Шторм для принца - Est

— Я уже не хочу. Дома попробуем. Давай помогу в сумку сложить, а то матушке не понравится, если ты в таком виде явишься.

Но они обе улыбались так, как будто не было тяжелого дня, раннего подъема и непростого прошлого за плечами у каждой. Мир хоть на минуту стал простым и понятным, наполнившись ароматом плодов земных и предчувствием праздника. Они так и брели, улыбаясь, по тропинке в тяжелых резиновых сапогах и бесформенных куртках, когда из-за пригорка послышался необычный шум.

— Кого это опять Бог послал?

— Действительно.

Шум винтов однозначно принадлежал вертолету. Она бы могла и тип машины определить, если бы поднапрягла память. Проблема была только в том, что над этой местностью летают редко. Но еще реже неожиданности бывали приятными в её жизни. Поэтому когда они преодолели очередной подъем и открылся вид на монастырь, она придержала свою спутницу, немного не доходя до границы лесополосы.

— Подожди, дай я отдышусь.

Лучше заранее изучить незваных гостей, особенно если они появились вот так открыто. Прятаться не будет только тот, кто совершенно уверен в том, что отпора не будет. Группа мужчин у калитки в монастырь оживленно ругалась с сестрой Прасковьей. Оставалось только посочувствовать их бессмысленным попыткам уговорить. Хотя… Если её связать и цепями закрепить. Наверное, в этом случае бы явился ангел, на защиту её чести. Русалка улыбнулась и отбросила попытки представить эту эпическую битву. Учитывая, что тихая старушка однажды даже на помощников епископа собак спускала из-за неподобающего поведения, то у этих чужакам вообще не было шансов. Чтобы немного отвлечь спутницу, которая почти пританцовывала на месте, намереваясь бежать в родное гнездо, русалке пришлось спросить.

— Анют, а ты не помнишь, чем закончилась история, про епископа, которому сестра Прасковья выговорила за поведение его служек?

— Ну, ты даёшь. Это до меня было. Кажется, он тогда запретил настоятельнице давать сестре любые послушания связанные с посетителями монастыря.

— Но она же продолжает у калитки дежурить.

— Так она не с посетителями общается, а просто молитвенное правило исполняет у калитки. Ей вообще свежий воздух для здоровья доктор прописал. Вот она по привычке и сидит на прежнем месте. И ни с кем не общается.

— Действительно, это с трудом можно назвать общением.

Они дружно рассмеялись. Но взгляд русалки уже зацепился за пару чрезвычайно знакомых силуэтов. Похоже, её каникулы закончились, а принц решил взять в осаду монастырь. Его фигура отчетливо выделялась в любой толпе. Не считая безошибочного опознания на уровне эмоций. Причем на посылках у него Стивен. Лучшая из ищеек, преданных лично мадам. Учитывая отсутствие взаимопонимания между разными поколениями этой семьи, когда она покидала сцену, это было опасно близко к нездоровой сенсации.

— Чудеса.

— Да? А матушка знает? Она говорила, что чудесам веры нет без разума и твердого руководства.

— Это не из тех чудес, солнышко. Просто знакомый один, которого я не ожидала увидеть. По крайней мере, так скоро. Придётся тебе Анют, самой донести сумки. Справишься?

— Конечно, мы дома таскали и не такое… Но что ты собираешься делать… Сестра Агриппина говорила, что не благословляется общение со старыми знакомыми для таких, как мы.

— Боюсь, что общение тут неизбежно. Вопрос только в условиях подъема белого флага. Хотя в том, кто именно его подымет сомнений практически нет. Беги. Скажи настоятельнице, чтобы держала оборону, а я вернусь чуть попозже и всё объясню.

Аня кивнула. В её круглых глазах плескалось удивление, хотя девушку, казалось, не особо смутила потеря собеседницы. Она еще что-то говорила, пока шла в полном одиночестве по тропинке. Русалка проводила свою спутницу взглядом до укрытой от посторонних взглядов калитки монастыря и пошла к деревьям, под которыми стояли охотники.

Идти пришлось довольно долго, ощущая себя невидимой. Казалось, все присутствующие смотрели на неприступные стены, закрывшие двери перед чужаками, и размышляли об осаде. А за время жизни здесь её фигура начала сливаться с пейзажем. Только вот привычка мерить происходящее в вариантах развития событий активизировалась при первом намёке на опасность. Мысль о том, чтобы сбежать она задавила в зародыше. То, что они дошли сюда уже большой успех и стечение обстоятельств. Но это укрытие было таким эффективным исключительно потому, что никто кроме напарника не знал, что здесь стоит искать. А теперь, после допроса сестер у них будет больше данных, чем она хотела бы предоставить. Пусть считают, что это только случайное укрытие, оплаченное пожертвованиями. И для этого их нужно уводить отсюда как можно скорее.

Ещё, выбрав путь через овраг, заросший колючим терновником, она постоянно ловила себя на странном ожидании встречи с принцем. Он пришел за ней, и это был сентиментальный жест, даже если им двигало только уязвленное самолюбие. С этим можно работать. Можно даже продолжить игру, не подставляясь. Хотя сам вопрос насколько она «не подставится» при близком контакте с обворожительным аристократом лучше оставить на потом.

Оставшееся свободное пространство она преодолела, плавно и мягко ступая под колпаком недоверчивого внимания людей резко обернувшихся навстречу незнакомке. Так или иначе, она была центром притяжения для этой полувоенной группы. Но её основной противник тянул время, прежде чем обернулся на звук шагов. Можно было только догадываться о том, что написано у него на лице и с какими эмоциями он борется, уже осознав, что она вышла из леса буквально в тыл его тщательно выстроенным солдатикам. Пришлось даже окликнуть его, чуточку насмешливо продолжая общение. Как будто не было этих месяцев охоты.

— Каким ветром вас занесло в эти края, многоуважаемый?

Она краем сознания ощущала, как странно выглядит со стороны. Полу монашка, в темной, заляпанной грязью одежде, сбившемся платке и тяжелых кирзовых сапогах. Почти нищенка, даже по оценкам этой небогатой местности. Рядом с неброско одетым миллионером. Его светлое кашемировое пальто почти светилось в тени. Пары дорогих сшитых на заказ лайковых перчаток, небрежно торчащих из кармана, хватило бы, чтобы выкупить весь урожай их монастырского огорода. Только высокие поношенные армейские ботинки напоминали о двойственности происходящего. Всё не бывает простым, когда втянута его семья. Он обернулся после небольшой задержки и ответил явно заготовленной фразой.

— Оказывается, очень трудно найти хорошую секретаршу.

— Да сэр. Это тяжелая и неблагодарная работа.