Скрытый потенциал. Наука достижения великих целей - Адам Грант

музыку она не сможет: проблема была слишком серьезной, а путь восстановления – чрезвычайно долгим.

При полной глухоте совершенствоваться в музыке было крайне тяжело. Эвелин, однако, не стала безрадостно и бесконечно трудиться над освоением гамм, а ее школьный учитель по игре на перкуссии Рон Форбс решил не заставлять девочку посвящать время утомительным практическим занятиям. Вместо этого они начали вместе работать над созданием «строительных лесов», чтобы процесс обучения был не только полезным, но и интересным.

Когда Эвелин пришла к Робу первый раз, он спросил ее, как она собирается учиться без слуха. Она объяснила, что, хоть и не может слышать все возможные музыкальные тона ушами, но способна чувствовать их вибрацию руками, животом, скулами и кожей головы, представляя, что ее тело – это одно большое ухо. Когда Рон играл на литавре, Эвелин дотрагивалась руками до стены и мысленно связывала тона с разными частями тела. К примеру, некоторые высокие ноты резонировали у лица и шеи, а низкие в основном отдавались в ногах. Девушка даже стала практиковаться босиком, чтобы ощущать вибрации еще отчетливее.

В начале каждого занятия Эвелин с нетерпением ждала возможности ощутить звуки. По мере совершенствования ее навыка Рон сокращал интервал между нотами. Это напоминало переход на новый уровень в видеоигре: она все лучше и лучше различала ноты и постепенно смогла использовать для этого лишь кончики пальцев. Вскоре Рон решил подогреть ее энтузиазм, составив целый список новых заданий. «Видишь это произведение Баха? Как думаешь, получится у тебя сыграть его на барабане?» Постоянная смена задач и повышение требований делали процесс обучения крайне увлекательным. «Мне было одновременно и трудно, и интересно, – рассказывает Эвелин. – Я впитывала все, словно губка». Позже она создала собственные версии произведений Баха в современном стиле и стала исполнять их на барабанах.

Говорят, если хочешь развивать свои способности, то нужно много часов посвятить монотонной практике. Однако мучить себя рутиной – не самый эффективный способ раскрыть свой потенциал. Разве не лучше трансформировать учебные будни, превратив их в источник ежедневной радости? Похоже, неспроста процесс извлечения из музыкальных инструментов звука называется игрой.

Достичь гармонии

Если вы хотите стать специалистом в какой-либо сфере, одного лишь таланта недостаточно. Невозможно от рождения идеально исполнять на волынке «Изумительную благодать»[62], готовить десерт «Запеченная Аляска», чеканить семь мячей одновременно и писать без ошибок такие слова, как, например, «ономатопея». Чтобы овладеть этими навыками, нужно практиковаться.

Когда-то в мире стала популярна идея, согласно которой достижение мастерства требует десяти тысяч часов практики, и с тех пор все тренеры, родители и учителя настаивали на одном конкретном способе совершенствования навыков. Речь идет о целенаправленной практике, представляющей собой упорядоченное повторение действий, ориентированное на улучшение результатов и основанное на достижении четких целей и получении быстрой обратной связи. Тем не менее необходимый объем практики – вопрос более тонкий, чем концепция десяти тысяч часов.

Согласно результатам исследований, количество времени, необходимого для овладения тем или иным навыком, существенно варьируется в зависимости от данных конкретного человека и выбранного им вида деятельности. Точно можно сказать лишь, что целенаправленная практика особенно полезна для улучшения способностей в тех делах, которые отличаются предсказуемостью и согласованностью, например взмахах клюшкой в гольфе, сборке кубика Рубика или игре на скрипке.

Примечательно, что даже вундеркинды, как правило, посвящают практике долгие часы. Отец Моцарта, будучи скрипачом, заставлял сына усердно упражняться и установил для него настолько изматывающий распорядок, что один из биографов композитора позже назвал его жизнь безоговорочным рабством. За подобный фанатизм, конечно, приходится расплачиваться. В письмах друзьям Моцарт рассказывал, что чувствовал себя невероятно изможденным, признавался, что в подростковом возрасте у него «болели пальцы из-за необходимости сочинять так много речитативов», а ближе к 30 годам сетовал, что «устал от постоянных выступлений». Сегодня у нас есть все основания полагать, что оглушительного успеха Моцарт добился вовсе не благодаря принудительной практике, а вопреки ей.

Согласно научным данным, люди, одержимые работой, тратят на нее больше времени, чем их коллеги, но добиваются менее высоких результатов. Зачастую такие личности страдают физическим и эмоциональным истощением: под влиянием монотонной целенаправленной практики у них повышается вероятность эмоционального выгорания – и скуки. Да, «скука» – довольно популярное в психологии понятие. В то время как выгоранием называют эмоциональное истощение, накапливающееся из-за перегруженности, скука описывается как эмоциональное омертвение в тех ситуациях, когда на человека воздействует слишком мало стимулов. Для достижения высоких результатов целенаправленная практика, конечно, необходима, однако не стоит перегружать себя до такой степени, при которой процесс обучения теряет всякую привлекательность, как и зацикливаться на тяжелой изнурительной работе.

В ходе исследования биографий концертирующих пианистов, снискавших мировое признание до сорока лет, выяснилось, что лишь немногие из них были по-настоящему одержимы своим ремеслом. В юности большинство из них практиковались в игре на фортепиано всего по часу в день – ведь их воспитывали не надсмотрщики за рабами и не сержанты-инструкторы. Напротив, родители этих людей с энтузиазмом отреагировали на изначальную мотивацию своих отпрысков. Когда те достигали подросткового возраста, объем ежедневно прилагаемых ими усилий естественно и стабильно увеличивался, но их увлечение не превращалось ни в одержимость, ни в рутину. «Они практиковались, потому что им было интересно, – объясняет психолог Лорен Сосняк, – и потому что им нравилось, как преподаватель преподносит информацию».

Движущей силой первоклассных музыкантов редко становятся одержимость и принуждение. Обычно им помогает развиваться то, что психологи называют «гармоничной страстью». Это стремление получать удовольствие от процесса, что в корне отличается от подхода, в рамках которого человек готов испытывать ради достижения результата давление. Не стоит совершенствоваться из позиции «мне следует». Мне следует больше учиться. Мне следует больше практиковаться. Лучше сделать выбор в пользу желания. Мне хочется научиться. Мне нравится практиковаться. Так намного проще перейти в нужное состояние: переключившись на режим полного впитывания, человек перестает отвлекаться на внешний мир и сливается со своим инструментом. Практика должна не контролировать вашу жизнь, а обогащать ее.

Страсть к своему делу важна не только в музыке. Согласно результатам 127 исследований, испытуемыми в которых стало свыше 45 тысяч человек, упорство чаще способствовало продуктивности в тех случаях, когда люди были по-настоящему увлечены своей деятельностью[63]. Но как же создать «строительные леса» так, чтобы они помогли почувствовать интерес и мотивацию к практике? Мой любимый ответ – заняться целенаправленной игрой.

Подробно об игре

Целенаправленная игра представляет собой упорядоченную активность, помогающую добавить процессу развития навыков увлекательности. Она сочетает в себе элементы заранее продуманной практики и свободной игры. В отличие