Чашечку кофе, доктор? - Ольга Авдеенко

сейчас я и работаю, – спокойно сказал инспектор. – Поэтому мне необходимо побеседовать с доктором Хиллом. В приемном покое сказали, что это можно сделать только с вашего позволения.

– Правильно сказали! – кивнул врач. – И я вам не позволяю!

– Но, сэр…

– Нет! – отрезал тот. – Он в тяжелом состоянии, ему нужен полный покой, а вы – побеседовать!

– Хорошо, – уступил Найт. – Тогда я хотел бы задать несколько вопросов вам.

– Только побыстрее, – неохотно согласился хирург. – У меня сегодня еще две операции.

– Скажите: у кого из тех, кто работает в вашем отделении, фамилия начинается на «Ба»?

– Зачем это нужно?

– Ответьте, сэр, и я объясню.

Кэмпбелл метнул на инспектора сердитый взгляд, но все же вытащил из стола журнал со списком работников отделения.

– Доктор Дэниел Баббингтон, хирург, – сказал он, ткнув пальцем в страницу, – работает у нас десять лет. Джудит Барлоу, медсестра из приемного покоя, пришла к нам три года назад. Операционная сестра Лора Батлер, ныне покойная. Работала два года. Теперь слушаю вас.

– Вчера доктор Хилл, по-видимому, пытался назвать мне имя преступника, но сумел произнести только первый слог или даже его часть. Есть серьезные основания полагать, что этот преступник часто бывает или даже работает у вас в отделении.

Кэмпбелл с удрученным видом покачал головой:

– Мне трудно принять вашу гипотезу – настолько она звучит противоестественно. Большинство людей работают у меня не первый год, мы встречаемся здесь почти каждый день, делаем одно дело… Впрочем, вернемся к вашей гипотезе. Рассмотрим вчерашнюю попытку отравления доктора Хилла. Судя по всему, вы застали первый припадок. Значит, стрихнин попал в его организм минут за пятнадцать до того момента, как вы позвали на помощь, то есть примерно в половине второго. Кстати, я вас еще не поблагодарил. Спасибо.

Найт сделал отрицательный жест рукой, и хирург продолжил:

– Кто из тех, чья фамилия начинается на «Ба», мог добавить в его кофе нитрат стрихнина? Сестру Батлер мы исключаем – к тому времени она была уже мертва. Сестра Барлоу имела возможность, но я ей полностью доверяю: она добросовестна и компетентна, прекрасно ладит со всеми в нашем отделении, помнит все дни рождения и тому подобное. Кроме того, у нее настоящий талант успокаивать пациентов. Не могу представить, чтобы у такой доброй и общительной девушки вдруг возникло желание отправить на тот свет трех человек.

– А доктор Баббингтон?

– Вчера в интересующее нас время он читал лекции в нашем анатомическом театре. Кстати, во время убийства Паттерсона он также отсутствовал в отделении: оперировал в больнице Святой Марии. Баббингтон – лучший в Лондоне специалист по операциям на гортани, его нередко приглашают в другие больницы в сложных случаях.

– Хм, – озадаченно сказал инспектор и предположил: – А если «Ба» – это начало имени, а не фамилии?

Кэмпбелл еще раз внимательно просмотрел список и прочел вслух:

– Только одно имя – Барбара Купер.

– Кто это? – спросил Найт, записывая в блокнот.

– Санитарка, попросту говоря – уборщица. Устроилась к нам год назад. Ее тоже можно исключить – это незаметное и совершенно безобидное существо. Вывод: вам следует искать кого-то постороннего.

– Я подумаю. А пока, пожалуйста, ответьте мне: где именно хранится…

В кабинет заглянула медсестра:

– Доктор Кэмпбелл, вас ждут в операционной.

– Прошу простить, джентльмены, – сухо бросил хирург, вышел из-за стола и направился к двери.

– У меня остались еще вопросы, – попытался удержать его Найт. – Когда мы сможем поговорить?

– Завтра, инспектор, завтра!

Инспектор Найт и Джек Финнеган отошли в дальний конец коридора, где никто не мог их услышать.

– Вы не думаете, что доктор Кэмпбелл прав? – спросил газетчик. – Что убийца – посторонний человек? Например, кто-то из пациентов.

– А вы вспомните, кто был на приеме у Паттерсона и Хилла прямо перед тем, как их отравили, – усмехнулся Найт.

– Черт! – ахнул Финнеган. – Прелестная мисс Кроуфорд и ее почтенный дядюшка! Тогда я эту гипотезу решительно отвергаю! Я отказываюсь их подозревать!

– Я тоже. Как и всех прочих пациентов и посторонних людей. Нет, преступник – тот, кто находится здесь постоянно или же бывает достаточно часто, чтобы изучить привычки будущих жертв. Он передвигается по отделению без ограничений и при этом не вызывает подозрений. Кто это может быть?

Он задумался. Газетчик, не выдержав, спросил:

– И какой же будет ответ?

– Неутешительный: практически любой из тех, кто работает в больнице. В первую очередь, в хирургии, но и другие отделения нельзя исключать. Это может быть не только врач или медсестра, но и санитар, и уборщица, а также истопник, кто-то из больничной столовой…

– Истопник? Вы не думаете, что убийца должен обладать медицинскими знаниями, хотя бы самыми элементарными? – возразил Финнеган, но тут же сам себя поправил: – Хотя нет, совсем не обязательно: все знают, что стрихнин – это яд!

– Вот именно. А чтобы тайком плеснуть его в чашку, достаточно улучить момент.

Репортер приуныл, но тут же встрепенулся:

– Подождите! Но ведь не все знают, каков на вкус нитрат стрихнина и что его можно не почувствовать в черном кофе!

– Работая в больнице, узнать это не составит труда.

Они помолчали.

– Сегодня остается только одно: заняться списком имен на «Ба», – решил инспектор. – Пока он короткий. Я иду в приемный покой. А вы, если хотите помочь, разыщите пока эту санитарку, Купер. Если выяснится, что обе непричастны, то придется раскинуть сеть на всю больницу.

– Мы можем с вами поговорить там, где бы вас ничто не отвлекало? – спросил инспектор Найт.

– Хорошо, – кивнула сестра Барлоу и окликнула проходившую мимо медсестру: – Кэтрин, пожалуйста, подмени меня ненадолго. Я буду в библиотеке.

Она поманила Найта за собой. Они прошли по коридору, поднялись на следующий этаж, и там медсестра приоткрыла одну из дверей:

– Прошу.

Войдя, инспектор был удивлен скромными размерами помещения, да и книг могло бы быть гораздо больше для такой огромной больницы.

– Это сестринская библиотека, – пояснила девушка, присаживаясь за стол. – Здесь проходят теоретические занятия в школе медсестер.

– Вы тоже учились в этой школе, мисс Барлоу? – инспектор ухватился за повод начать доверительный разговор.

– Миссис, – поправила та, чопорно потупив глаза. – Я вдова.

– О, прошу прощения!

– Ничего. Муж умер три года назад. Он работал на стройке, там обрушилась какая-то конструкция… Ох, простите, не хочу об этом! В общем, мне стало не до учебы, пришлось сразу начать работать – нужно было как-то выживать. Но время от времени мне удавалось посещать занятия.

– Тяжело было учиться?

– Ну, все, что нужно делать руками, у меня вроде неплохо получалось.

Сестра Барлоу посмотрела на свои руки, Найт тоже невольно перевел на них взгляд: довольно крупные, но при