Ванильная пинта - Анна Бодрова

– Можно, если ты действительно не знаешь. А теперь придется наводить порядок в твоем сознании.

Я вытаращилась на вампира, не веря, что он говорит это всерьез. «Память стирать, что ли, будешь?» – хмыкнула я про себя. Разговор прервали шаркающие шаги. Через пару мгновений на пороге появился весьма помятый Олег. Мужчина еле стоял на ногах. Его явно вело, поэтому Олег придерживался одной рукой за косяк.

– Живы все? Ч–черт, мне что ль, одному так не повезло? – буркнул он, другой рукой потирая затылок.

– Да я бы не сказал, что к нам приходила Фортуна… – с ноткой раздражения заметил Себастьян. – Где ты был? Я едва успел доехать.

– Меня вырубили на хрен… – выругался Олег, хмурясь от боли, раскалывающей его череп. – По ее душу, что ль, приходили?.. Извини, что подвел. Не знаю, как они проскочили мимо собак и камер… черт, мать их…

Вампир только покачал головой.

* * *

Когда Олег починил дверь студии, Себастьян сразу лег спать. Я поднялась наверх в вынужденном одиночестве, хотя сейчас совсем не хотелось оставаться одной. И хотя за окном было почти светло, только пасмурно, мне было не по себе в своей комнате. Пыталась читать, глядела в окно, на поселок за лесом, но его пустынный вид вызвал только еще большую тоску. Я продержалась до вечера, бродя из угла в угол, вытирая пыль с книжных полок. Но, едва к небу потянулись сумерки, собакам во дворе приспичило завыть, и это меня доконало. Пулей вылетев из комнаты, я обнаружила, что Олега нигде нет. На кухне на столе он оставил мне записку, что уехал за покупками в город. Собак было слышно и отсюда. Унылый, низкий протяжный вой, словно хоронят кого–то. Я прошла по коридору к запертой двери студии и села на пол, обхватив себя руками. «Хотя бы так буду поближе… Если что, ты, быть может, услышишь… мой крик о помощи…» – горько хмыкнула я. Было немыслимо погано на душе, одиноко. Да еще чувства мутили воспоминания. Сегодня, когда Себастьян обнимал меня, в подсознании скользнуло странное deja vu. Его запах, его тепло, тонкие пальцы скользящие по моим плечам, даже то, как он шептал в моих волосах – все казалось до боли знакомо, потеряно. Словно в какой–то прошлой жизни было со мной. Сказка наяву. Умом я четко понимала, что ничего подобного не могло быть со мной. Я никогда не обнималась с Себастьяном. Конечно он пытался пару раз заманить меня в судию, к себе домой, и даже в подсобный кабинет в университете. Ведь его целью было соблазнение всей нашей группы… наверное. Но он, надо отдать ему должное, делал свои грязные намеки довольно прозрачно и открыто, чтобы никто потом не мог обвинить его ни в чем. Благодаря этой прозрачности, мне удавалось пресекать его попытки на корню, порой еще до того, как мы оставались наедине. Продолжались такие его «ухаживания» недолго. Видимо он устал и не привык к тому, что ему отказывают. Тогда Себастьян переключился на Кристину… Хотя я об этой капитуляции узнала много позже. Когда они оба пропали. Я ведь сильно болела в то время…

– Эй, ты чего тут? – мягкий шепот, с улыбкой…

Я запрокинула голову. Себастьян выглядывал из–за двери, сонный, чуть помятый… такой плюшевый кот, ммм…

– Олег уехал, – шмыгнула носом я, сжимая печи. – А там собаки… воют. Мне как–то не по себе одной наверху… – оправдалась.

Вампир открыл дверь шире. На нем был красивый халат из черного шелка. Волосы змейками струились по плечам. Со сдержанной улыбкой, легким жестом он пригласил меня войти. «Ну, просто дьявол» – нахмурилась я. Такой всегда была моя первая реакция на уловки Себастьяна. Видимо теперь, и он предался воспоминаниям, и улыбка его стала шире, и уже казалась виноватой.

– Железная Лиза… – посмеялся он, протягивая мне руку, чтобы помочь встать, – я ничего такого не имел в виду. Не надо смотреть на меня волком.

Я встала с его помощью, а он, не отпуская руки, потянул меня в студию. Не стала упираться. Мне показалось, это выглядело бы совсем глупо.

– Я просто не думаю, что находиться в студии, пока ты спишь – это лучшая идея.

Себастьян прикрыл дверь и, только хмыкнув в ответ, пошел досыпать.

– Понимаю, что все давно изменилось, но… Ты с такой же пошлой улыбкой звал меня на чашечку кофе… к себе домой, – продолжила оправдываться я.

– Хм… А сидеть на полу под дверью – «лучшая идея», ты считаешь? – фыркнул вампир, ныряя под пуховое одеяло.

Молниеносно избавившись от халата, он зашвырнул его в угол рекреации и, щеголяя обнаженным торсом, обернулся ко мне.

– На улице почти темно. Мне уже скоро уезжать. А ты… можешь поспать. Здесь тепло и не слышно воя собак.

Слово «поспать» отдалось в моем сознании волной слабости, так резко, что аж ноги подкосились. Я и не замечала, что так сильно устала. «Ведь я почти сутки не спала! – вдумалась я. Себастьян, щурясь, глядел на меня, развалившись на подушках. Я неуверенно шла вдоль стены, и выглядела, наверное, как бродяжка, которую из жалости впустили переночевать в королевский замок. Вампир томно улыбнулся, но промолчал. Он не был мне противен, и не то чтобы я совсем не переносила его общества. Просто отчасти сработала привычка, отчасти чувство противоречия, мой внутренний протест. – Не хочу быть одной из тех дурочек, не хочу вообще быть «одной из»… И пусть, как угодно, смотрит на меня, я не сдамся. В конце концов, он может потребовать от меня платы и взять силой… Пусть так…» – я неожиданно для самой себя всхлипнула, да так горько, что едва не расплакалась.

– Ты чего, Лис? – заметив влагу в моих глазах, приподнялся Себастьян. – Так и не спала сегодня? Устала… Иди сюда, ложись скорее, – он похлопал подушку. – Я сейчас уйду.

Мне уже было не до пререканий. Я поняла, что, если не лягу и не усну сейчас – точно разревусь, причем, совершенно без причины. Благо постель Себастьяна была подобна аэродрому, я быстро нырнула под одеяло, окунувшись в тепло и заоблачную мягкость, и ни чуточки не задела вампира. Между нами осталась приличная дистанция. Сжавшись в комочек, я ощутила, как проваливаюсь куда–то, падаю в сон, не стала сопротивляться. Чувствовала еще смутно, как Себастьян, уходя, укутал меня потеплее.

* * *

30–е утро.

Спала, как убитая. Только один раз в сознание проникла реальность, когда очень красочный сон достиг своей кульминации, и сердце заколотилось, мешая дышать. Я почти проснулась, и осознав, что все, что снилось мне, больше не вернуть и не досмотреть, ужасно расстроилась. Но ласковое тепло постели и ее райская мягкость вернули меня в сладкую негу. Чтобы снова уснуть, я стала вспоминать свой сон и продумала события чуть дальше. Конечно же эта сказка была о Себастьяне. И конечно я была с ним. Только в отличие от него реального, Себастьян из моего сна не видел никого кроме меня. Он был сосредоточен полностью на мне, был самоотверженно влюблен. Даже немного жалко его было. Но я так прониклась его искренностью, что была просто счастлива. Мы сидели в его старой студии на большом белом диване. Сквозь прозрачные шторы струился солнечный свет. Я глядела в теплые глаза Себастьяна, а он глядел в мои, держал меня за руку… улыбался. Волосы были еще светлые, его натуральный цвет. И белая толстовка с капюшоном, та самая… Я только теперь поняла, что этот образ был поистине ангельским. Ему бы только крылья еще подрисовать, и все. Рукава были такими длинными, что скрывали почти всю ладонь, и ткань касалась моих рук. Мягкость, свет, тепло… счастье. Истинное счастье чувствовала я в эти минуты. Теперь лежала и думала: «Ничего, что проснулась. Все равно, приятно было. Спасибо моему сознанию, за столь красочные иллюзии! Быть может, теперь я смогу к нему нормально относиться и не злиться, не фыркать, не обижаться. Перед глазами теперь всегда будет этот образ. Я помню его таким, снова и навсегда…» Погрузившись обратно в сон, я проспала уже до утра. Проснулась полная сил, не открывая глаз, сладко потянулась. Все мышцы приятно покалывало. «Мммм…» – протянула я, улыбаясь самой себе. Только задела рукой что–то. Продрала глаза, оказалось – «кого–то». Рядом со мной, на расстоянии вытянутой руки, лежал Себастьян, с умиленной улыбкой любуясь моим пробуждением. Я пару секунд лежала не дыша, глядела на него. Дурацкий сон совершенно выбил меня из реальности! Пришлось вернуть себя насильно. Я потерла глаза и, хмурясь, поднялась с подушки.