Воланд де Морт - Константин Владимирович Денисов

Маша взяла в руки газету, повертела её и так и сяк, после чего вернула мне и сказала:

— Ну, не знаю! Больше похоже на совпадение. Я пока что сомневаюсь, что это именно газета нам помогла.

— Да, — вспомнил я, — она меня и физически один раз защитила, и если бы не она, скорее всего, меня бы в тот раз сожрали. Но она приняла магический удар и нейтрализовала его, — я постучал пальцем по желтоватому пятну, — вот этим местом она меня и защитила. Веришь?

— Верю, конечно, — кивнула Маша, — сомневаюсь, что ты бы стал это сейчас выдумывать для меня. Но и это тоже очень сильно похоже на совпадение. Я не вижу способа использовать эту штуку, вижу только то, что ты в неё очень веришь. А раз так, то можешь выдавать желаемое за действительность.

— Видишь ли, — сказал я, — если с одной вещью связано несколько случайностей, это уже становится закономерностью.

Маша снова взяла газету в руки и начала разглядывать. Я заметил, что кое-что особенно привлекло её внимание.

— «Прощай цыганка Аза», — прочитала она название одного из разделов в большой статье, — ты знаешь, а нашу цыганку звали как раз Аза! — она удивлённо взглянула на меня!

— Вот видишь! — обрадовался я, — и если бы я внимательнее изучал газету, то, вполне возможно, получил бы какую-нибудь подсказку раньше! Что там про неё написано?

Маша пробежала глазами заметку и пожала разочарованно плечами:

— Ничего интересного, сказано, что она покончила с собой, прыгнув с башни, и до сих пор в этой усадьбе, видят призрак в цыганской юбке. Что это может значить?

— Понятия не имею, — сказал я, — но я и раньше заранее ничего не понимал. Узнавание приходит потом, когда ты в реальной жизни видишь подсказку. Кстати, вполне возможно, что подсказка с цыганкой уже отработана, просто я ей своевременно не воспользовался.

— Всё равно я не прониклась, — сказала Маша, возвращая мне газету. Я свернул её и убрал обратно в карман.

Мы одновременно уловили краем глаза какое-то движение и, повернувшись к двери, увидели стоящего в дверном проёме одного из «назгулов». Некто в чёрном плаще с капюшоном, надвинутом так сильно, что лица не было видно и казалось, что там чёрная дыра.

— Ну, наконец-то! Где тебя носит? Мы уже устали ждать! — всплеснув руками, воскликнул я.

10. Кто бы мог подумать?

Моя попытка смутить разум пришедшего охранника провалилась, даже не начавшись. Назгул побежал на нас, сиганул через стол, и если бы я не оттолкнул стул с Машей от себя, и мы не разлетелись в разные стороны, то он бы приземлился нам на головы.

Из-за того, что я успел среагировать, охранник пролетел мимо и удивительно ловко приземлился на ноги позади нас. Мы на четвереньках рванули под стол и синхронно выкатились с другой стороны. Охранник уже летел над столом обратно, расставив руки в стороны. Мы с Машей снова раскатились в стороны, освободив тому место для приземления.

— Нет, это не назгул, это ниндзя какой-то, — сказал я вскакивая.

Охранник на секунду замешкался, не решив, на кого из нас первого напасть. Классическая ситуация «за двумя зайцами». И в эту секунду, осознав, что Маша сейчас наш козырь, и лучше оставить её в безопасности, чтобы у неё были развязаны руки, я сам бросился на охранника.

А он, надо сказать, выбрал Машу как цель и начал отворачиваться от меня. Поэтому мне удалось рывком оказаться к нему вплотную, обхватить и, подняв над полом, пронести через комнату и с размаху врезать ЕЁ в стену. Да-да! Врезаясь с охранником в стену, я очень чётко осознал, что это ОНА, потому что почувствовал «подушки безопасности» между нашими телами.

А следующее, что я почувствовал после подушек, так это то, что меня прижала к этой ниндзя какой-то внешней силой. Хотя почему какой-то? Я очень даже хорошо понимал, какой именно. Это Маша зафиксировала нас возле стены. Причём я явно чувствовал её попытки освободить меня, но при этом продолжать удерживать нашу противницу.

Сделать это было не так-то просто, ведь мы были стиснуты в этих «кинетических» объятиях и прижаты друг к другу очень крепко. Однако Маша пыталась, и у неё постепенно получалось. Сначала я вдруг понял, что могу опустить одну руку, потом другую, а потом я вдруг отшатнулся назад, потому что удерживающая меня сила пропала. А ниндзя всё продолжала быть распятой возле стены.

— Ювелирненько! — с уважением кивнул я Маше.

Она сосредоточенно стояла неподалёку, вытянув вперёд руки и слегка шевеля пальцами. Видимо, продолжала донастройку своего захвата.

— Что делать? — спросила Маша, — может, свяжем его?

— Её, Маша, её! Это она! — сказал я.

— Да? — удивилась Маша.

— Да! — сказал я, и, подойдя к зафиксированному охраннику, аккуратно снял капюшон с головы. Под капюшоном оказалась чёрная балаклава, которая полностью закрывала лицо, оставляя только глаза, — так вот почему кажется что под капюшоном чёрная дыра, — усмехнулся я, — как всё просто объясняется.

Глаза в прорези горели очень яростно и готовы были меня испепелить, но, видимо, такого дара у этой охранницы не было. Я протянул руку и снял балаклаву с девушки.

— Ничего себе! — сказала Маша и присвистнула.

— Согласен! Ну ты и многостаночница! — я покачал головой, — Амина, скажи, пожалуйста, а что ты здесь НЕ делаешь? Мы везде натыкаемся на тебя. Это что? Судьба? Интуиция? Или это ты такая вездесущая? Слушай… — мне вдруг в голову пришла потрясающая мысль, — а может быть тебя много? Может быть, все охранники, это ты? Может быть, именно в этом твой дар?

Я почти шутил, слишком уж невероятной казалась эта идея, но в глазах Амины я увидел что-то такое, что заставило меня почти поверить в эту гипотезу.

— Алик, похоже, что ты угадал! — потрясённо сказала Маша.

— Да, и тот, кого мы видели в коммуникациях, тоже был не очень большой комплекции. Как раз такой! — я смерил Амину взглядом, — просто я думал, что под плащами должны скрываться мужики, и поэтому посчитал габариты охранников маленькими. Но ведь всё относительно, что для мужчины маленький, то для женщины вполне нормальный и рост, и вес.