Полет дракона - Энн Маккефри

— Приятно, что Руат хранит верность Вейру, и к тому же подтверждает её доброй десятиной, — успокоил посланца Ф'лар. — В хорошем ли состоянии дороги?

— О, да. Но с погодой творятся странные вещи. Холодно, потом вдруг тепло — словно мир забыл, какое время года. Снега нет, дождей мало. Но ветер! Вы не поверите! Говорят, на побережье сильные наводнения. — Посланец округлил глаза, а затем, склонившись к слушателям, многозначительно добавил: — Говорят, что дымящаяся гора Исты, которая появляется, а потом… пфф — вдруг исчезает… появилась снова.

Ф'лар выглядел спокойным, но Лесса заметила, как заблестели его глаза. Слова Тиларека походили на строфы баллад, которые Р'гул заставлял её заучивать. И смысл их был столь же тёмен.

— Ты должен на несколько дней остаться и вместе со своими людьми хорошенько отдохнуть. Дорога неблизкая, — громко сказал Ф'лар, провожая Тиларека к выходу. Они прошли в пещеру, где дремала Рамота.

— О, благодарю! Это большая честь для меня — ведь в Вейр можно попасть только раз-другой за всю жизнь, — рассеянно ответил Тиларек. Он не мог оторвать взгляд от сияющего дракона, а на выходе из пещеры замедлил шаги и вытянул шею, лишь бы подольше насладиться сказочным зрелищем. Затем он восхищённо проговорил: — Никогда бы не подумал, что королевы вырастают такими огромными!

— Она уже сейчас гораздо крупнее и сильней, чем Неморта, — заметил Ф'лар, перепоручая руатца подростку, который должен был проводить гостя в отведённые ему покои.

— Прочти, — Лесса протянула свиток бронзовому всаднику. В просторной комнате Совета они были одни.

Ф'лар пробежал письмо, потом, опершись локтями о край большого каменного стола, кивнул головой:

— Я и не ожидал ничего иного.

— Ну, и..? — Лесса уставилась на него, глаза её возбуждённо сверкали.

— Время покажет, — невозмутимо ответил Ф'лар, рассматривая сочный плод.

— Тиларек дал понять, что некоторые холды не разделяют мятежных настроений правителей, — заметила Лесса.

Ф'лар фыркнул.

— Тиларек говорит то, что приятно его слушателям, — передразнил он речь руатца.

Неожиданно в дверях появился Ф'нор:

— Тебе будет полезно узнать, — заявил он прямо с порога, — что далеко не все люди Тиларека разделяют его убеждения. В конвое немало недовольных. — Ф'нор учтиво, хотя и слегка рассеянно, поклонился Лессе. — Они считают, что Руат бедствовал слишком долго, чтобы отдавать Вейру такую большую долю в первый же урожайный Оборот. И, должен сказать, мне кажется, что Лайтол проявил, пожалуй, излишнюю щедрость. Какое-то время, конечно, мы будем хорошо питаться…

Ф'лар бросил брату пергаментный свиток.

— Как будто мы этого не знаем, — быстро просмотрев послание, пробормотал коричневый всадник.

— Но если вам все известно, что же вы намерены делать? Уважение к Вейру упало так низко, что скоро наступит день, когда нам нечего будет есть! — Лесса швырнула эту фразу, словно камень из пращи, и с удовольствием заметила, что попала в цель. Слова будто обожгли братьев — они резко повернулись к ней с искажёнными яростью лицами. Это длилось мгновение. Затем Ф'лар улыбнулся. Ф'нор тоже скривил губы в ухмылке.

— Так что же? — потребовала ответа Лесса.

— Р'гулу и С'лелу, наверное, придётся поголодать, — уже спокойно сказал Ф'нор и пожал плечами.

— Ну, а вам?..

Ф'лар повторил жест брата и, поднявшись, отвесил Лессе церемонный поклон:

— Так как королева уже крепко спит, прошу у Госпожи Вейра разрешения удалиться.

— Убирайтесь вон! — с яростью крикнула Лесса.

Братья повернулись к выходу, усмехнувшись друг другу, словно заговорщики, и в этот момент в комнату ворвался Р'гул. По пятам за ним поспевали С'лел, Д'нол, Т'бор и К'нет.

— Что я слышу?! — Р'гул был разъярён. — Со всего Плоскогорья только Руат доставил десятину?

— К сожалению, именно так, — спокойно подтвердил Ф'лар, протягивая свиток Предводителю Вейра.

Р'гул, хмурясь и шевеля губами, прочитал послание. Затем с отвращением швырнул его С'лелу. Тот развернул письмо и начал читать. Остальные, заглядывая через плечо, столпились за его спиной.

— Весь прошлый Оборот мы кормили Вейр на десятину от трех холдов, — надменно провозгласил Р'гул.

— В прошлый Оборот в Нижних Пещерах оставались кое-какие запасы, — вставила Лесса — Но Манора сообщила мне, что теперь они израсходованы.

— Руат оказался очень щедрым, — быстро возразил Ф'лар. — Полагаю, теперь у нас ни в чем не будет недостатка.

Лесса на мгновение замерла, подумав, что ослышалась. Потом упрямо тряхнула головой и, не обращая внимания на предостерегающие взгляды Ф'лара, ринулась в атаку:

— Припасы из Руата не решат проблемы. В любом случае, молодым драконам их не хватит. Есть только один выход. Вейр должен торговать с Телгаром и Фортом, чтобы пережить холодное время.

Её слова вызвали бурю возмущения.

— Торговать? Никогда!

— Чтобы Вейр опустился до торговли? Только набег!

— Р'гул, мы пойдём в набег первыми! Торговля — не для нас!

Одна мысль о торговле уязвила бронзовых всадников до глубины души. Даже С'лел, казалось, был полон негодования. К'нет пританцовывал от нетерпения, глаза его горели в предвкушении рейда. Лишь Ф'лар оставался спокойным и, скрестив на груди руки, со скукой посматривал по сторонам.

— Набег? — властный голос Р'гула перекрыл шум. — Набега не будет! Реакция на его командный тон была мгновенной, — в комнате наступила тишина. Потом Т'бор и Д'нол воскликнули одновременно:

— Не будет?!

— Почему не будет? — повторил Д'нол. Его лицо покраснело, жилы на шее напряглись.

Нет, не он сейчас нужен здесь, с досадой подумала Лесса, пытаясь найти взглядом С'лана — но, вероятно, он был на площадке для тренировок. Иногда С'лан и Д'нол выступали вместе против Р'гула в Совете, но в одиночку Д'нолу не выстоять.

Лесса с надеждой взглянула на Ф'лара. Почему он не вмешивается?

— Меня воротит от мяса старых жилистых птиц, от плохого хлеба, от задубевших кореньев! — Д'нол не мог сдержать ярости. — В этом Обороте Перн процветает! Пусть и Вейру достанется своя часть, как велят законы!

— Если сейчас Вейр сделает хоть одно движение, — предостерегающе подняв руку, провозгласил Р'гул, — все лорды подымутся против нас. — Его рука резко опустилась, словно клинок, рассекающий стол Совета. Предводитель, широко расставив ноги и подняв голову, переводил сверкающие глаза с одного мятежника на другого. Он возвышался на добрый локоть над невысоким коренастым Д'нолом и стройным Т'бором. Сравнение было явно не в их пользу: Р'гул имел вид строгого патриарха, выговаривающего заблудшим детям.

— Дороги в отличном состоянии, — продолжал Р'гул поучительным тоном.

— Ни дождя, ни снега, которые могли бы остановить наступающую армию. После убийства Фэкса, — он повернул голову в сторону Ф'лара, — лорды держат наготове всех своих вооружённых людей. Вы, разумеется, помните, как принимали нас во время последнего Поиска? — Р'гул поочерёдно пронзил каждого бронзового всадника многозначительным взглядом. — Вы знаете настроение в холдах, вы видели их силу. — Он вздёрнул подбородок. — Неужели вы настолько глупы, что собираетесь бороться с ними?

— Немного огненного камня… — гневно начал Д'нол и замолк. Его поспешные слова потрясли остальных всадников — как, впрочем, и самого Д'нола. От мысли о применении огненного камня против человека у Лессы перехватило дыхание.

— Но что-то же нужно делать.. — пробормотал вконец запутавшийся Д'нол, бросая отчаянные взгляды то на Ф'лара, то на Т'бора.

«Если Р'гул победит, это будет конец, — с холодной яростью подумала Лесса. — Нужно действовать немедленно!» Сконцентрировавшись, она послала ментальный сигнал Т'бору. По опыту, полученному в Руате, она знала, что легче влиять на людей, испытывающих сильные эмоциональные переживания. Лесса напряглась… Если только ей удастся… Внезапно снаружи раздался трубный рёв дракона.

Острая, мучительная боль пронзила её голову. Ошеломлённая, она отпрянула назад и неожиданно натолкнулась на Ф'лара. Он схватил её за руки: пальцы всадника сомкнулись, словно железные оковы.

— Ты… ты посмела воздействовать… — свирепо прошипел он в её ухо и с притворной заботливостью втолкнул в кресло. Пальцы его продолжали с силой сжимать руку Лессы.

Потрясённая этим двойным противодействием, она застыла в кресле. Дышать стало трудно — воздух проходил в лёгкие какими-то судорожными толчками, а резкая, пульсирующая боль, казалось, вот-вот разорвёт голову на части. Только неимоверным усилием воли Лессе удалось не потерять сознание.

— Сейчас ничего нельзя сделать, — с убеждением говорил Р'гул. «Ничего..» — Слово отдалось похоронным звоном в ушах Лессы.