Трофей верховных змеев - Яна Уварова

всех этих нагов словно добавляло остроты в жаркие ощущения.

Кайрос, размазывая смазку по моей промежности, довел меня до такого состояния, что сознание затуманилось. Мне вдруг стало все равно на этот зал и гостей.

В голове просто не осталось мыслей. Только эмоции и яркие импульсы, от которых заискрило в глазах.

Я пропустила момент, когда невольно сама раздвинула шире ноги, позволяя умелым пальцам Кайроса теребить возбужденный до предела клитор.

От нарастающего давления стало казаться, что я сейчас взорвусь.

Кусая губы, я как могла, сдерживала рвущиеся наружу стоны. Бедра словно ошпарило кипятком. Я почти дошла до пика, когда верховный сместил руку к лону и всунул в меня палец.

От неожиданности я подпрыгнула на месте, чуть очнулась и сжала ноги. Только спустя мгновение я об этом пожалела. Ощущения от сжатых бедер стали острее. Сильный импульс скрутил меня пополам.

По инерции я вцепилась в край стола, зажмурилась. Кажется, я оказалась в нагретом до предела вакууме, лишившись способности слышать и думать.

Верховный вставил в меня еще один палец и начал двигать ими, имитируя движения членом. Быстро, глубоко. Параллельно большим пальцем надавливая на набухший клитор. На моем лбу выступила испарина. Каждое движение как разряд током, до треска в голове и озноба по коже.

Меня бросило в жар…снова. Окатило будоражащим холодом. И опять этот жар. Тело задрожало и каждая клеточка будто онемела. По бедрам потекли соки. Я сжалась колечком вокруг его пальцев и оргазм взорвался во мне фейерверком.

Желание сорваться на громкий стон отдалось болью в суставах. Я выгнулась, прогнулась в пояснице и когда меня отпустило — чуть не завалилась обессиленно на стол.

Воздух снова хлынул в легкие…похоже я даже толком не дышала. Хватая жадно ртом кислород, я облизнула горящие огнем губы. На языке остался привкус металла и соли.

— Ненавижу вас, — еле слышно произнесла в пустоту.

Принципиально не смотрела в лицо верховного, но физически чувствовала, как он помрачнел и оскалился.

— Привыкнешь, — усмехнулся он.

— К вам? Никогда!

Внезапно что-то рядом с грохотом опустилось на стол. Посуда зазвенела. Музыка и весь зал умолк.

Я так растерялась, что сильно вздрогнув, вжалась в спинку кресла.

До меня не сразу дошло, что верховный ударил кулаком по столу.

Опустив голову, увидела, как по столешнице, украшенной вкраплениями цветного стекла, пошли трещины и на кулаке мужчины проступили вены.

Глаза зацепились за тонкую полоску алой жидкости.

Кайрос поднялся. Окаменевшее лицо, лишенное эмоций, только глаза почерневшие как бездна.

Онемевшие от неожиданности гости застыли в ожидании.

Кайрос отряхнул осколки стекла со своей руки. На костяшках остались раны, но он их словно не замечал.

Он мазнул по мне тяжелым взглядом.

— Праздник окончен.

От глухого звучания голоса Кайроса мне стало не по себе, будто шею сковало ледяным обручем.

Глава 22

Сердце безудержно билось в груди, пока я тенью двигалась за верховным.

Он привел меня к незнакомой комнате и зло толкнул дверь. Остановился, пропуская меня внутрь.

Чужая спальня. Просторная и слабо освещенная парой тусклых сфер у большой кровати.

Пугающая и одновременно будоражащая атмосфера запретности, будто я попала туда, где вход для меня был закрыт.

Я задержала взгляд на игре света сфер на черном скомканном покрывале.

Тяжело вдохнула.

Легкие наполнил знакомый запах. Запах Кайроса.

Догадалась, что он привел меня в свои покои.

Здесь явно не часто бывали слуги, раз красивая кровать не прибрана. Видимо верховному не сильно нравилось присутствие посторонних на его территории.

За спиной тяжело хлопнула дверь, зашуршала одежда и на меня упала тень.

Я вздрогнула, обернулась.

Тусклый свет заскользил по чертам мужчины, подчеркивая точеные скулы. И отразился в потемневших зрачках.

В глазах Кайроса полыхало испепеляющее пламя.

Он отбросил одежду в сторону, оскалился, сделал шаг ко мне.

Я случайно проскользнула взглядом по его обнаженному телу. Каждая мышца напряженная как перед боем.

Невольно задержалась на каменном прессе, чуть ниже налилось кровью его мужское естество.

Его плоть восстала, заставив меня зардеться и судорожно прикусить губу.

Руки верховного опустились на мои плечи, легко поддели застежки платья. Одно неуловимое движение и шелк стек по телу к ногам, оставив меня полностью голой перед ним.

Мне было стыдно стоять перед ним обнаженной. Стыдно чувствовать голодный взгляд на теле.

Даже опустив голову, я ощущала, как припекает губы и кожу груди от пристального внимания Кайроса.

Этот момент показался бесконечным. Тяжелым и пропитанным пороком.

Самое худшее, что едва его пальцы коснулись моего подбородка — по телу прошлась волна непрошенного возбуждения, а внизу живота потянуло в ожидании близости.

Да что со мной?

Захотелось сильно похлопать себя по щекам. Но вместо этого я дернулась и прикрыла грудь.

Надо научиться как-то контролировать это желание и не поддаваться ему. Вернуть себе контроль над собой.

Чертова истинность, связавшая меня с этим монстром.

— Убери руки, — вкрадчиво процедил верховный.

Показалось, что я уловила в его голосе раздражение.

Повторять второй раз не пришлось. Я слишком хорошо знала, чем заканчивается неподчинение его приказам.

Он снова поднял мое лицо за подбородок, заставив посмотреть на себя, заглянуть в глаза.

— Вам не стоило было покидать праздник, — выпалила я, наверное желая разрушить неловкую паузу. — Вы могли просто выпроводить меня.

— Зачем? — он хищно усмехнулся. — Я могу интереснее и веселее провести время со своей истиной.

От того как он произнес «истинная» меня передернуло и кожа покрылась мурашками.

— Не называйте меня так. Вы как и я знаете, что мы связаны только формально.

— Думаешь? — Кайрос задумчиво сместил ладонь по ключицам вниз, к груди и поддел сосок. Ударил по нему большим пальцем, затем обвел, надавил. Сосок предательски затвердел от этого действия. Тело непроизвольно налилось жаром.

Чертова истинность.

— А знаешь, что думаю я…— его взор опустился к моим пересохшим губам, которые я машинально облизнула и увидела, как в зрачках верховного вспыхнуло пламя. — Думаю, что мы перешли ту грань, когда происходящее между нами можно считать формальностью.

Я словно впала в транс, ошарашенно хлопала ресницами, пытаясь уловить смысл его слов.