Лихорадка в ритме диска - Наталия Яровая

Наконец гостьи удалились, а мы разошлись досыпать.

Утром я проснулась без настроения — не выспалась и вообще. Первому досталось Алику за немытый стакан, второму — Мишке за комочки из носков возле кровати, третьей — их бабушке за то, что совсем за ними не смотрит и все им позволяет. Все обиделись и разбежались по комнатам, хлопнув дверями, конечно. Ой-ой-ой! Сейчас еще за хлопанье всыплю, но передумала. Позвонила Вадику.

— Алло, — прохрипел он.

— Простыл, что ли?

Он откашлялся и как будто чего-то попил. После этого голос стал приятнее.

— Мы вчера тут немного попьянствовали с горя.

— А-а. Других мыслей в голову не пришло?

— Не-а. Мы уже и так и сяк думали.

Ну, в этом месте вы себе явно польстили, хотелось сказать мне, но Вадик успел меня обезоружить:

— Ты знаешь, я все время думаю о тебе, так скучаю, ни на кого смотреть не могу!

Я, конечно, подтаяла, хотя про себя отметила, что смотреть ему явно было на кого — нашла где оставить!

— Вадик, у нас появился маленький шанс.

— Олька (кто-кто?)! Мы с Борькой так и решили вчера, что ты что-нибудь изобретешь.

«Оттого и напились спокойно», — продолжила мысленно я и огласила ночные приключения. Вадик обрадовался и совсем не посочувствовал моему прерванному сну, чем меня немало огорчил. На том простились, договорившись связаться, как только мама дозвонится до Танечки.

Домочадцы зашевелились в своих комнатах, давая мне понять, что хоть они и таят на меня обиду, но кушать хочется и они готовы меня простить. Я подалась в кухню готовить завтрак.

Вы когда-нибудь разговаривали сами с собой? Если еще нет, то очень рекомендую. Весьма достойное занятие, во-первых, потому, что у вас однозначно окажется в собеседниках умный человек, во-вторых, он наверняка будет очень покладистым: выскажет свои правильные мысли, а потом вы легко склоните его на свою сторону.

Именно этим я и занялась в процессе приготовления гренок.

— На фиг тебе все это надо? Какие-то диски… Других проблем нет, что ли? — сказал мне умный человек.

— Так вроде здесь и моя вина есть, — оправдывалась я. — Что диск пропал. Да и Вадика жалко.

— Вадика жалко! — передразнил умный человек. — Кто он тебе? Пусть сам расхлебывает. Ты посмотри, куда ты влезла: проститутки, тюрьма, мафия, дом терпимости…

— У Петровны не дом терпимости! — От возмущения я едва успела спасти гренки от превращения в угольки. — У нее гостиница.

— Ага! Скажи еще — пансион благородных девиц!

— Нет, ну надо же довести дело до конца, тут осталось-то. И совесть будет чиста.

— Ну, доводи, — без особого оптимизма согласился умный человек.

Тут наш диалог прервала мама — никакого такта! Она уселась за маленький кухонный стол и произнесла, глядя куда-то в светлую даль:

— Надо же, такие девочки хорошие, а чем занимаются!

Очень лояльно, от мамусика я ожидала большего возмущения современными нравами. И догадалась-таки, какого сорта мои новые подружки.

— Жалко их, — продолжала философствовать она, вместо того чтобы помочь мне с гренками. — А что им, бедным, делать? Такие цены! За квартиру платить надо, кушать надо, одеваться надо. Одни колготки сколько стоят! А работы-то нет.

— Мам, я сейчас заплачу! Скажи лучше, ты до Танечки дозвонилась?

Мама проигнорировала мой вопрос и продолжила свою лисью песню:

— И Вадик, кстати, такой парень хороший. Видно, что в строгости воспитывали.

— Ага, лучше бы книжек давали побольше читать!

— Зря ты, Оля, так. Может, тебя смущает, что он моложе тебя? Так это и не заметно. К тому же теперь модно.

— Меня смущает, что он короче меня, — пошутила я, но мамусик приняла за чистую монету и горячо возразила:

— Нет, вы одинаковые.

Надо же! Откуда такая демократичность? А где наши витиеватые рассуждения о чистоте крови? О породе? О слиянии интеллектов с целью воспроизводства еще более мощного, наконец? Нет, Вадик мне, конечно, симпатичен. Но он был бы так же симпатичен мне и пять лет назад, а вот маме… «Ты и продавец автомобилей?! Да он двух слов связать не может! Он, кроме гайки и колеса, ничего не видел! А что он читает? Он вообще умеет читать?»

Ну и так далее в том же духе.

Однако диспут я открывать не стала, но настойчиво продублировала свой вопрос про Танечку.

— Дозвонилась. — Мамусик с явной неохотой переключилась на другую тему. — Объяснила ей, что ты собралась выбрасывать старые диски с мультиками и случайно засунула туда свой, а одна твоя добрая студентка отвезла все это в детский сад.

Версия, конечно, шита белыми нитками, но для Танечки, думаю, сойдет.

Накормив семью, я перемыла гору посуды (размножается, что ли?) и позвонила Вадику. Он уже явно пришел в себя, был бодр и готов к бою. Тут в телефонной трубке возник голос Лохматого:

— Я с вами в садик поеду!

— Ты в своем уме? — возмутилась я. — Хочешь, чтобы дети поголовно начали заикаться?

— Сказал — поеду. Все! А дети меня любят, не боись. Куда ехать?

Пришлось смириться, я назвала адрес, и мы договорились встретиться у входа через полчаса.

Пока я осуществляла торопливые сборы, в дверях моей спальни возникла тень отца Гамлета и помаячила. Я сделала вид, что ослепла, но тень упорно стояла в дверном проеме и, наконец, заговорила маминым голосом, не забыв перед этим раз десять откашляться:

— Оля, ты просила напомнить, что четвертого тебе, наконец, должны заплатить за госэкзамены.

Я напряглась, но не до конца:

— А сегодня какое?

— Четвертое.

Вот черт! Все одно к одному! Но деньги — дело святое, тем более что это будет уже четвертая моя попытка получить их.

— Ладно, — пробормотала я. — Впишусь как-нибудь.

На дорожку мама напутствовала меня не забывать почаще подкрашивать губы, а то синяки еще заметны.

После непродолжительной борьбы с гаражными воротами (они у нас слегка покосились и плохо закрываются) я, наконец, отбыла.

Возле садика уже томились две фигуры. Вадик на фоне Лохматого выглядел лилипутом. Чмокнул меня по-свойски, но нежно, рыкнул в ухо: «Соскучился!» Вот свезло-то! На голове Лохматого была бейсболка, надежно прикрывающая зеленые раны.

— Ну, чего ты приперся? — сразу набросилась я на него.

— Все должно быть под контролем, — невозмутимо отрезал он, и мы двинулись.

Танечка — на самом деле ее звали Татьяной Ивановной, и было ей прилично за пятьдесят — сначала несколько растерялась, когда наше трио ввалилось в ее кабинет, потом быстро взяла себя в руки (воспитанный человек!) и провела нас в маленький зальчик, где детишкам крутили мультики. Я с радостью отметила, что у них не дивидишная приставка, а компьютер с дисководом. Это заметно облегчало задачу: на дивидишной приставке многие диски не запустились бы, а при просмотре через компьютер наш шанс заметно увеличивался. Значит, не придется тащить коробку с дисками домой, можно все проверить на месте. Танечка оставила нас наедине с техникой, позволив возиться, сколько душе угодно.