Право убийцы – 2 - Валерий Александрович Гуров

направления его глаз под маской (а глазницы были закрыты тем же пластиком, что и в моей до апргрейда), я чувствовал, что Крокодил следил за Львом.

Змея шипела вокруг меня и едва слышно материлась. Не в силах усидеть на месте, женщина не ответила мне на вопросы, и просто шагала из угла в угол, опустив голову и что-то то ли рассчитывая, то ли проговаривая. Приложив небольшое усилие, я смог расслышать, что Змея готовилась к разговору перед кем-то. Отчитывалась за прошедшую неудачу в эксперименте. То есть я — эксперимент?

А вот Лев встал со своего места, подходя ближе, наклоняя голову в разные стороны, словно рассматривая меня с разных ракурсов, а потом расплылся в улыбке — ее было слышно в голосе:

— Гепард, ты был великолепен! Этот бой просто какое-то безумие! — интересно, а фальш радости слышал только я со своим обостренным слухом, или остальные тоже это почувствовали?

— Так жить хочется, — просто ответил я, прикидывая, подбирается ли Лев с радушно раскинутыми руками чтобы обнять, или чтобы поближе подойти, усыпив мою бдительность, и задушить голыми руками.

— Это понятно, конечно, но мы все в восторге! — продолжил лить лесть царь зверей, и вот эту ложь услышала даже бормочущая на другом конце зала Змея, зашипев что-то нелицеприятное. Но Лев сделал вид, что ничего не заметил.

— Алтарь — это волшебный камень, который дает… Эээ… силу. Мы щедро награждаем тех, кто прошел наши испытания и смог нас порадовать, — мужчина пытался выкрутиться, продолжая изображать радушного хозяина. — Но раз эта награда не сработала, то позволь тебя порадовать вот этим.

И из внутреннего кармана пиджака Лев достал золотую банковскую карточку, подавая ее мне. Никаких подвохов — просто золотая карточка. Поэтому я ее взял, покрутив в руках. Обычная, стандартная, без имени пользователя, но со всеми полагающимися чипами для использования.

— Тут твой выигрыш в денежном эквиваленте, сумма более чем достойная. А сейчас я считаю, что ты выполнил наш договор, и предлагаю его расторгнуть, — подскочивший с места Крокодил подал в вытянутую руку Льва два листика бумаги, скрепленных степлером. А тот передал уже мне.

Я быстро прочитал по диагонали, что это такое когда-то подписал Вронский.

Оказывается, бойцы на арене заключали договор найма, в котором обязались выполнить испытания, и понимали, что могут пострадать или погибнуть при выполнении. В случае гибели деньги они не получали, если увечья не позволяли проходить испытание дальше — часть суммы, а вот при выиграв, получали восьмизначную сумму в денежном эквиваленте, либо (какой интересный ход) замену в магическом плане. При этом если выбиралась магия, денег уже не давали.

Все составлено юридически, с такими формулировками, что я просто восхитился. Такая большая подвешенная морковка, что ослы не видели длину веревки, на которой она висела.

А эти звери — молодцы! Что такое бои, любые, подпольные или нет? Это не просто драка между двумя и более сторонами. Их устраивают, потому что кто-то хочет на это смотреть. А если хочет — то и готов заплатить просто за саму возможность. Но ведь бои — это еще и азарт. А там, где азарт — всегда есть деньги. Ставки на победителя, на время, сколько продержится, на количество увечий, на количество конечностей, которые останутся после боя. Было бы желание и деньги, а предмет ставок найдется.

То есть с таким договором организаторы не рисковали деньгами или возможными юридическими проблемами. Все очень просто: магия в этом мире решает все, количество и уровень дара играет огромную роль, поэтому пацаны, такие же, как Марк Вронский, вступали в эту смертельную игру, буквально ценой в жизнь, стремясь выиграть эту же жизнь — но в лучших условиях. И дело не в деньгах.

Скорее всего, деньги, даже если кто-то оказывался на моем месте, не выбирал никто. Только магию. А дальше… А дальше их заставляли пройти адаптацию. Я вспомнил, где еще видел похожий черный камень — у себя в руках буквально несколько часов назад. Когда держал небольшую фигурку, изображающую гепарда. Значит, существует какой-то особый минерал, помогающий раскрыть в себе магию слияния с питомцем. И мне его так вовремя подкинул Фокс, оставив в дураках организаторов подпольных боев.

— Ты храбро сражался, и теперь твой договор выполнен, претензий же нет? — Лев протягивал мне ручку, и я на секунду обдумал дальнейший ход. Не подпишу — и что дальше? На арену меня больше не выпустят, если это некий эксперимент, то я доказал свою несостоятельность в качестве подопытного кролика. Рассказывать мне правду никто не будет, то есть как источник информации бои мне бесполезны. Если буду сопротивляться, то ничего им не мешает просто меня пристрелить и сделать вид, что так оно и было. Искать меня никто не будет, только многие, уверен, порадуются.

Сейчас же мне предлагают деньги и обо всем забыть — соглашение о неразглашении всего происходящего тоже было прописано в договоре, и, кроме этого, все магически закреплено. Мирный выход, скажем так.

— Нет, конечно, жалко, магии не получилось взять, но… Что делать, значит, мне не везет, — я горестно вздохнул и подписал договор, передавая его обратно Льву.

— Перед уходом тебе стоит зайти к Лисе для медицинского осмотра, — пожал мне руку Крокодил, и ушел на свое место, потеряв ко мне весь интерес.

— Хорошо, спасибо, — кивнул я, и убрал золотую банковскую карточку в карман штанов. Лев руки жать не стал, просто кивнул на прощание.

И я ушел, поняв, что разговор закончен.

Около двери торчал мужик, который привел меня сюда.

— Мне сказали, надо к Лисе сходить, — пояснил я дальнейшие действия, и мужик пошел вперед, показывая дорогу.

Через несколько минут я оказался в обычном медицинском кабинете. И если бы не был уверен, что место для боев другое, то создалось бы впечатление, что я снова оказался там же, где Лисичка меня приводила в себя перед разговором с Гиппопотамом.

— О, опять ты, — вроде бы искренне обрадовалась мне рыжая девушка в белом халатике медсестры. И даже длинные рукава не смогли скрыть моего внимательного взгляда на запястье — лепестков татуировки