Формула истинной - Ирма Орлова

себя куда лучше, чем при первой нашей встрече. Грубоват, со своими взглядами на жизнь. Я не могу их принять, но понять — да. Мужчины в принципе думают не так, как девушки, а уж в средневековье, в мире, где пройти через войну обязан почти каждый, и подавно. Тут нельзя вырастать слабаками и нытиками. Выживают такие, как Риввард: суровые, даже жестокие, но зато сильные…

Но ведь и Алан силен и ловок. Как он там говорил? Риввард не раз спасал ему жизнь? Возможно, Алан не такой умелый воин, хоть по тренировке этого не скажешь, зато он хотя бы не попытался меня ударить при первой же встрече — как сделал мой муж.

Схватка же продолжается. На белой рубашке Лесандра уже не одна, а пять или шесть кровавых следов, но он их будто бы не замечает. У меня же вместо него сердце кровью обливается! Я несколько раз пытаюсь шагнуть вперед, инстинктивно бросаясь на помощь, но Риввард удерживает меня крепкой хваткой.

— На поле боя ты не сможешь его защитить.

— С чего ты решил, что он пойдет воевать?

— Это обязанность любого графа, вот с чего.

— Лес пока не граф!

Риввард усмехается и зачем-то показывает себе на шею. Я не вижу под густой бородой, но вспоминаю, что утром видела в этом месте шрамы. И что он хочет этим сказать?

— Едва ли я переживу еще одну такую рану. Мое тело уже не способно восстанавливаться с такой же силой, как прежде. Расслабься, Леотта, тебя я больше в этом не виню. Мне уже рассказали о твоих попытках хоть что-то исправить в графстве. Не думаю, что что-то получится, а некоторые твои решения мы еще обсудим, так как они мне не по душе. Но кое-что тебе исправить не удастся. Истинная дракона подпитывает его, а меня — подпитывать некому. Когда меня не станет, Лесандр займет мое место. И к тому моменту ему хорошо бы научиться стоять за себя.

Риввард говорит это с какой-то… тихой, сдержанной печалью. Будто бы он уже смирился с тем, что ему недолго осталось. Вот почему шрамы? Его драконье тело разваливается без истинной любви? Мда…

— Ай! — Лесандр упускает меч и вскидывает руки, но Алан не перестает атаковать. — Вы чего? Дядя Старрвинд, я же безоружен!

— Разве? Дракон не бывает безоружен, — с каким-то почти хищным оскалом говорит Алан.

Он наносит мечом скользящий удар, и Лес хватается за бедро — тонкая струйка крови бежит по ноге.

Я бросаюсь вперед, и на этот раз Ривварду приходится отбросить трость и схватить меня двумя руками, чтобы не удержать.

— Пусти!

— Стой смирно и смотри!

Риввард обхватывает меня в крепкие объятья сзади, заставляя неподвижно смотреть на то, как мой внук падает от удара ногой. Лес неверяще смотрит на Алана, который нависает над ним.

— Он же его убьет! Риввард, помоги! — воплю я. Сомнения, что это всего лишь тренировка, покидают меня, слишком уж хищный взгляд у Алана. Что с ним? Он сошел с ума? Этот человек мне нравился минуту назад?!

Алан замахивается мечом. Лезвие молниеносно летит вниз. Лесандр вскрикивает, а я только успеваю зажмуриться…

Проходит несколько бесконечных секунд, прежде чем я слышу спокойный голос Ривварда:

— Видишь? Ничего страшного не произошло. Научись доверять моему выбору, жена моя. Хоть в этот раз он ни к чему не привел.

Открываю глаза. Клинок Алана застыл у груди Лесандра. Мой внук испуганно смотрит на своего противника, в его глазах застыл ужас.

Алан убирает меч, поворачивается к нам и растерянно разводит руками. Риввард все еще обнимает меня, но уже не так крепко.

— Сделал все, что мог, Рив. Мальчик просто не превратился, хотя был в миллиметре от смерти.

— Видел, — грозно отвечает мой муж. — Проблема здесь не в том, что он не почувствовал смерть. А в том, что не стал с ней бороться. Испугался, не поверил в свои силы — это второстепенно. Его сила не пробудится, пока Лесандр не решит выступить против смерти, а не принимать ее. До тех пор он будет всего лишь человеком, на котором легко заживают царапины. Хватит с меня тренировок. Иди, осмотри своего птенца, — последнюю фразу Риввард говорит уже мне, после чего отпускает.

Я бросаюсь к Лесандру, который все еще лежит на снегу и не может прийти в себя. Ну и методы воспитания в этом мире! Сдохнуть можно!

Глава 15. Пять сантиметров

Риввард

Последнее, что я помню — полет и пламя. Ветер в крыльях, мощные потоки воздуха от взмахов, которые сбивают с ног вражеских воинов. Огонь добивает тех, кто еще способен сражаться, они плавятся в металлических доспехах заживо. Но баллиста… Я не увидел ее издалека, заметил лишь в самый последний момент. А потом — почувствовал, как сердце перестает качать кровь. Крылья оборачиваются руками, и я падаю на поле брани.

Я думал, что это конец. Я даже обрадовался этому, потому что мне больше и незачем жить. Графство в упадке, мой безумный план не оправдался. Рисковать собой, чтобы мои люди протянули хотя бы еще год, не умерев от голода… Нет, я устал от всего этого. Поэтому, лежа в грязи и крови, обнаженный после превращения в человека, с переломанными костями и затухающим сознанием, я был почти счастлив. Но потом сквозь тьму ко мне прорвался Алан, схватил мое беспомощное тело в лапы и вынес с поля. Так я выжил…

Но пришел в себя лишь дома. Хотя разве это мой дом? Здесь не осталось ничего, чем бы я дорожил. Кроме, пожалуй, Лесандра. Когда он стал подростком, но так и не научился обращаться в дракона, на некоторое время я к нему охладел, но отеческие чувства победили. Пусть я гоняю его каждый день, когда нахожусь в графстве, пусть ругаю и заставляю тренироваться до изнеможения, он все еще моя кровь. Последнее родное существо в мире, которое у меня осталось. Не только моя кровь — но и сын единственной девушки, которую я любил.

Леотта… Помню, как нашел ее в соседнем графстве, находясь там проездом. Она бросилась перед моей лошадью, упала на колени и взмолилась. Хрупкая, красивая девчонка, которая вполне годилась бы мне в дочери. Я поначалу даже не разобрал, что она там лопочет. Оказалось — просит забрать ее с собой. Она вела себя так, словно я ее истинный, но этого не могло быть. Я не чувствовал ничего в ответ. Но надежда найти себе жену, к которой буду испытывать