глубине души он, кажется, чувствовал, что Лиза в чем-то права: он вовсе не стал лучше, над ним все еще тяготеет отцовское проклятие.

— О Боже, вам лучше держаться от меня подальше! — воскликнула Лиза.

Айван оттолкнул ее.

— Айван… — начала, было, она снова, но он насильно повернул ее голову к себе так, чтобы их глаза встретились.